Катя набирала номер сына раз за разом. Она видела в окно, как он идёт по двору и пинает мяч, но прошло пять, десять, двадцать минут, а он так и не объявился. Сначала она не нервничала: этажом ниже живёт одноклассник Артёма, и он мог зайти к нему, но потом материнское сердце ёкнуло.
Начало здесь. Предыдущая часть 👇
Она нервно посмотрела на часы. Уже час прошёл, а Тёма так и не вернулся домой. Конечно, если она позвонит, мальчик будет недоволен. В последнее время он недоволен всем! Даже тем, что она готовит.
- Рыба? Фу! Я хотел сосиски!
- Картошка? Фу! Я хотел макароны.
- Гречка? Фу! Сделай пюре!
Причём Катя даже спрашивает:
- Ты что хочешь на ужин?
И слышит в ответ всегда равнодушное:
- Мне всё равно.
Да, она виновата. Перед сыном, перед бывшим мужем. Она устала себя винить. Внутри уже не осталось места для того, что ей казалось влюблённостью! Выжженная пустыня. Мысли день и ночь крутились вокруг совершенной ошибки. А безнадёжность накрывала так, что приходится топить её в алкоголе. Иначе просто невыносимо.
Ничего не исправить.
Катя не заметила, как жизнь превратилась не просто в рутину, а в болото, которое её засасывает. Просто однажды проснулась, как всегда, раньше всех, пошла на кухню, чтобы поставить чайник, и вдруг увидела в его отражении себя. Мятую, растрёпанную. Никакую. Да, она только что проснулась, но как часто она видит себя именно такой? Всегда.
Она разозлилась на себя. Единственное слово, которое пришло ей на ум, пока в ванной Катя глядела на своё отражение в зеркале:
- Никчёмная.
Умылась, накрасилась, уложила волосы и стала ждать, когда Игорь проснётся. Что скажет, увидев её посвежевшей? Похорошевшей? Может, удивится? Или вспомнит, наконец, что, кроме работы, есть ещё семья. Есть ещё нестарая жена. Почему в то утро ей так захотелось внимания? До оскомины на зубах!
Но муж увидел не её.
- О, сырники! Класс. Кофе сделаешь?
И даже голову в сторону Кати не повернул. Будто она мебель. Нет, гораздо хуже: будто она – нечто само собой разумеющееся. Так же, как завтрак, который она готовит каждый день уже столько лет подряд! Будто он сам появляется. Когда её мужчины последний раз говорили спасибо? А такое было. Когда-то давно, так давно, что уже и не вспомнить, когда именно.
Сын тоже ничего не заметил. Как и отец, он видел только тарелку. Сел за стол, схватил вилку и протянул:
- Не хочу в школу! – и сердито уставился в тарелку, будто лежащие в ней сырники виноваты, что ему нужно идти на уроки.
С сыном Катя попыталась поговорить:
- Как думаешь, мне идёт такая причёска?
Но тот продолжал бубнить своё:
- Почему нужно ходить в школу каждый день? Не хочу! Сколько можно? И ходишь в неё, ходишь… Ещё столько лет! Я футболистом стану! А зачем футболисту эти дроби? Надоело, ужас!
А с Игорем даже не пыталась поговорить. Он сел, не глядя начал быстро есть, уткнувшись в телефон. Вот какая ему разница, что на завтрак? Кате показалось, что он и вкуса не чувствует. Поставь ему тарелку с пресной, невкусной кашей, так он всё съест и скажет:
- Очень вкусно! – и даже не вспомнит, что же он там ел.
Катя не пошла на работу. В первые за всю свою жизнь она решила её просто прогулять. Позвонила, зажала нос и просипела в трубку, что простыла. Попросила день отгула.
- Конечно, поправляйся. Ударно так лечись! Завтра ты мне нужна.
Оставшись один на один с накрывшей её апатией, Катя вдруг села за стол и заплакала. Когда её жизнь превратилась в этот монотонный кошмар? Когда она стала просто частью интерьера? Когда перестала быть женой и матерью?
