Меня часто спрашивают - что ты делаешь на этом ужасном "Автор.Тудей"? Ты же был неплохим книжным критиком, публиковавшимся практически во всех федеральных изданиях. А на этом АТ - одни графоманы!
Ну, во-первых, соотношение талантов и бездарей примерно одинаково во всех литературных сообществах, от лонг-листа "Большой книги" до "Книги фанфиков".
А во-вторых и главных, мне интересно, что будут читать мои пока еще не случившиеся внуки. Потому что, если чтение книг сохранится как один из массовых способов проведения досуга, то это будет чтение на АТ, "Литнете", ресурсах с фанфиками, ранобэ и т.п.
Да, любители классической литературы имеют полное право называть это "недостаточно квалифицированные читатели выбирают недостаточно квалифицированных авторов". Да, это очень серьезное падение и писательского профессионализма, и читательского.
Но это, к сожалению, не результат чего-то злого умысла, а объективный процесс.
Чтение - это навык, который прокачивается. Чтобы начать получать удовольствие от чтения сложных текстов, надо прочитать не одну сотню книг. С написанием книг - то же самое.
Но главное обстоятельство, которое все определяет состоит в том, что в современном мире ни читателю, ни писателю "прокачиваться" ни к чему. Поэтому они это не делают и делать не будут.
В современном мире творчество - это удел дилетантов. Малоквалифицированных любителей.
И это уже не остановить.
Поясню на примере из смежной области - живописи. А для привлечения внимания повешу "Портрет Амбруаза Воллара" работы Пабло Пикассо из Пушкинского музея.
Современные художники не умеют рисовать. Действительно не умеют, популярное мнение "на самом деле они все прекрасно умеют рисовать, просто придуриваются" - не более чем миф. Даже те из них, у кого классическое профессиональное образование (а таких не более трети, а то и четверти), не рисовали с момента окончания института, потому давно уже потеряли квалификацию.
Дело примерно вот в чем. Давным-давно мир был суров и брутален, доступных для обитателей ресурсов в нем было мало, и чтобы оные ресурсы получить, надо было ВСЕГДА, каждый день с утра до вечера очень неслабо напрягаться. Кто не напрягался, тот просто не получал ресурса, и вскоре уступал дорогу более трудолюбивым. Уступал в самом печальном смысле слова.
Потом обстоятельства изменились, ресурсы научились добывать в гораздо больших объемах, жизнь стала получше, и так сурово напрягаться тоже уже не было необходимости. Мало-помалу невиданный зверь - свободное время - появилось не только у ничтожной по численности высшей прослойки, но и у достаточно широких слоев населения.
Встал вопрос - чем это свободное время заполнить? И огромные массы населения устремились в искусство. Потому что творчески реализовываться, делать красоту и потреблять ее - это базовая потребность человека. Даже темные крестьяне, жизнь которых, если честно, немногим отличалась от жизни их рабочей скотинки - и те вышивали какие-нибудь рушники, резали наличники и т.п.
Очень много людей хочет рисовать картины. Очень много людей хочет играть на музыкальных инструментах. Очень много людей хочет писать книги. И т.п.
Практически каждый хочет.
Но вот беда - когда начался этот великий поход не искусства в массы, а масс в искусство, выяснилась одна очень неприятная вещь. Практически все классические виды искусства оказались плоть от плоти того самого сурового мира без свободного времени. Что из этого следует – мне напомнил один из немногих художников, еще умеющих рисовать:
«Всё гораздо проще. Академический рисунок -- это вроде математики или фортепьяно. Чтобы хорошо рисовать, надо РИСОВАТЬ. Каждый день, часами, долгие годы. В ущерб всему остальному. Это адское ремесло, которое даётся потом, кровью и палочной дисциплиной. Как балет».
И "адским ремеслом" оказалось все. Хочешь рисовать? Изволь выложить за это несколько лет своей жизни, причем фриланс исключен, только полная занятость. Хочешь играть на какой-нибудь мандолине, растапливая волшебством музыки черствые сердца людей? Изволь лет с 4-5 каждый божий день мучить эту сволочь несколько часов, и ничего не видеть в жизни, кроме нее. Иначе ты просто не наберешь хорошей техники, не овладеешь ремеслом.
И со всем так.
И везде – без каких либо гарантий. Потому что везде, кроме техники, требуется еще такая малоосязаемая штука как талант, которого у тебя вполне может и не оказаться.
Это был тупик. Есть масса людей, которая хочет заниматься искусством, но заниматься им не может из-за высоких требований этого самого искусства.
Что произошло дальше, вы, я думаю, в курсе – планку начали занижать.
