Они долго молчали, и внезапно Инна впервые за столько месяцев произнесла вслух то, что было для нее правдой:
– Вообще-то, я в порядке. Я с ним не говорила, но, кажется, я только что поняла… что я и правда в норме. И даже более чем. Наверное, я нигде не была так счастлива, как здесь. До сегодняшнего вечера я и сама этого не знала, но я его не любила. Или любила когда-то давно. Но впоследствии – уже точно нет. Ни на…
Она не договорила – Дима внезапно повернулся и поцеловал ее. Губы у него были теплыми.
Она почувствовала, будто у нее в груди совсем не осталось воздуха – потянулась к нему и поцеловала его в ответ. Его губы были мягкими и нежными. Сердце ее колотилось так отчаянно, что ей казалось, будто он, прижавшийся к ней всем телом, мог ощутить его биение. Она касалась его напряженных мышц, и его поцелуй становился все более настойчивым. Его язык скользнул по ее губам.
Отвечая на его страсть, она приоткрыла рот и почувствовала, что вся тает. А через секунду накал немного утих, и Дима снова стал нежным. Он медленно отстранился. Инна открыла глаза: на его лице читались и страсть, и смущение.
– Э… прости. Кажется, я хотел сделать нечто подобное с нашей первой встречи, когда чуть тебя не сбил. Но я не думал, что у меня будет такая возможность.
Этот поцелуй, эта страсть, что очевидно была между ними, удивила их обоих. Инна еще не осознала, что произошло. В голове стоял гул, а опухшие губы покалывало.
– Я тоже этого хотела и рада, что все случилось, – наконец призналась она.
Дима улыбнулся своей полуулыбкой и снова придвинулся к ней. Но тут они услышали шаги на лестнице: Рома спускался к ним, еще в полудреме, с заспанными глазами.
– Мне приснился кошмар. – Он стоял на ступеньках и выглядел маленьким и испуганным. – Кто-то пытался меня схватить.
Инна и Дима обменялись полными страсти взглядами, улыбнулись и поспешили к малышу.
Вскоре Дима попрощался и ушел. Он мог бы остаться, в надежде, что Рома скоро снова пойдет спать, но тот факт, что их страстный поцелуй был прерван, дал им время подумать. Они немного поостыли и поняли, что событий на этот вечер уже достаточно. Грустная, ужасная, но правильная мысль.
– Позвоню завтра, – прошептал стоявший в дверях Дима, пока Рома в другой комнате ждал, когда его снова уложат в постель.
– Отлично, – широко улыбнулась Инна.
Дима чмокнул ее в губы, пока Рома не видит. Даже это легкое прикосновение заставило сердце Инны забиться быстрее. Дима вздохнул, он выглядел удивленным и расстроенным.
Инна поднялась наверх, чтобы уложить Рому.