2005 год, США. Режиссер Майкл Бэй. В ролях: Юэн МакГрегор, Скарлетт Йоханссон, Шон Бин, Джимон Хонсу, Стив Бушеми.
Время апокалипсиса: 2019 год.
Причина апокалипсиса: глобальное заражение.
Масштаб апокалипсиса: вся планета.
Если верить легенде и автобиографическому фильму «Фабельманы», Спилберг навсегда заболел кинематографом после того, как снял на домашнюю 8-миллиметровую камеру игрушечную железнодорожную катастрофу. В биографии Майкла Бэя есть похожая история – только, в отличие от дедушки Спилберга, он прикрепил к паровозику несколько петард и чуть не спалил в итоге весь дом.
Это определило всю его дальнейшую судьбу и будущий режиссерский профиль: Майкл просто не может ничего не взрывать – причем желательно, чтобы разрушения и языки пламени при этом занимали все пространство экрана.
Поэтому первые сорок минут «Острова» выглядят так, будто их снимал кто-то другой, – непривычно строго и академично даже. После толком не объясненной, но глобальной и удивительным образом не показанной в кадре катастрофы планета оказалась заражена. Большая часть людей погибла. Немногочисленные счастливчики живут под непроницаемыми для враждебной внешней среды куполами.
Все они одеты в одинаковую белоснежную одежду, напоминающую форму для фехтования (что неудивительно: одним из скрытых, но всем очевидных спонсоров фильма стал спортивный бренд Puma), едят какую-то синтетическую унифицированную еду в столовой, занимаются нехитрой работой на конвейере, тренируются и спят, мечтая попасть на Остров – единственное на всей планете место, где еще можно дышать и плавать в океане, не опасаясь смертельных испарений, радиации или чего-то вроде этого. В чем конкретно проблема, за два часа пятнадцать минут так никто и не уточнит.
Что, впрочем, вполне ожидаемо: на самом деле апокалипсис и его последствия тут фейковые. Это конспирологическая ложь, дезинформация и пропаганда, которую злые и коммерчески заинтересованные кукловоды вливают в уши персонажам фильма. Для удобства восприятия жертвы этой системы одеты в спортивную белую одежду, а выгодоприобретатели и эксплуататоры – в спортивную черную.
Юэн МакГрегор и Скарлетт Йоханссон носят белое. Зовут их тут соответственно Линкольн-Шесть-Эхо и Джордан-Два-Дельта, что сразу намекает на целую серию научно-фантастических фильмов, где толпы одинаково одетых людей живут в приближенных к тюремным условиям под властью каких-нибудь футуристических фашистов: «Бегство Логана», «451 градус по Фаренгейту», «THX 1138», «Эквилибриум», «О дивный новый мир», «Бразилия» и так далее и тому подобное. Более буквально сюжет украден из менее известного источника – малобюджетного сай-фай-ужастика Parts: The Clonus Horror, лаконично переведенного на русский как «Части: Ужас клонов».
Чтобы это хотя бы частично компенсировать Бэй минут пять показывает в кадре картину Пикассо, который, кроме всего прочего, известен тем, что сказал: «Хорошие художники копируют, великие художники воруют»
В большинстве упомянутых референсов футуристические фашисты ничего особенно страшного со своими невольными гражданами не делают, просто изолируют их от внешнего мира и ограничивают доступ к информации – для большей безопасности, естественно. Но у Майкла Бэя и его сценаристов они настроены серьезно: бедолаги в белом – клоны, которые не знают о своем истинном происхождении и предназначении – служить донорами органов.
Некая монструозная корпорация выращивает их в своей циклопической лаборатории-тюрьме и держит там до тех пор, пока заказчику не понадобится трансплантация: кто-то проводит на замаскированной под высокотехнологичное производство ферме-скотобойне несколько месяцев, кто-то пару лет, а самому старшему из доноров-клонов – семь лет.
Чтобы этот Освенцим для самых маленьких выглядел чуть менее бесчеловечно, корпорация каким-то образом выращивает уже взрослых клонов. При этом в сценарии несколько раз упоминается, что по уровню развития клоны соответствуют мальчикам и девочкам 15 лет. Это несколько запутывает, но тем не менее: тридцатичетырехлетнему на момент выхода фильма МакГрегору и двадцатилетней Йоханссон по роли одновременно 15, 4 и 2 года. Вот такая ситуация.
Но Бэй не дает своим 15-летним зрителям слишком долго размышлять над этим парадоксом – примерно через полчаса после катастрофической преамбулы наши сексуальные герои сбегают из фашистских яслей при помощи скабрезного айтишника (хотя, судя по лихому и придурковатому виду, может, и уборщика) в исполнении Стива Бушеми (или Бусчеми?).
И начинается экшен с большой, даже гигантской буквы Э. Все горит и взрывается, десятки футуристических автомобилей (и даже один продакт-плейсмент-кадиллак) в мощном рапиде разбиваются в хлам. Крутые спецназовцы на вертолетах под руководством Джимона Хонсу идут по следу наших лялечек. А пупсики буквально на лету обучаются вырубать монтировкой целые отряды подготовленных в Пентагоне наемных убийц и водить какие-то нереальные ховербайки.
Носятся друг за другом они еще примерно полтора часа, почти не сбиваясь с темпа, уничтожая небоскребы и военные базы, убивая какое-то невероятное количество спецназовцев, полицейских и просто случайных людей, нарушая все законы физики и логики, угорая и куражась без особенного смысла – ради чистого и беспримесного удовольствия от погонь и перестрелок. Все это можно было бы смело сократить минут на сорок-пятьдесят без какого-либо ущерба для сюжета.
Нельзя сказать, что это лучший из фильмов Бэя, но графика тут не дешевле, чем в «Армагеддоне», актерский состав не слабее, чем в «Скале», погонь и драк не меньше, чем в «Черепашках-ниндзя» и «Трансформерах», а юная Скарлетт Йоханссон ничем не хуже юной Меган Фокс.
«Остров» выделяется из пестрой массы фильмов Бэя своей неожиданной остросоциальностью. В 2005-м разговоры о клонировании шли всерьез, овечка Долли была популярнее королевских корги бабушки Елизаветы, и тут неожиданно записной голливудский конъюнктурщик и конформист вдруг выдает жесткую критику этого грязного дела с наездом на глобальные корпорации и проклятых капиталистов в целом.
За такое Бэю можно простить не все, но очень многое. Ну и в очередной раз порадоваться за постапокалипсис. Уж если такой меркантильный парень, как Бэй, решил обратить свой взор на этот мертвый жанр, значит, не такой уж он и мертвый.
Ну а то, что конец света тут не настоящий, а поддельный, лишний раз характеризует лишь самого Майкла. Ничего он не может сделать нормально. Даже «Матрица» в его исполнении превращается в свою противоположность: Вачовски скрывали под рутиной серой однообразной повседневности заговор роботов-садистов, а Бэй действует от обратного – прикрывает глобальной катастрофой грошовые махинации парочки жалких коррупционеров.
Удачного просмотра.