- Хм- м… ну давай, вспоминай, - наседала Мурчин на Наравах. - зря, что ли, на тебя тратила зелье воспоминаний?
- Могла бы и не тратить, - простонала Наравах, - у меня сейчас от него голова отходит… нет, не надо больше никаких заклинаний. Тем более от головной боли! Ох, ты же могла бы только сделать вид, что оживляешь мне память, но не обязательно же оживлять!
- Что за наивность у феи под стольник? – спросила Мурчин, - или тебе надо было пожить рядом с Рондой, чтобы научиться осторожности? Эта Негу – старая лиса! Она бы могла заметить, что я тебе оживляю память не по-настоящему. И тогда бы в миг нас раскусила! Ну давай, шевели извилинами. Уж теперь это наше счастье, что ты под заклинанием воспоминаний. Ну? Ну?
- Голова болит, - простонала Наравах, - подожди… что-то мелькает…
- Давай я тебе сниму головную боль…
- О нет! Не сейчас! Ты можешь сбить мне память… а заклятье памяти и так на излете… Я сейчас должна посидеть и попытаться вспомнить эту Галлею.
И Наравах поудобнее устроилась на банкетке и прижала указательные пальцы к вискам.
Раэ лежал на низкой кушетке в спальне Мурчин и пытался задремать после того, как его подвергли тщательному расспросу. Он уже знал, что в эту ночь ему не поспать, а значит надо беречь силы. Да, это было глупо – ловить мгновения пауз в разговоре ведьм, чтобы отвлечься, но как иначе? А ну как у него потом не будет и минуты покоя? Иногда Мурчин обращалась к нему за уточнением, толкая его под бок:
- Значит, это все-таки была речь Муат-ду? Ты не мог ошибиться и принять за него какой-то похожий язык?
- Нет-нет, - поспешно за Раэ ответила Наравах, - у меня кое-что мелькает… какие-то обрывки воспоминания, как мы проникаем в Кнею «Огненной мантихоры», и сейчас я помню ее глаза и поворот головы. Я даже, кажется, припоминаю эту гульку на ее голове. Она не очень-то решила изменить внешность… мейден Мурчин, может вам тоже прибегнуть к усилению памяти?
- Нашла что посоветовать, - фыркнула Мурчин, - я изо всех сил стараюсь забыть застенки этого проклятого ковена, а ты мне такое предлагаешь! И потом: не припомню я этой Галлеи или какой ведьмы с ее внешностью.
- Ну, простите, мейден, вы были в таком состоянии, что вряд ли бы смогли что-то запомнить… может, на то и расчет этой проныры!
- Наравах, вообще-то я сидела в застенках «Огненной мантихоры», а не разгуливала по всей Кнее! Кабы не это, я уж конечно же бы перезнакомилась со всеми ведьмами этого многочисленного ковена!
- Эта ведьма – особенная. Если даже она не входила в ядро ковена, она была из верхних ступеней, - сказала Наравах, - может, стоит полистать книгу ковенов? Наверняка о ней есть запись. На месте Рау-Рару я бы из нее сделала одну из мейстерин или помощницу таковой.
- Слишком часто таланты в ковенах взращиваются тайно, чтобы их не сорвали зелеными, - сказала Мурчин, - и ты, и я этому пример. И не ты ли говорила, что головы всех двенадцати мейстерин ковена были выставлены перед вашим магистром?
- Ну, это могла быть помощница…
- Не гадай! А то сама себе помешаешь вспомнить.
- Угу, - уныло проговорила Наравах и снова зажала свои виски между пальцами.
Тем временем Мурчин ласково похлопала по щеке смежившего веки Раэ, на какой-то миг отлучилась, а затем вернулась в свою спальню и положила на столик при кушетке укладочку, очень похожую на укладочку Галлеи, в которую она клала письма. Охотник вынужден был в ней узнать ту самую, которую он захватил на островке, где уничтожил того древнего упыря из ковена «Ледяное Зеркало». Сохранилась она хуже, чем укладка Галлеи и та, что стояла в Зеркальной Башне. И зачем только Мурчин ее подтибрила?
Наравах при виде укладочки охнула:
- Мейден Мурчин, вы себя не выдадите таким образом?
- Нет, конечно. Я сейчас отослала нашу шпионку украшать залы для Ночи Осенеющих Рос. Как обычно сильфы глупят и рук не хватает. Так что она сейчас не дотянется до своей укладки.
- Я и представить себе не могла, что она когда-нибудь может вам сгодиться, - сказала Наравах.
- Я тоже, - усмехнулась Мурчин, - однако из всех тех сокровищ, которые для меня тогда раздобыл Фере, это я использую первым.
И она опять поощряюще коснулась его щеки. Раэ в этот миг не протестовал, потому как все его внимание поглотила эта укладка. Она-то тут причем?
- А вы точно не промахнетесь, мейден? – спросила Наравах, - Вы знаете, что делать?