Она вытерла лицо рукой и заметила разноцветные разводы. Чёрт! Забыла, что накрасилась. Пришлось всё смывать. Подумав, Катя схватила косметичку, снова привела себя в порядок, красиво оделась и вышла из дома. Просто гулять по улицам. Смотреть, видят ли её другие люди или она действительно превратилась в невидимку?
Люди её видели.
- Ля какая! – воскликнул мужской голос, и женщина обернулась скорее посмотреть, точно ли ей говорят или рядом есть кто-то ещё. Но она была одна, не считая этого некрасивого мужчины с блестящими глазами. Увидев, что Катя обернулась, он тут же предложил: – Составить тебе компанию, красавица?
Гордо вскинув подбородок, она развернулась и молча ушла, показав на прощание лишь руку с обручальным кольцом.
Но внутри всё ликовало! Красавица! И что её так обрадовало? Мало она комплиментов получает, что ли? Катя резко остановилась. А правда, когда последний раз она слышала в свой адрес комплименты? В молодости даже раздражало, что все пристают, а потом она вышла замуж и защищалась от нападок кольцом на безымянном пальце. Вот только уже много лет и защищаться не от кого… Муж её не замечает, они никуда не ходят, на работе все к ней привыкли… Ещё недавно Артём, глядя на неё, восклицал с восторгом:
- Мамочка, ты самая красивая!
Теперь от него слышно только:
- Фу, мама, не целуй меня!
Всё поменялось, жизнь будто осталась где-то в прошлом. А сейчас… сейчас она уборщица, кухарка и банк, когда сыну нужны деньги.
Катя и не заметила, как погрузилась в пучину отчаяния. Ещё не старая, а внутри будто бабка. Серая, никому не нужная мышь. Стоит ли ей удивляться, что, встретив Дениса спустя столько лет, она так легко поддалась его очарованию и комплиментам:
- Ты всё так же прекрасна! Совсем не изменилась.
Они встречались, когда ей было восемнадцать. И она даже мечтала о свадьбе, но… расстались по глупости. Подружки сказали, что видели его с другой. Ничего там и не было, но ссора получалась крупная, и в итоге разрыв, депрессия, а потом знакомство с Игорем.
Вот так жизнь пролетела, а Денис всё равно нашёл её прекрасной! Уже давно не юную, замученную бытом и работой, нелюбимую жену и мать. Пара невинных встреч, и Катя заявила о разводе.
Разве это преступление, хотеть быть счастливой? Любимой? Так почему сейчас она чувствует себя ещё хуже? Может потому, что внутри себя она чувства к Денису так и не нашла. Даже ностальгии не было по ушедшей молодости, только желание, чтобы её заметили. Ею восхищались. Её любили.
Игорь… взял и отпустил. Будто всё так, как и должно быть. Не настаивал. Хотел поговорить, правда, но она не хотела. А теперь… Теперь в мечтах вернуть всё, как и было, вот только… Откуда взялась эта Настя?!
Да и не простит её Игорь. Мужчины такое не прощают. Как заведено? Мужчина может ошибиться, а женщина нет. И неважно, правильно это или нет, факт в том, что ничего не вернуть.
Вздохнув, Катя вынырнула из пучины одних своих невесёлых мыслей и тут же нырнула в другие, такие же невесёлые. Пожалуй, даже страшные. Она снова набрала номер сына. И услышала только:
«Абонент временно недоступен. Оставьте сообщение после звукового сигнала».
- Тёма, где ты? Я волнуюсь. Перезвони, пожалуйста.
Беспокойство уже подобралось к самому горлу, и, казалось, дышать стало труднее. Рука слегка дрожала, когда она набирала номер бывшего мужа. Но и тот оказался вне зоны доступа. Всё, медлить больше нельзя! И нельзя позволять так себя доводить! Артём, конечно, обижен, но это не даёт ему право издеваться над матерью и не слушаться!
Катя быстро сунула ноги в тапки и спустилась на этаж ниже. На её звонок, дверь открыл Вова, одноклассник её сына:
- Здрасте, – растерянно произнёс он.
- Вов, а Тёма у тебя?
- Нет. Он разве не дома? Тренировку-то отменили.
