Вы наверняка помните фильм «300». В нём есть фигура предателя — горбатый изгой-спартанец Эфиальт, который указывает персам обходную тропу. Его мотив — личная обида на Леонида, отвергшего его и не позволившего ему сражаться вместе со спартанцами.
Фильм заканчивается героической гибелью спартанцев, а вот судьба предателя осталась где-то за кадром.
В реальной истории всё было несколько иначе и, с точки зрения древних греков, поучительнее.
Настоящий Эфиальт (греч. Ἐφιάλτης) не имел никакого отношения к Спарте. Он был уроженцем небольшого города Трахис (Τραχίς), находящегося неподалёку от Фермопил.
Он не был горбатым. Этот образ придумали сценаристы, как и многое другое в его истории.
Да и мотивы предательства были совершенно иными — не личная обида на Леонида, которого Эфиальт даже не знал, а банальная человеческая жадность.
Все старо как мир. Ксеркс пообещал награду тому, кто покажет обходной путь и Эфиальт, хорошо знавший местность, польстился на нее.
В конце августа (480 год до н.э), на вторые сутки битвы при Фермопилах, Эфиальт пришел к Ксерксу, сообщив тому, что знает тропу Анопея — узкий горный проход, позволяющий обойти греков и ударить им в тыл.
Персидский отряд («Бессмертные») выступил ночью. Узнав, что персы обходят позиции и вскоре выйдут в тыл, Леонид приказал отвести основные силы, оставив часть войска для прикрытия отхода.
Отход прикрывали не только 300 спартанцев под командованием Леонида, как принято думать, но и 700 феспийцев и 400 фиванцев.
В последнем сражении, по словам Геродота, выжили только фиванцы — они сдались в плен. Остальные пали.
Получил ли Эфиальт награду — история умалчивает, но если и получил, то наслаждался он ей недолго.
Менее чем через год, в 479 году до н. э., войска Ксеркса были разгромлены и изгнаны из Греции, так что, предателю пришлось спасаться бегством.
Эфиальт был объявлен вне закона. Амфиктионы — союз греческих полисов — назначил награду за его голову.
Около десяти лет Эфиальт скрывался в Фессалии. Здесь персы пользовались куда большим влиянием, чем в любой другой части Греции. Здесь вероятность того, что его выдадут или убьют, была значительно ниже.
Все эти годы предатель жил в постоянном страхе, без дома, без защиты, без будущего. В какой-то момент, решив, что всё забыто, Эфиальт возвращается в родные места — в Антикиру.
И вот здесь история делает неожиданный поворот. Вскоре его убивает местный житель по имени Афенад.
Не герой. Не мститель. Не патриот. Убивает совершенно случайно.
Геродот, который рассказывает эту историю, специально оговаривается: Афенад расправился с Эфиальтом не за предательство, а «по другой причине, о которой умолчу». Современные исследователи почти единодушны — речь шла о бытовой ссоре. Деньги, спор, возможно, случайная драка.
То есть человек, предавший Грецию, был убит не мстителями-патриотами, а в обычной драке, что идеально вписывалось в греческое мировоззрение.
Для греков это стало знаковым событием. Не героическое возмездие и не торжество справедливости, а кара богов в её самой будничной форме: предатель десять лет жил в страхе и был убит в обычной ссоре, как последний бродяга.
Позднее Плутарх отмечал, что греки видели в этом руку богов — не молниеносную, а терпеливую, позволяющую человеку самому дойти до своего конца.
Спартанцы, узнав о смерти Эфиальта, тем не менее выплатили Афенаду обещанную награду. Формально условие было выполнено: предатель мёртв. Причины уже не имеют значения.
Имя Эфиальта очень быстро стало нарицательным. Он превратился для греков в символ предательства — фигуру, сопоставимую по значению с Иудой в христианской традиции.
В итоге, история сама вынесла предателю приговор. Его имя пережило его самого и в новогреческом языке трансформировалось в слово εφιάλτης (эфьяльтис), что означает “ночной кошмар”.