Рассказ "На распутье"
Глава 1
Глава 42
Глубоко вздохнув, Ирина взяла себя в руки. Перед соседом она неторопливо пересчитала купюры — те, что удалось занять у знакомых. Мужчина смотрел на её тонкие пальцы, перебирающие бумажки и, не скрывая ухмылки, отстукивал каблуком ботинка по скрипучему паркету. Ира закончила считать, протянула соседу деньги.
— Ну, если что, заходи, — спрятал он купюры в кармане потёртых трико. — Чаю попьём, поговорим.
— О чем? — подняла на него усталые глаза Ирина.
- Да о чем хочешь, — подался он вперед, пахнув на нее неприятным запахом изо рта.
Ира поморщилась, затаив дыхание.
— А хочешь, я тебе с ремонтом помогу, — мужчина взглядом указал через её плечо – туда, где вздулся линолеум. — За отдельную плату. Или тебе нужна другая помощь?
Подмигнул он ей. У Ирины кровь отхлынула от лица. Сердце в груди пропустило удар, и девушка сама не поняла, как одним тяжелым толчком вытолкнула нахала на лестничную клетку.
— Да ты что?! — рассмеялся он, чуть не упав. Успел ухватиться за дверной косяк одной рукой, другой вцепился в дверную ручку. — Я ж пошутил! Ха-ха-ха! Ты что, шуток не понимаешь?!
Ира не стала ему отвечать. Захлопнув дверь, она быстро повернула ключ в замке и почувствовала облегчение.
***
Катя пришла домой и рухнула на стул, не раздевшись.
— Ты чего такая хмурая? — вышла из комнаты мать, неся в руках половую тряпку и ведро.
— Плохие новости, мам, — Катя подняла на нее глаза, переполненные слезами.
— Что такое? — опешила женщина, опуская ведро на пол. — Опять с кем-то поругалась? Я же тебя просила, Катя, не лезь ты к этой Светке Рябой. Ну что ты к ней прицепилась, как банный лист. Делить вам нечего. Лёнька никому из вас не достался. А ты всё никак не угомонишься. Взрослые ведь бабы, а ведете себя, как дети, ей-богу.
- Сдалась мне твоя Рябая, — фыркнула в ответ Катя, медленно стягивая рукавицы с рук. — Тётя Вера померла.
— Которая? — ахнула Марфа, нащупывая рукой стул под столом, чтобы присесть.
— Мать Лёнькина.
— Да ты что? Когда успела? Разве ж она болела? Вроде с палочкой передвигалась. Хотя… давненько она мне на глаза не попадалась. Видимо, и вправду болела.
Марфа украдкой смахнула слезу. Вот и Верин час пришёл. Не вечна человеческая жизнь.
— Болела, — кивнула Катя, разложив на коленях пуховый платок, который только что сняла с головы, — мне её соседка сказала. Она сегодня на почту приходила. Мама, оказывается, тётя Вера лежала в последнее время. С сердцем что-то. Клавдия Петровна пришла к ней, а в доме никого. У неё же подруга с дочкой жили. Так вот, Клавдия Петровна говорит, что даже к ней не зашли и не предупредили о своем отъезде. Говорит, дом не заперт, зашла внутрь, а там так холодно, будто несколько дней не топили. Соседка не могла навещать Веру, сама приболела, поэтому понадеялась на гостей. А они… вот…
Катя беспомощно развела руками, взглянула на мать — и вдруг, закрыв лицо ладонями, разрыдалась так горько, словно только что потеряла родного человека. Марфа сидела не шелохнувшись. Ей было жаль Веру. Представить только: остаться одной в пустом доме, совсем без помощи…
— Господи, — Марфа тоже не выдержала и начала реветь, представив себя на месте Веры Ивановны.
Оплакивая душу Веры, женщины не заметили, как в дом вошел Петр Петрович. Он посмотрел на жену и дочь, нахмурившись, затем громко кашлянул, чтобы на него обратили внимание. Марфа повернула голову.
— Что вы тут устроили? — спросил он жёстким голосом. Уставший после работы, мужик желал прийти домой и отдохнуть как следует, а не слушать женский вой на всю ивановскую.
Марфа рассказала ему, что услышала от дочери только что.
— Ну что ж, - ответил Петр, скидывая валенки и ставя их у печи, — значит, судьба такая.
— Ты, как был чёрствым, так и остался, — Марфа встала, собираясь вынести ведро и вылить грязную воду во дворе. — Ничего тебя не берет.
— А зачем мне чужое горе на себя примерять? — покосился на неё муж. — У самих проблем по самое горлышко, ещё о чужих думать.
Марфа хотела было возразить ему, но тут в разговор вступила Катя:
— А ещё… — она глотнула, прежде чем выложить еще одну новость.
Родители уставились на неё.
— Вера Ивановна никогда не узнает, что нашелся её сын.
— Ты это о чем? — на лице Марфы появилось недоумение.
— Оказалось, что Ваня… который сейчас живет у своего брата. Иван Васильевич. — Катя сделала паузу, переводя взгляд с отца на мать и обратно. — Сын Веры Ивановны. Моя мать обманула, сказав, что его украли у нас.
(среда)