Кате показалось, что температура вокруг подскочила до предела. В холодном подъезде сразу стало душно.
- Если он тебе напишет или позвонит, передай, что я его ищу, – тихо сказала Катя, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать истерить. Некогда сейчас! Да и незачем друзей сына пугать.
- Ладно, – кивнул Вова и захлопнул дверь.
Вернувшись домой, она быстро переоделась. Может, он в больнице? Время посещений уже закончилось, но вдруг его пропустили? А в больнице её ждал очередной «сюрприз»: там не было ни сына, ни бывшего мужа. Вызвав такси, женщина без колебания поехала к Игорю домой. Только сегодня говорили, что Тёме не стоит там появляться!..
Она подъехала к дому, когда уже стемнело. Влетела в подъезд, хотела позвонить, но заметила, что дверь приоткрыта. «Ну я вам сейчас задам!» – подумала Катя, заходя в квартиру, чувствуя одновременно волну облегчения и злости. Она приготовилась разразиться гневной тирадой, но вместо этого громко закричала. А связанный Тёма замычал.
- О как, – негромко произнёс мужчина.
Катя сделала шаг назад, потом шаг вперёд, к сыну. Она не понимала, что происходит? Кто этот мужчина? Где Игорь?
Незнакомец резко встал, а она, повинуясь сиюсекундному порыву, кинулась к сыну, чтобы загородить его, беспомощного, связанного от этого человека. О себе она ни на секунду не задумалась.
***
- Ты куда? – Настя буквально встала в дверях, не давая ему пройти.
- Уйди! Это Катя! Я её голос узнал! Видимо, не нашла Артёма и приехала сюда! Да пусти же!
- Дождёмся полицию, – строго произнесла Настя. – Не пущу! Вдруг преступник вооружён? Откуда ты знаешь, кто он? Все там останетесь! Нет! Ты разве не видишь, что вляпался в какой-то криминал?
- Я никуда не вляпывался! Эта дурацкая квартира! Там жена моя, сын! Уйди с дороги, – он грубо отпихнул женщину от двери и понёсся вниз. В этот раз он не пытался идти тихо, а бежал по лестнице, резко открыл дверь и вовремя успел влететь в комнату в тот момент, как Мирон Леонидович поднял руку с зажатой в ней тростью на Катю…
Игорь никогда не дрался. Разве что в очень далёком детстве, когда ещё ходил в детский сад. Тогда при ссорах он толкал обидчика, и обидчик толкал его в ответ. Всё, больше не дрался. Сейчас он не думал. Ударил ногой соседа, и удар получился достаточно мощным, чтобы тот отлетел на диван.
И только теперь стал соображать. Мирон Леонидович! Бедный, немощный старикашка! Безумный сосед! Правда, сейчас он совсем не походил на безумца. И трость использует совсем не по назначению. Кто бы мог подумать!
- Вы? – спросил он.
- Вся семья в сборе, – с усмешкой произнёс он и даже не попытался встать. – Не хватает только одного человека.
Игорь не успел ничего сказать, как в квартиру прибежала Настя. В качестве защиты в этот раз она схватила не вантуз, а швабру. Очень умно!
- А вот и Настя! – воскликнул Мирон Леонидович. – Вот теперь все в сборе. Ну надо же, кто бы мог подумать! – он вдруг рассмеялся. И смеялся так, что на его глазах проступили слёзы.
- Чокнутый, – процедила сквозь зубы Настя. – Полиция едет! Ты не уйдёшь!
- Да? – с интересом спросил Мирон Леонидович, переставая смеяться. Игорь встал так, чтобы загородить собой Катю и Артёма. Он краем глаза видел, как бывшая жена пытается развязать верёвку. – Ты вызвала полицию? Спасибо, деточка. Или ты предпочитаешь, чтобы я называл тебя… Анечка? Кстати, Игорь, познакомься: Анна, подруга Ильи. Его любовь. Нет, роковая страсть!
Сосед снова рассмеялся. Игорь перевёл взгляд на соседку, а та побледнела. В следующую секунду раздался грохот: это ослабевшие пальцы не смогли удержать швабру.
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