Чтобы играть в симфоническом оркестре, музыканту необходимо обладать высочайшей квалификацией. На смену симфонической музыке пришел джаз, там уже было полегче, но все-таки требовалось виртуозное владение инструментом. Для того, чтобы играть в поп- или рок-группе, некоторым оказалось достаточно знать восемь аккордов.
Музыканту стало не обязательно быть виртуозом. Вон, Ринго Стар всю жизнь был весьма посредственным барабанщиком – и чему это помешало?
Примерно то же самое произошло и в живописи. «Что мы вообще уперлись в эту живопись? – спросил кто-то ушлый. – Давайте назовем это «визуальное искусство»!». Не умеешь рисовать? Не беда. Возьми готовые детские игрушки, расставь их прикольно, измажь рты кровью. Зритель смотрит? Впечатления получает? Значит – визуальное искусство, а ты – художник. А рисовать вовсе и не надо.
Дальше – больше. Требования к технике начали снижаться не только у творцов, но и у потребителей, и этот процесс был неизбежен. Если в твоем городе один симфонический оркестр и две тысячи всяческих групп – кого ты будешь слушать и слышать чаще, и что у тебя будет через некоторое время ассоциироваться со словом «музыка»?
Процесс набирал обороты, и через некоторое время техника, то бишь профессиональные умения и навыки, в массовом искусстве просто вынесли за скобки в силу того, что они оказались никому не нужны. Можно назвать этот процесс деградацией искусств, можно «прогнозируемыми изменениями в изменившемся мире», можно – «объективной деградацией».
Сегодня невладение техникой людям начали компенсировать нейросети, но это отдельный и сложный процесс, о котором как-нибудь в другой раз.
Но в целом - факт остается фактом, сегодняшнее время – это время дилетантов.
И напоследок - две ремарки, просто чтобы упредить реплики, которые неизбежно кто-то скажет.
Да, уважаемые поклонники современного искусства, я в курсе, что я упрощаю, что процесс был много сложнее, что традиционная живопись оказалась в кризисе и творческом тупике и тому подобное. Я знаю, что Пикассо, когда заявлял, что уже в юности он рисовал не хуже Рафаэля – не очень-то и врал. Рисовать в обыденном смысле этого слова испанец умел хорошо, техника у него была прекрасная. И фиолетовых уродцев с глазами на заднице он рисовал не от неумения, а от поиска новых форм – все это так. Тот же самый портрет Амбруаза Воллара - эксперименты в области формы, а на оригинал (как напомнила в своей прекрасной статье Софья Багдасарова) он очень даже похож.
Но и вы задумайтесь, почему из всех возможных путей выхода из кризиса с восторгом был принят именно этот, почему именно протоптанная Пикассо тропинка стала магистральной трассой?
Да именно потому, что в пробитую профессионалом Пабло Диего Хосе Франсиско де Паула Хуан Непомусено Мария де лос Ремедиос Сиприано де ла Сантисима Тринидад Мартир Патрисио Руис и Пикассо калитку ломанулась целая толпа недоучек, бездарей и откровенных жуликов. Ломанулась с криками: «Все, можно! Пикассо легитимизировал, теперь заживем, пацаны!».
И принялись азартно малевать кубики уже без всякого смысла.
И второе. Я прекрасно понимаю, что техника, профессиональные умения и навыки – это только одна из двух составляющих, и сама по себе она немногого стоит, несмотря на то, что требует огромного количества усилий. Да, без таланта это просто ремесло.
И, да, здесь есть небольшое следствие, связанное с тем, что талант, в отличие от техники, в мире исчезнуть не может.
К примеру, на "Автор.Тудей" современные молодые авторы пишут коммерческую фантастику одинаково ужасно с точки зрения классического литературоведения. Профессиональными навыками беллетристики, которая, напомню, в переводе означает «красивое письмо» не владеет практически никто. С точки зрения стиля и т.п. – у всех тихий ужас.
Меж тем книги одних становятся популярными и даже бестселлерами, а у других их не читает никто, кроме членов семьи. Это значит просто, что при общем отсутствии техники у одних талант есть, а у других – даже не ночевал.
Но профессиональные навыки и умения ни те, ни другие осваивать не собираются, в современном мире это просто ни к чему.
Это лишние телодвижения.
Правда, недавно было высказано мнение, что в условиях надвигающегося девятого вала книг, написанных нейросетями, книжным производителям придется учиться профессии и осваивать все литературные наработки, придуманные за много веков.
Иначе не выделиться, и не обратить на себя внимания.
Но это уже совсем другая история.