- Точно, - усмехнулась Мурчин, - это редкая портальная магия. Когда я была любимицей Эне, он меня одно время развлекал этими укладками. И даже на время дал мне одну из двух, чтобы посылать мне любовные записочки. Правда, для него эта забава была не нова и быстро наскучила. Однако, я успела разобраться, как они работают.
И она положила руки на крышку укладки. У Раэ неприятно заскребло под грудиной, он вынужденно замычал, Мурчин усмехнулась и отняла руки.
-Все-все. Готово!
И ведьма открыла укладку, после чего извлекла из нее лист цветной бумаги, очень напомнивших один из тех, каким пользовалась Мурчин в Кнее для написания писем. В нескольких местах он был подран.
- Бедный Эне! – съехидничала Мурчин, - приходится писать самому! Ну-ка, ну-ка, посмотрим что…
Она развернула мятый свиток, повертела его и рассмеялась:
- Узнаю придурка! Как он любит начинать с угроз! Небось, эта Галлея не рада, что с ним связалась! Угу… угу… угу…
Мурчин пробежалась взглядом по письму, затем сложила его в мятый свиток и небрежно бросила в укладку.
- Пока понаблюдаем, что они друг другу пишут. Глядишь, узнаем о нашей загадочной ведьмочке побольше.
- Ты точно отправила это письмо в укладку Галлеи? – побеспокоилась Наравах, - а то мало ли…
- Если хочешь проверить, сходи в ее комнату и посмотри, - сказала Мурчин, - хотя, наверное, наша немощная служаночка ее так закляла, что ты эту укладку с собаками не найдешь.
- Ну… все-таки… я как-то «на вы» с портальной магией…
- Я тоже, Наравах. Так что не бойся того, что я накидаю в укладку яблочных огрызков и кому-то из них двоих отошлю… хотя есть такой соблазн после того, что этот вяленый ерш про меня написал!
- Он… он грозится тебя убить?
- Нет, он грозится убить Галлею за то, что она до сих пор не убила меня!
Наравах ахнула, всплеснула руками.
- А она… она будет пытаться? Как?
- Да уже пыталась. Мне следовало догадаться, что это она. Кто у нас способен управляться умбрами помимо звёздных магов и аахарнских ликанов?
- Личи, - виновато проговорила Наравах, как та, которой не сразу пришла в голову простая мысль, - только они способны их поглощать и… исторгать из себя.
- То-то.
- Так это она, она тебе ее подбросила? – вскочила в банкетки солярная ведьма.
- То-то, - постучала Мурчин коготком по крышке укладочки, - и Эне думает, что Галлея по каким-то причинам не пустила ее в ход… тянет…
Несколько минут Мурчин задумчиво молчала, присев за столик и постукивая себя пальцами по подбородку. Наравах забыла о головной боли, а Раэ о попытке задремать.
- Она умная, - наконец, заговорила Мурчин, - она не сказала Эне о том, что уже подбросила мне умбру. Скорее всего, она хотела отписаться нашему воблеру только после того, как умбра меня уничтожит. И она очень, очень умная, раз не пишет ему о том, что умбру-то она мне подбросила, а я жива-живехонька.
- Получается, - медленно сказала Наравах, - что если это она подбросила тебе Тень, то она сейчас теряется в догадках о том, что случилось с Тенью. И уж конечно она хочет выяснить, почему покушение провалилось. Должна очень хотеть это выяснить!
- Кто бы сомневался, - усмехнулась Мурчин, пересела на кушетку и опять коснулась щеки Раэ, - ох, Фере, Фере! Ты и тут меня спасаешь! Опасного врага мне подослал Эне! А я его недооценила. Кабы не ты…
- Гобелен! – напомнил Раэ, вытянув руку, которая помешала Мурчин наклониться к нему пониже. Мурчин щелкнула его по носу и быстр переглянулась с Наравах, которая чуть-чуть опустила веки в соглашающемся движении. Мол, угоди сейчас мальчишке, коли просит.
Мурчин усмехнулась, встала, прошлась по спальне:
- Хм-м… а ведь Рансу убежден, что знает, кто подбросил мне умбру.
- И уж он точно думает не на Галлею, - сказала Наравах, - если бы он знал, то, наверное, преподнес тебе ее голову.
- Значит, думает не на того, - сказала Мурчин, - и с каким апломбом он говорил, что знает, кто это! Кабы мне и в самом деле не преподнесли в подарок не ту голову! Что мне тогда делать?
- Для начала все-таки выяснить, на кого думает принц, - улыбнулась Наравах.
- Да уж понятно на кого! Лучше бы выяснить, как Галлея пробралась ко мне в покои, - сказала Мурчин, - ну-ка, позови-ка сюда Варсиса. Что он там говорил про мои замки? Будто их кто-то грубо открывал?
Продолжение следует. Ведьма и охотник звездная башня. Глава 115.