Анна Петровна была женщиной с тяжелым характером. Всё, что ей предлагали муж, коллеги или подруги, она мгновенно воспринимала в штыки.
— Нет! — размахивала она руками, доказываю мужу, что синий костюм ему не идет. — Он тебя старит! Этот не бери, померь лучше другой! В клеточку!
— Эта помада тебе не подходит! - утверждала Анна, стоя рядом с давней подругой, выбирающей для себя косметику. — Вот эту попробуй! — подала она помаду бледного оттенка женщине. — Ты не в том возрасте, чтобы пользоваться красной.
— Сынок! Скажи жене, что субботу ты проведешь со мной. И вообще, ты, как только женился, совсем забыл о матери. Лена пусть не приезжает. Лучше пусть домом занимается.
И так во всём: Анна Петровна рубила на корню идею каждого, кто желал что-то купить, куда-то сходить или просто обсудить с ней планы на будущее. С годами Анна Петровна растеряла почти всех друзей по причине нахрапистости и нежелания принимать чье-либо мнение. Даже муж не смог выдержать такой властной женщины и ушёл. Её личное мнение всегда должно было занимать первую ступень в любой беседе.
И вот, когда сын с невесткой ни с того ни с сего задумали приобрести дачу, Анна не преминула вставить свои пять копеек:
— Пустая трата денег и времени. Бесконечные поездки за город, копка, прополка, полив… Да кому это нужно?
Её сын Максим мечтал о домике в деревне с детства. О собственной уютной даче, где можно сажать овощи, отдыхать в тишине и наслаждаться природой. Жена Лена была с ним заодно. Она, как и Максим, родилась в городе, дачи в её семье не было, а так хотелось каждое утро выйти на улицу и увидеть рассвет, услышать мелодичное пение птиц, пройтись по тихим улочкам вечером, посидеть в тишине в собственном саду. Но денег у молодой пары на покупку дачного домика не было. И Максим решил поговорить с матерью. Он долго уговаривал её, перечисляя преимущества владения загородным домом, показывал объявления с фотографиями, обещал, что они с женой сами обработают участок без её помощи.
— Мам, это отличная идея! — утверждал он, вновь заехав к маме на разговор. — Свежий воздух так полезен для здоровья!
— Денег на эту глупость не дам! — стояла на своём Анна Петровна. — Если бы на что-то стоящее попросил. А на эту ерунду ни копейки не получишь!
— Ну мы же не просто так, мама. В долг.
— Я сказала – нет! – отрезала Анна, сложив руки на груди.
Максим и Лена расстроились, но не сдались. Они долго копили, экономя на всём, чтобы исполнить свою мечту. Максим подрабатывал вечерами на удаленке, Лена брала лишние смены в больнице.
Наконец, этот долгожданный момент настал! Супруги купили домик на окраине небольшого посёлка. Дом был старым, но крепким. Участок давно заброшен, но Максиму и Лене это даже было в радость: можно разбить грядки по своему усмотрению. Большую часть участка занимал яблоневый сад. Прогуливаясь в нём, Лена озвучивала свои мысли вслух:
- Здесь мы поставим стол и скамейки. А вот здесь можно соорудить беседку…
По возвращении в город Максим первым делом позвонил матери и «обрадовал» новостью:
— Мы смогли, мама!! Купили дачу! Ты бы видела, как там красиво! Над участком, правда, придется поработать, но это не беда. Зато дом уютный: покрасить, чуток обновить фасад, и будет как новенький!
Выслушав его восхищение, Анна Петровна, как обычно, опустила сына с небес на землю:
— Я не узнаю тебя, Максим. Ты как будто не в городе вырос, а в глухой деревушке. Слушаю тебя и не понимаю. Тебя что, в роддоме подменили? Брось эту глупость, верни дом хозяину и не занимайся ерундой.
На этих словах Максим отключил вызов. Так гадко стало на душе, что губа дрогнула.
— Не обрадовалась? — шёпотом спросила Лена.
Максим мотнул головой.
***
Всё лето Максим с женой обустраивали участок: убирали мусор, скашивали траву, перекапывали землю, сажали грядки, цветы, ухаживали за ними. Мама Максима так ни разу и не приехала на дачу. Максим звонил, приглашал, но женщина повторяла одну и ту же фразу:
— Мне и здесь хорошо. Комаров кормить не желаю.
Прошел год.
