Год назад
- Я устала, – тихо произнесла Фёкла. – И я хочу на свободу.
- А ты разве не на свободе? – удивился Мирон Леонидович. – А могла бы быть в тюрьме.
Начало здесь. Предыдущая часть 👇
- Ты понял, о чём я говорю, и не нужно строить из себя идиота! – с лёгким раздражением в голосе заметила женщина. Она чувствовала, что изменилась за те годы, что провела, строя из себя безумную старуху при соседях и других людях. А ещё ей приходилось быть курьером. Для встреч «со своим человеком» Мирон Леонидович придумал использовать кладбище. Вроде как безутешная мать приходит на могилу сына поплакать, проведать, прибраться. И даже участок купил, памятник поставил. По пути Фёкла забирала из условного места бумажный пакет. Она никогда не смотрела, что внутри, но понимала, что ничего хорошего. Впрочем, расчёт Мирона был прост и гениален! Ни разу её не задержали, не остановили. И даже ни в чём не заподозрили. Женщина спокойно делала своё дело.
Фёкла устала бояться, что обман раскроется. Устала строить из себя безумие! А ещё она устала жить, как бедная старуха, когда у неё есть накопления, чтобы просто жить, как она и мечтала, на берегу моря. Или океана. Это как раз не принципиально, главное подальше отсюда.
Но годы шли, а Мирон её отпускать и не думал. Она для него стала удобной. Сам он привык жить скромно и для каких целей копил деньги, ей было неведомо. Своими планами мужчина никогда с ней не делился.
Если бы она была его возлюбленной или женой, возможно… Нет, Фёкла понимала, что этот человек не способен ни перед кем раскрыться. И казалось, что никогда ни к одной женщине не испытывал симпатии. По крайней мере, она его ни с одной не видела. И к ней он интереса не проявлял. Их отношения были сначала дружескими, потом деловыми.
Теперь рабскими. И когда он успел её поработить? Буквально заковал в невидимые кандалы!
- Так отчего ты устала? – после недолгой паузы спросил сосед. – Живёшь, в ус не дуешь. Ну ездишь иногда на кладбище… Тоже хорошо! Там тихо, спокойно. Меняешь обстановку, отдыхаешь. Перед кем там притворяться? Перед покойниками, что ли?
- От цирка этого устала. Все актёры разъехались, два клоуна остались и продолжают Ваньку валять! Тебе самому не надоело? Даже Томка от тебя устала! Сиделку наняла, ты всё время ходишь, мычишь. Самому не противно?
- Противно? – Мирон хохотнул. – Да мне никогда в жизни не было так хорошо и спокойно! Томка ко мне редко приходит. Терпеть не может больных и больницы. И сиделку она наняла глупую. Та придёт, походит по квартире, поворчит. Уберётся, а потом сваливает, справедливо полагая, что молчащий старик на неё работодательнице не пожалуется. Никто не воспринимает меня всерьёз. И почему я раньше такое не провернул?
Фёкла вздохнула. Она радости Мирона не разделяла.
- Я хочу осуществить мечту и уехать на море. И там спокойно дожить свой век. По-моему, я заслужила отпуск. Нет, не так. Я заслужила пенсию!
- Потерпи ещё немного. Пока ты мне нужна, а позже… я тебя освобожу, – с усмешкой заметил Мирон. И от этой усмешки у соседки побежали мурашки по коже. Она сглотнула, кивнула и отправилась к себе.
Женщина вдруг поняла, что никто никуда её не отпустит. Зайдя в квартиру и закрыв дверь на все замки, она отодвинула диван, приподняла незакреплённую доску и достала из небольшой ниши конверт. Заглянув в него, Фёкла пересчитала доллары. Настоящие, не фальшивые. Всего у неё было чуть больше ста тысяч. С тех пор как Ильи не стало, Мирон перестал платить ей за работу и крепко держал тем, что знает, кто убийца.
И это она.
