НАЧАЛО РАССКАЗА:
Размышляя о предстоящих выходных и гадая, какой же план составила Наталья для них двоих, Роман зашёл в подъезд и вдруг заметил торчащий из почтового ящика их квартиры уголок белого листа. «Странно, что бы это могло быть?» — удивился он и, открыв ящик, вытащил извещение о заказном письме. Мужчина посмотрел на часы — почтовое отделение ещё работало. Он тут же развернулся и вышел из подъезда, решив получить письмо прямо сейчас, не откладывая на потом.
«Штраф, что ли, какой пришёл?» — думал Роман по пути на почту. «Но странно, почему тогда не было электронного оповещения?» Он был подписан на рассылку обо всех платежах, включая налоги и штрафы, но в последнее время на электронную почту из государственных органов ничего не приходило. В почтовом отделении было пустынно — до закрытия оставалось всего пятнадцать минут, и народ, видимо, решил не испытывать судьбу, стоя в очередях. Очереди, впрочем, и не было. Служащая взяла Романово извещение, скрылась с ним в подсобном помещении, потом вернулась с конвертом и протянула его молодому человеку вместе с листком.
— Распишитесь здесь, пожалуйста.
Роман машинально поставил закорючку в уведомлении о вручении, поблагодарил и вышел на улицу. Письмо оказалось судебным. Повестка в суд по делу о взыскании алиментов с Журавлёва Романа Михайловича.
— Вот это да, — присвистнул мужчина от неожиданности, перечитывая строки. — У меня что, есть ещё какие-то внебрачные дети, о которых я ничего не знаю?
В полном недоумении, слегка ошарашенный, он пришёл домой. Хорошее настроение куда-то улетучилось с появлением этой загадочной повестки.
— Привет, дорогой, — встретила его в коридоре Наталья, сразу почувствовав неладное по его лицу. — Что-то случилось? У нас всё отменяется на завтра?
— Ну что ты, разумеется, нет, — постарался ответить он как можно бодрее, пряча конверт в карман. — Всё идёт по плану.
У Романа никогда не было секретов от Натальи, но сейчас он заколебался: рассказывать ей про эту странную повестку или нет? Если расскажет, что она подумает? Ясно что — что он где-то ей изменил и у него есть ребёнок на стороне.
— Осталось только одно небольшое дельце доделать, — нашёл он силы улыбнуться. — Сейчас закончу — и тогда я полностью в вашем распоряжении. Договорились, пацаны?
Мальчишки согласно закивали, а Наталья повторила их жест, хотя в её глазах по-прежнему застыл немой вопрос. Роман прошёл в кабинет и включил ноутбук. Зайдя на сайт суда, он набрал свою фамилию в строке поиска и нажал ввод. На экране высветилось только одно дело о взыскании алиментов. Истец — Овсянников Борис Александрович.
— Ух ты! — от неожиданности он шумно выдохнул.
Такого поворота Роман никак не ожидал. Мужчина немного посидел, глядя на экран и лихорадочно обдумывая, что же ему теперь делать, потом решительно встал и вышел к семье уже совсем в другом настроении.
— Бабуль, пошли скорее в лес, на речку, за жуками! — закричали в разнобой внуки, едва Роман припарковал машину на участке матери.
Мальчишки кинулись обниматься с бабушкой, наперебой рассказывая ей что-то про свои школьные и детсадовские новости. Их папа тем временем выгрузил из багажника детские рюкзачки, большие сумки с продуктами и домашними заготовками, пустые банки для консервирования, которые просила мама, и занёс всё это в дом. Ирина уже завела тесто на пироги и разогревала духовку — по всему дому разносился аппетитный запах сдобы.
— Наташ, займи пацанов чем-нибудь на полчасика, — попросил Роман жену, отводя её в сторону. — Мне надо с мамой поговорить, с глазу на глаз.
— Хорошо, — кивнула та, не задавая лишних вопросов. Она вывела сыновей в беседку, захватив с собой пластилин. — Бабушка сейчас немного освободится, а пока мы с вами будем делать красоту под названием «Лесная сказка». Для этого нам надо собрать шишки, листочки и иголочки с сосны.
Ирина, которая успела только поздороваться и расцеловать внуков, недоумённо посмотрела на Романа после того, как невестка увела ребятишек в сад.
— Что-то случилось? — встревоженно спросила она, вытирая руки о фартук.
Роман постарался улыбнуться как можно более беззаботно.
— Да, но это не столько неприятно, сколько просто неожиданно. Только пообещай мне, что не станешь сильно волноваться. В принципе, я мог бы тебе и не рассказывать, но решил, что ты должна быть в курсе.
— Я уже волнуюсь, Ромка, — нахмурилась мать.
