Советский моряк Павел Вавилов провёл на необитаемом острове целый месяц. Причём этот остров находился отнюдь не в тропиках, а за полярным кругом - в суровом и холодном Карском море. Ледокольный параход "Александр Сибиряков" называют советским " Варягом". Когда 25 августа 1942 года в Карском море фашистский крейсер " Адмирал Шеер"встретился с этим судном, наши моряки отказались сдаваться и храбро приняли бой. Хотя шансов на спасение не было: на параходе имелось всего несколько пушек. А перед ним была немецкая военная громадина.... В тот день " Александр Сибиряков" выполнял ответственную задачу. Ледокол шёл к Северной Земле, чтобы открыть там новую зимовку. На судне помимо персонала новой полярной станции, плотников, было много ящиков с оборудованием, аппаратурой и другими необходимыми для зимовки вещами. Учитывая реалии военного времени, на борту " Александра Сибирякова" установили четыре лёгкие пушки и пару пулемётов.
Это вооружение могло отогнать вражеские катера. Но увы - в тот роковой день на пути ледокола оказался противник покрупнее. Мощный крейсер "Адмирал Шеер" бороздил воды Ледовитого океана в поисках добычи. Улов был негустым, капитан хмурился и устраивал разнос своим подчинённым. Какой результат они предъявят высшему командованию? И тут на горизонте показался советский ледокольный параход. Немцы решили отыграться на практически беззащитной жертве. Тем более, в рапорте можно изрядно преувеличить и размеры, и важность этого советского судна. С "Шеера" подали сигнал: "Спустите флаг, прекратите работу радиостанции, остановите машину". Но команда ледокола и не думала подчиниться. В ответ на немецкий ультиматум заговорили советские пушки. Впрочем, наш ледокол успел сделать лишь несколько выстрелов, прежде чем на него обрушилась лавина стали и огня. Развернувшись "Шеер" ударил по "Александру Сибирякову" из своих орудий. Один залп, второй, третий. На ледоколе возник пожар судно начало резко терять и без того тихий ход. Судовую артиллерию немцы уничтожили. Радист ледокола успел отправить сообщение в порт Диксон. Оно звучало как эпитафия погибающим морякам: " Продолжаем бой, судно горит". После чего радиостанция вышла из строя. Теперь "Александр Сибиряков " представлял собой один большой пылающий факел. Его двигатели давно вышли из строя. Прозвучал последний приказ капитана: " Открыть кингстоны! Всем выходить наверх!"
На борту советского корабля находилось 104 человека. А покинули погибающее судно всего 19 моряков. Все они или утонули, или оказались в плену. Но был ещё один спасшийся член экипажа " Александра Сибирякова", у которого в итоге судьба сложилась более удачно, чем у попавших в плен товарищей. Кочегару первого класса Павлу Вавилову ( а по боевому расписанию - старшине артиллерийского погреба носовых орудий ) чудом удалось выжить. Практически все его друзья - артиллеристы погибли в огне, поглотившем кормовой отсек судна, а Вавилова выбросило за борт. Ледяная вода очень скоро добила бы моряка, если бы не оказавшаяся рядом пустая шлюпка с "Александра Сибирякова". Вскарабкавшись на спасательное судёнышко Павел Иванович обнаружил в лодке запасы съестного - немного галет, 30 коробок спичек, два топора, ёмкость с пресной водой, наган с патронами. Руки у Вавилова были сильно обожжены и старшина не смог втащить прижившийся к борту тяжёлый мешок. Он поначалу думал, что в нём мука (потом выяснилось, что это были отруби). Павел Иванович просто прицепил груз к шлюпке. Так же моряк выловил из воды спальный мешок с тёплой одеждой. Подобрал он и сильно обгоревшую собаку. Как потом оказалось, у неё были обожжены горло и язык, она не могла есть, и затем умерла на скалистом острове Белуха. Именно до этого маленького клочка суши удалось доплыть на шлюпке старшине Вавилову. Там он и стал обустраиваться, уповая на то, что рано или поздно какой - нибудь советский корабль подберёт его. Чтобы привлечь к себе внимание экипажей проходящих мимо судов, Вавилов бегал по острову, размахивая фуфайкой. Всё напрасно! Его не замечали - расстояние было слишком большим. Итак, Вавилову предстояло в одиночку выживать на необитаемом острове. Точнее сказать, необитаемом людьми. Зато у советского моряка имелись другие "соседи" - медведи! Вскоре один такой косматый "островитянин" наведался в гости к полярному Робинзону. Измученный и смертельно уставший Вавилов заснул у какого-то валуна. Внезапно сквозь сон моряк почувствовал - рядом кто-то есть!
Приоткрыл глаза шире - и чуть не вскрикнул. Перед ним на задних лапах сидел большой белый медведь. Ни кричать, ни делать резких движений в такой ситуации нельзя: зверь мигом разорвёт на части. Собрав волю в кулак, Павел лежал неподвижно, стараясь даже не дышать. Эта неподвижность озадачила медведя: его добыча казалась неживой. А, как известно, медведи не очень - то любят лакомиться мертвечиной. Но,как говорится, нужда заставит. Медведь был тощим и облезлый, было видно, что он давно не ел. Какое-то время он колебался : голод боролся в нём с отправлением к мёртвому мясу. Но голод оказался сильнее. Медведь глухо зарычал. Павлу стоило больших усилий в это мгновение подавить в себе желание отпрянуть, закричать, вскочить на ноги. Очень медленным, незаметным движением он опустил руку в карман и нащупал там рукоятку нагана, с которым предусмотрительно не расставался ни днём, ни ночью. Рычание становилось всё сильнее. Стало ясно, что наступил решающий момент. И когда медведь приблизил свою морду вплотную ,Павел выхватил револьвер и выстрелил. Животное дико заревели - значит пуля попала в цель. Но раненый зверь был всё ещё опасен. Он поднялся на задние лапы, и в этот момент Павел выстрелил в него ещё три раза. Медведь грузно рухнул на камни. Он был мёртв. Больше Вавилову не пришлось вступать в противоборство со свирепыми хищниками. Но вскоре подкрался не менее страшный враг -голод.
А условия пребывания на Белухе становились всё суровее - на Севере зима ранняя. Карское море у острова штормило всё чаще, то и дело шла позёмка, подмораживает. И тогда Павел Вавилов собрался строить плот, на котором решил плыть навстречу советским судам. Плот ему не понадобился - Павла Ивановича в конце концов заметили с одного из параходов. Однако спасение состоялось не сразу: судно прошло мимо. Спустя некоторое время над Белухой пролетел советский самолёт, с которого сбросили мешок.
В небольшой посылке лежали шоколад, сгущёнка и записка: " Мы тебя видим, но сесть не можем, очень большая волна. Завтра прилетим ещё. Остерегайся медведей, на соседнем острове их много".
Летчик своё обещание сдержал - на следующий день тот же самолёт прилетел вновь. Но сесть опять не получилось. Вавилову снова сбросили посылку с провизией и папиросами. В итоге экипажу, невзирая на большую волну , удалось посадить самолёт в море. На резиновой лодке лётчики подплыли к острову и эвакуировали Вавилова. Всего на безлюдном острове моряк провёл 34 дня.
Почётный полярник Павел Иванович Вавилов после окончания войны продолжил трудиться на трассах Северного морского пути. А у советских моряков появилась новая традиция: пропускать флаги и салютировать гудками, проплывая возле места гибели ледокола " Александр Сибиряков ".