Деньги в этом конверте не позволят прожить безбедно целую жизнь, но разве у неё осталась жизнь? В последнее время она всё чаще задумывалась о смерти, хоть и чувствовала себя вполне бодро. Убрав деньги обратно в тайник, она села на диван и физически ощутила ту моральную усталость, о которой только что говорила Мирону. Она словно бетонная плита, давила ей на голову, спину, плечи…
«Когда всё пошло не так?» – задумалась Фёкла. И тут же принялась искать ответ в своей памяти.
Она родилась в полно, пусть и бедной семье. И что? Тогда богатых не было. Все плюс-минус были бедные. Получила образование, вышла замуж.
Подойдя к шкафу, женщина достала фотоальбом. На первой же странице с чёрно-белой фотографии ей улыбалась она же, только двадцатилетняя. В лёгком летнем платье она стоит возле института, в котором тогда училась. Потом работала.
Закрыв глаза, Фёкла словно перенеслась в тот день.
- Девчата, там Ромка Агашин фотоаппарат принёс! Бежим скорее! Может, и нас сфотографирует!
И все, смеясь и на ходу прихорашиваясь, побежали на улицу. Ромка, поупрямившись для вида, всех сфотографировал приговаривая:
- Какой цветник! Ну не курс, а сплошные фиалки да лилии!
- Ром, а ты фотографии нам напечатаешь? – задорно воскликнула Женька Емельянова.
- А как же! Но за каждую фотографию – поцелуй! А с Вальки ещё и свидание!
Валентина покраснела, а Фёкла, стоящая рядом, улыбаясь слегка пихнула её локтем. Они давно обсуждали, что Ромка к ней неровно дышит, но та никому не верила. Очень неуверенная в себе девушка была.
Когда дошла её очередь, Фёкла встала, улыбнулась и тут…
За спиной Ромки остановился парень, при взгляде на которого перехватило дыхание. Он тоже смотрел на неё и улыбался. Одна его рука спряталась в кармане брюк, а другой он взъерошил волосы, чтобы скрыть волнение… Дождавшись, когда её «щёлкнут», он тут же подошёл и сделала комплимент:
- Вы – самая красивая девушка! Я таких, как вы, ещё не встречал!
А Фёкла, в отличие от Вальки, даже не покраснела. Она молча стояла, улыбаясь одними глазами, и ждала приглашения.
- Не хотите сходить вечером на танцы?..
Так они познакомились с Володей. Ещё тогда можно было понять, что он бабник, но она была ещё слишком наивна, слишком влюблена.
На следующей странице альбома были свадебные фотографии. В их время долго почти никто не встречался. Познакомились, влюбились, поженились. На сожительствующие пары косо смотрели, хотя сама Фёкла не видела в этом ничего предосудительного. Если людям так хорошо, чего лезть? Она вообще считала, что осуждают сожителей только те, кто сам бы хотел так же жить. Вот и всё.
Володя позвал её замуж уже через две недели, но поженились они только через три месяца. Так уж вышло. А потом он в армию ушёл, а она ждала. Писала письма, доучивалась, скучала.
Разве она была тогда плохим человеком? Помогала ветеранам, ходила в детский дом заниматься с детьми, хотя никогда особо этого не любила, но это всё же скрашивало одиночество и ожидание мужа из армии. Она не одна такая была. В то время женились и в армию уходили многие.
Когда Володя вернулся, казалось, вот теперь начнётся счастливая жизнь. Все беды позади. Но как же это было наивно и глупо! В самом начале совместной жизни они жили в комнате общежития, и это было максимально плохо. Им так "повезло", что в соседях оказалась семейная пара с двумя маленькими детьми-погодками, которые шумели день и ночь. А в другой комнате жила молодая и очень скандальная пара, на которых жаловались все соседи. Они и бурно ругались, и бурно мирились. Непонятно только, как их не выселили. В то время ещё могли.
Когда они съехали в свою квартиру, Володя начал постоянно говорить о детях.
- Уже столько женаты, всё ещё бездетные! Как так?
Фёкла лишь пожимала плечами. Она была не против родить, но не горела желанием стать матерью. Может, те соседи с маленькими детьми так на неё повлияли? Сама она была единственным, как мама говорила, выстраданным ребёнком в семье. Точнее, у неё было два брата, но по роковому стечению обстоятельств, оба умерли ещё до того, как им исполнился год.