— Тогда я лучше ничего не скажу. Это правда не страшно, мам.
— Роман, не томи, а то я тебя выпорю, как в детстве, — пригрозила Ирина, хотя в её глазах читалась тревога.
— Мне кажется, когда твоему ребёнку уже за тридцать, начинать пороть немного поздно, — снова улыбнулся Роман, пытаясь разрядить обстановку.
— Выкладывай уже, что стряслось, — выдохнула мама, видя его благодушное настроение. — Надеюсь, это не касается внуков или Наташи.
— Нет, это касается только нас с тобой. Ну, скорее даже меня одного.
Роман вытащил из внутреннего кармана джинсовой куртки сложенный вчетверо конверт.
— На, вот, почитай.
Ирина взяла его и пробежала глазами по адресу отправителя.
— Суд? — её брови поползли вверх. — Что ты опять натворил? Сбил кого-нибудь на пешеходном переходе?
— Хорошего же ты мнения о собственном сыне, — усмехнулся Роман. — В таком случае я бы простой повесткой не отделался. Ты достань её оттуда.
Мать засунула руку в конверт и вытащила бумажку.
— Алименты? — голос Ирины стал ледяным. — Час от часу не легче. Ты что, нагулял ребёнка на стороне? Если это так, клянусь, я тебя точно выпорю, несмотря на твой возраст. Кажется, мы тебя с отцом неправильно воспитывали.
— Вы меня правильно воспитали, мам, — спокойно ответил Роман. — На, вот прочитай. Я специально на сайте суда всё нашёл и для тебя сфотографировал.
Мужчина показал матери на экране телефона подробную информацию о деле, по которому его вызывали в суд. У Ирины в буквальном смысле округлились глаза.
— Ах он негодяй! — вырвалось у неё. — Вот... Ну, я ему устрою, я ему сейчас покажу.
Женщина заметалась по кухне, оглядываясь по сторонам в поисках чего-то тяжёлого, словно виновник этой бумажки мог появиться в дверях прямо сейчас.
— Нет, ну какой же негодяй, ты только посмотри на это.
— Мам, успокойся, я с этим разберусь, — твёрдо сказал Роман. — Просто хочу, чтобы ты знала: на меня работают лучшие юристы, и я ни секунды не сомневаюсь, что мы выведем этого проходимца на чистую воду.
Ирина вдруг резко остановилась, опустилась на стул и внезапно разрыдалась.
— Мам, ну ты чего? — тут же присел рядом с ней на корточки Роман, обнимая её за плечи. — Я же говорю, всё будет хорошо, я тебе обещаю.
— И когда же он уже успокоится? — всхлипывала Ирина. — Что это за издевательство такое? Всю жизнь мне испоганил, а теперь продолжает гробить её тебе.
— Ничего подобного он не гробит, — мягко возразил Роман. — Если бы он тогда не поступил так, как поступил, ты бы не встретила папу. Не прожила бы с ним душа в душу столько лет. У нас была бы ни эта дача, ни эта квартира, ни издательство. Согласись, мам, всё, что ни делается, всё к лучшему. И каждый получит по заслугам. Он — в том числе.
Ирина вытерла слёзы тыльной стороной ладони, глубоко вздохнула и попыталась успокоиться.
— Сынок, пожалуйста, сделай так, чтобы он навсегда забыл о нашем существовании. Или хотя бы боялся даже вспоминать. Пожалуйста, я тебя очень прошу.
— Конечно, мамуль, не плачь, всё будет в порядке, — заверил её Роман. — Я буду держать тебя в курсе, что происходит. А сейчас пойдём к внукам, они там уже, наверное, заждались, когда бабушка даст им чай со смородиновым листочком и пирожками со щавелем.
Борис тогда нависал над женой словно скала, и его голос гремел на всю комнату.
— Ты с ума сошла, Ирина? Какой ещё ребёнок? Ты видишь, что вокруг творится? Самим бы выжить, прокормиться, а ты хочешь ещё и рожать? — он расхаживал по кухне, сжимая кулаки.
— Я не хочу специально, Боря, но раз уж так получилось, — девушка едва сдерживала слёзы, и её голос дрожал от обиды и страха.
— Ты забыла, о чём мы договаривались в самом начале? — продолжал наседать Борис. — Мы же обсуждали, что будем принимать все важные решения только вместе, только если оба согласны. А ты решила поставить меня перед фактом. Может, это вообще не мой ребёнок? Может, ты просто встретила кого-то в той своей Турции, а теперь хочешь пристроить на мою шею чужого?
Известие о беременности Ирины всерьёз его разозлило, но ещё больше взбесило то упорство, с каким она отказывалась избавиться от этого «случайного недоразумения», как он выразился.