Благодаря стараниям супружеской пары участок преобразился. Осталось только привести в порядок небольшую лужайку за забором, на которой находился старый дуб, расколотый пополам вдоль ствола. Соседи рассказывали, что много лет назад этот дуб посадил какой-то помещик. Легенда гласила, что этот дуб служил семье помещика неким амулетом, защитой. Лет пять назад в ствол попала молния и расколола его на две половины.
Максим решил убрать дуб, а на его месте построить небольшую мастерскую. Он взял лопату, подошел к мертвому дереву и начал выкапывать его. Корни тополя уходили глубоко в землю, паутиной расстилались под лужайкой. Максим ощущал напряжение в мышцах, но продолжал работать. Через полчаса он услышал глухой треск. Наклонился. В корнях дерева заметил старый кувшин, а в образовавшейся в нем трещине – что-то блестящее. Присмотревшись, Максим протянул руку. В кувшине лежали покрытые пылью монеты. Дрожащими руками мужчина поднял две половинки кувшина и принес домой. Разложив монеты на столе, начал их рассматривать. В комнату вошла Лена.
— Смотри, — голос Максима дрожал.
Она ахнула.
— Сокровища! Настоящие сокровища!
Максим не смог удержаться, чтобы не позвонить матери. Анна Петровна вздрогнула, когда сын рассказал ей о находке.
— Не верю, — заикающимся тоном произнесла женщина. — Покажи! Я должна сама их увидеть! А лучше… отдай их мне на хранение! Они очень ценные, да? Ты уверен?
— Для начала надо показать их эксперту, — сглотнул Максим. — Надо разобраться…
Она перебила его:
— Зачем? Что тут разбирать? — Анна Петровна быстро оживилась. — Мы же семья? Значит, у нас всё общее. Всё, что нашел ты, принадлежит и мне.
— Мама…
— Не спорь! Я выезжаю!
Не успев возразить, Максим услышал короткие гудки, а через два часа его мать стояла на пороге дачи.
— Показывай! – с ходу крикнула она.
Лена, выглянув из комнаты, свела брови к переносице.
— Подождите. Мы еще ничего не решили… Нужно оценить… обратиться к знающим людям.
— Не умничай! — прикрикнула на нее свекровь, подскочив к столу. — Мой сын отдает их мне!
Лена вскипела:
— Ваш сын – мой муж! Этот дом – наш! — она обвела руками воздух. — Значит, и находка принадлежит нам!
— Да что ты? – выпучила глаза Анна Петровна. — Думаешь, вышла замуж за моего сына, стала главной? Выкуси! — она сложила пальцы в известную фигуру и поднесла её к носу невестки.
Максим не мог выносить женские склоки, поэтому встал между матерью и женой.
— Мама, давай спокойно поговорим…
Но Анна Петровна стойко держала оборону:
— Не лезь! Эта пигалица настроила тебя против меня! Я же вижу, что ты пляшешь под её дудку! Значит так, сынок, или отдаешь монеты мне, или я больше с тобой не разговариваю!
— Мы могли бы поделиться, — сквозь зубы процедила Лена, — если бы вы повели себя достойно.
— Что?? О каком достоинстве ты говоришь? — рыкнула на неё свекровь. — Молчала бы уж, приживалка!
— Мама! — голос Максима сорвался. — Что ты говоришь? Он моя жена! А я её муж!
— Лопух ты, а не муж. — Анна не смогла больше находиться в обществе предателей и выбежала во двор.
— Она тебя облапошит, вот увидишь, — шептала женщина себе под нос, удаляясь от дачного домика.
На следующий день Максим отнес монеты эксперту. Выяснилось, что они практически не имели ценности. Обыкновенные старые советские монеты, видимо, припрятанные прежними хозяевами. Получив за них небольшую сумму, Максим решил отдать деньги маме. Анна Петровна приняла дар, но извиняться не стала.
— Благодаря этой находке я увидела истинное лицо твоей жены, — фыркнула она в ответ. — Хочешь – приезжай ко мне в гости один. Без нее. Твою Ленку я видеть не желаю.
Передав слова матери жене, Максим замолчал.
— Знаешь, — сказала Лена, обнимая его за шею, — я не хочу вставать между тобой и твоей мамой, но и общаться с ней не имею ни малейшего желания.
— Это твоё право, — ответил наконец Максим. – Она всегда была такой… тяжелой. Поэтому отец и ушел от нас. Но я не сержусь на неё. Мать есть мать.
— Да, — повторила Лена, — мать есть мать.
Но в душе её осталась маленькая зазубрина после небольшой ссоры со свекровью. Лена понимала, что теперь ей придется мириться с таким положением вещей, ведь Анна Петровна – мама Максима, и это невозможно изменить.