Выжила только Фёкла. Так что с детьми она никогда не возилась, кроме того времени, когда сама была ребёнком и общалась со сверстниками.
Как-то незаметно и быстро Володя к ней охладел. Да и она к нему. Жизнь устоялась, она, несмотря на молодой возраст, семимильными шагами продвигалась по карьерной лестнице, мечтая о кресле ректора, как вдруг в один из самых обычных вечеров…
- Я купила курицу, сейчас запекаю! – крикнула она, услышав, что муж пришёл. Сама Фёкла в тот день освободилась раньше на час.
Муж не откликнулся. Схватив полотенце и вытерев об него руки, женщина поспешила в прихожую. Володя сидел на табуретке, обхватив голову руками.
- Что случилось? – строго спросила Фёкла.
Но муж лишь мотнул головой.
- Говори! Ни к чему мне здесь этот детский сад!
Володя поднял глаза на жену и выдавил из себя:
- Она беременна… Беременна!
- Кто?
- Роза беременна… Нам придётся развестись. Мой ребёнок. А у тебя всё равно ничего не получается!
Фёкла замерла на мгновение, а потом ка-а-ак размахнулась и отвесила Володе звонкую оплеуху, да так, что у самой рука огнём горела. Она кипела от ярости, обиды, унижения. Кипела так, что, вспоминая о том дне спустя годы, до сих пор чувствовала всё то же самое.
Захлопнув альбом, Фёкла встала и сунула его в шкаф. Всё из-за него! Из-за Володьки. Не смог держать себя в руках, скакал по бабам! Всё началось с него. И с этого Мирона, будь он проклят! Они не сразу познакомились. Он как раз в то время к ним в дом переехал и стал жить по соседству. С Володькой подружился, в дом к ним приходил, несмотря на то, что у них разница в возрасте почти десять лет была! А то и больше. Точный возраст мужчины, Фёкла не знала. И никто не знал.
Ну почему, почему она так разозлилась тогда? Ну, выгнала бы его к этой Розе, и чёрт с ним! Зато осталась бы свободной.
Но нет. Стерпела. Ребёнка себе забрала, воспитала. Всю жизнь этим подпитывала ту ненависть, которая у неё возникла. И что? Он всё равно ушёл. Подал на развод! Правда, долго повеселиться ему не удалось.
Теперь, спустя годы, Фёкла жалела, что не смогла простить и отпустить. Сколько бед можно было бы избежать! Месть и ненависть ударили по ней же, а Володе что? Покоится себе с миром, бед не знает.
И Илья ей теперь часто снится. Будто зовёт к себе. Жаль парня, привыкла к нему. Столько лет тайну хранит! Столько лет на эти цветы под окнами смотрит! Совсем измучилась. И зачем только пошла на это?
По-другому было нельзя. Или Илья, или она. Причём ей бы грозили мучения похлеще. Мирон – страшный человек, но поняла она это слишком поздно.
Фёкла встала и, шаркая ногами, подошла к окну. Можно было бы идти нормально, не изображая немощь, никто же не видит, но она и правда почувствовала себя в этот момент дряхлой старухой. Одинокой, никому не нужной.
Слёзы навернулись на глаза, и она остановилась, тогда и не дойдя до окна. Всё расплылось, а внутри огнём жгли раскаяние и жалость к себе.
- Илюша, Илюша, мальчик мой! Рано ты повзрослел! Рано на скользкую дорожку стал! Разве ж я тебе плохой матерью была? В институт мог поступить, человеком стать! Нет, ты решил деньги «легко» зарабатывать! И что же я наделала?
Слёзы выкатились из глаз, и она смогла продолжить путь к окну. Погоревать, глядя на настоящую могилку пусть и не родного, но всё же сына.
И каково же было её удивление, когда, выглянув в окно, она увидела… Илью. Он стоял прямо в палисаднике, смотрел на неё прищурившись, поджал губы и неодобрительно качал головой.
Продолжение следует... Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.