— Так, слушай меня внимательно, — Борис остановился напротив неї и скрестил руки на груди. — Выбирай: или я, или этот... ребёнок.
Они поженились два года назад. Ирине тогда было всего девятнадцать, а Борису — на два года больше. Жизнь впереди казалась им бесконечной сказкой — оба молодые, счастливые, полные надежд и планов на будущее. Но через год всё полетело в тартарары. Борису начали задерживать зарплату по полгода, денег катастрофически не хватало. Ирина училась в институте, но понимала, что дальше так продолжаться не может, и стала подрабатывать челноком — ездила закупать ткани в Турцию и возила их обратно на рынок. Там она продавала товар и брала заказы на пошив штор. Благо два года учёбы в текстильном институте научили её разбираться в видах и качестве материала. В то время молодая семья жила в основном за её счёт, и внезапно случившаяся беременность была для них не радостным событием, а скорее очередной тяжёлой новостью.
Всю ночь Ирина проплакала в подушку, чтобы муж не слышал, а утром приняла решение: будь что будет. Она натянула джинсы, поволокла тяжёлый баул на свою торговую точку на рынке и встала за прилавок. На следующий день повторила то же самое, и послезавтра тоже. А спустя две недели, прямо во время разговора с клиенткой, Ирина вдруг согнулась от резкой боли и едва не потеряла сознание. Полилась кровь, и соседка по точке Нина тут же вызвала скорую, пообещав присмотреть за товаром. Борису Ирина позвонила уже из больницы — попросила его забрать оставленные на рынке сумки и объяснила, что с ней случилось. Девушка ожидала новых упрёков и скандала, но муж, как ни странно, обрадовался такому повороту и согласился съездить на другой конец города.
— Тебя когда выпишут? — спросил он без тени сочувствия.
— Через два дня, — тихо ответила Ирина.
— Отлично. Видишь, я же тебе говорил, что эта беременность совсем не ко времени? И кто в итоге оказался прав?
— Тебе что-нибудь нужно? — перебила она, не желая продолжать этот разговор.
— Нет, только забери мои сумки у Нины, — ответил Борис.
— Разумеется, заберу, я же понимаю, сколько в них денег вложено, — сказал он.
«А всё-таки он не такой уж и чёрствый, как хочет казаться», — подумала Ирина, когда муж ушёл из палаты. Она уже мысленно простила его за тот ужасный скандал. Наверное, он просто испугался тогда, растерялся. В глубине души Борис заботливый и любящий, просто характер у него тяжёлый. Она вышла из больницы совершенно обессиленная, попросила Нину продать остатки товара, который не успела реализовать, и снова отправилась в Турцию — в том числе и по настоянию мужа.
— Езжай, — сказал он, — там тепло, заодно и отдохнёшь от всего этого кошмара.
Ещё через год ситуация начала потихоньку исправляться. Борису предложили хорошую должность с существенным повышением оклада, и он наконец-то перестал чувствовать себя неудачником. Ирина продолжала ездить за товаром, но уже в более спокойном темпе, понимая, что теперь можно вернуться в институт и доучиться на нормальных условиях. В семье появился достаток, исчезли бесконечные скандалы из-за каждой копейки, которые Борис называл неразумными тратами. Неразумными он считал буквально всё: от средств женской гигиены до обычных носовых платков. У Бориса с женой как будто наступил второй медовый месяц. Они жили душа в душу, ездили в отпуска по разным странам, устраивали пышные праздники в ресторанах, снимали загородные дома на выходные. Тяжёлый период, казалось, остался далеко позади.
У их друзей тем временем рождались и росли дети. Борис каждый раз, возвращаясь из гостей, ворчал: «Всё было хорошо, но их отпрыски... Как же меня достали эти вечные капризы и нытьё. Даже представить не могу, как они выдерживают такое каждый день». Тем удивительнее было для Ирины, когда на пятнадцатилетие свадьбы муж вдруг поднял бокал и произнёс тост за их крепкую семью и за будущих детей. Ирина тогда подумала, что ослышалась.
— Мы с тобой уже твёрдо стоим на ногах, — объяснил он позже, когда они остались вдвоём. — У нас обоих есть стабильная работа, накопления. Теперь можно наконец обзаводиться потомством, я считаю.
Однако сколько они ни старались, ничего не получалось. Ирина никак не могла забеременеть. По Борисову настоянию она даже прошла полное обследование у лучших врачей, но те только разводили руками.
— С вашим здоровьем всё в полном порядке, — говорили они. — Может быть, вашему мужу тоже стоит пройти медосмотр? Или это проблема психологического характера. Возможно, вы на подсознательном уровне помните свою первую неудачную беременность и боитесь её повторения, а организм просто помогает вам избежать риска.