Кольцо исчезло в 7:14 утра...
Дима знал точно, потому что смотрел на часы — думал, успеет ли до работы выпить кофе или только чай, — и в этот момент Батон, не прекращая вилять хвостом, снял кольцо с края раковины и проглотил его с таким видом, будто это был вопрос давно решённый.
— Батон, — сказал Дима.
Батон вильнул хвостом.
— Батон, ты только что съел обручальное кольцо.
Батон сел и посмотрел на хозяина с выражением полного душевного покоя.
Дима посмотрел на раковину. На то место, где только что лежало кольцо. Потом на собаку. Потом снова на раковину.
— Ладно, — сказал он наконец. — Ладно...
………
До развода оставались сутки. Точнее — завтра в два часа дня они с Катей должны были прийти в ЗАГС и поставить подписи. Всё было решено, документы поданы, заявление написано три месяца назад. Дима жил в однушке на Садовой, которую снимал с ноября, Катя осталась в их квартире. Батон — предмет отдельных и самых ожесточённых переговоров — жил с Димой, потому что Катя сказала ""я не буду ухаживать за этим животным"", а потом сразу сказала ""но это несправедливо, что ты его забираешь"".
Так и не договорились. Батон жил у Димы по факту, вопрос висел.
Батон был лабрадором четырёх лет — бежевым, плотным, с ушами, которые никогда не лежали симметрично. Одно всегда чуть выше другого. Он был добродушен до степени клинической: лаял на кошек не со злостью, а с искренним желанием познакомиться, а когда знакомились — расстраивался, что кошки не разделяли его энтузиазма. Он любил жевать то, что плохо лежит. Не из вредности — из интереса. Пульт от телевизора, зарядку от телефона, один тапок из пары — всегда один, чтобы второй оставался целым и дразнил.
Кольцо, надо сказать, лежало на краю раковины, потому что Дима снял его ещё в октябре и с тех пор не надевал. Просто не убрал. Оно лежало там уже месяца три и, судя по всему, терпение Батона иссякло.
Хорошо, — думал Дима, стоя посреди кухни в восемь утра. — Хорошо. Кольцо внутри собаки. Это, в принципе, нормально. Лабрадоры едят всё. Оно металлическое, оно выйдет само. Надо только подождать.
На работу он опоздал на сорок минут, потому что полчаса гуглил ""собака съела металлический предмет что делать"" и читал форумы, где люди рассказывали истории один страшнее другого. Потом позвонил в ветклинику.
— Золото? — уточнила девушка на ресепшене.
— Обручальное кольцо.
— Когда съел?
— Минут сорок назад.
— Симптомы есть? Рвота, вялость?
Дима посмотрел на Батона. Батон лежал на его кроссовке и дремал.
— Вялости нет, — сказал Дима.
— Приезжайте на рентген, — сказала девушка. — Скорее всего, выйдет само, но лучше убедиться.
………
В ветклинике Батон немедленно влюбился в кошку в переноске, сидевшую в очереди перед ними. Кошка смотрела на него с такой концентрированной ненавистью, что даже хозяйка кошки — женщина лет пятидесяти в пальто с меховым воротником — отодвинулась.
— Он не кусается, — сказал Дима.
— Она — да, — ответила женщина.
Рентген подтвердил: кольцо сидело в желудке, ровно посередине, как нарочно. Врач — молодой парень с серёжкой в ухе, Дима потом запомнил — показал снимок на экране.
— Вот оно. Красиво легло.
— Красиво, — согласился Дима.
— Выйдет за сутки-двое. Следите за стулом.
— За стулом, — повторил Дима. Значит, завтра на развод — без кольца. Которое внутри собаки. Которую я веду сегодня домой после ветеринара. Это моя жизнь.
— Вы в порядке? — спросил врач.
— Отлично, — сказал Дима. — Просто завтра развод.
Врач помолчал.
— Сочувствую.
— Не надо, — сказал Дима. — Всё правильно.
………
Домой они вернулись в час дня. Дима написал на работу, что будет во второй половине. Поставил чайник. Батон лёг под стол и захрапел — ветеринарный поход его вымотал морально, хотя физически с ним ничего не делали.
В три часа позвонила Катя.
— Дима, мне нужно заехать за своими вещами. Я забыла коробку с зимней одеждой.
— Заезжай.
— Ты дома?
— Дома.
Пауза.
— Батон у тебя?
— У меня.
Она приехала через сорок минут. Дима открыл дверь, Батон возник из-за его спины с такой скоростью и радостью, что Катя невольно шагнула назад.
— Батон, стоять, — сказал Дима.
Батон не стоял. Батон прыгал, лизал, вертелся, вилял всем корпусом — он Катю любил, он всегда её любил, это был один из немногих вопросов, в котором у Батона не было никаких сомнений.
Катя, к её чести, не оттолкнула. Присела, почесала за ухом. Батон немедленно лёг на спину и задрал лапы.
— Толстый стал, — сказала она.
— Он нервно ест.
— Он всегда нервно ел.
Это была правда. Они оба знали. Это было даже немного смешно — и они оба это почувствовали, потому что Катя чуть улыбнулась, глядя на Батона, а Дима отвернулся к окну.
— Коробка в спальне, — сказал он.
Пока она собирала вещи, Дима стоял на кухне и пил чай. Слышал, как она ходит, как открывает шкаф. Батон ходил за ней по пятам — это тоже было слышно, потому что Батон ходил тяжело, с достоинством, цокая когтями по паркету.
Потом в прихожей что-то грохнуло.
— Всё нормально! — крикнула Катя.
Дима вышел. Коробка стояла на боку, часть вещей высыпалась. Батон стоял рядом и смотрел с видом человека, который случайно толкнул, но не нарочно. Катя собирала вещи обратно.
— Дай помогу.
— Я сама.
Они оба нагнулись одновременно и почти столкнулись лбами. Катя засмеялась — коротко, неожиданно для себя. Дима тоже.
Батон немедленно влез между ними, потому что решил, что раз все нагнулись, значит, его гладить.
— Батон! — сказали они одновременно.
И оба замолчали.
………
Катя ушла в шесть. Постояла у двери с коробкой.
— Дим. Ты знаешь про завтра, что надо быть в...
— Знаю. В два.
— Ладно.
Батон сел у её ног и смотрел снизу вверх.
— Батон остаётся у тебя, — сказала Катя. Не спросила — сказала.
— Остаётся.
— Хорошо. — Она смотрела на собаку. — Он вообще хоть ест нормально?
— Не всегда нормальное, — сказал Дима.
— В смысле?
— Сегодня утром съел кольцо.
Катя подняла на него взгляд.
— Какое кольцо?
— Обручальное. Моё. Лежало на раковине.
Она смотрела на него секунды три — молча. Потом посмотрела на Батона. Потом снова на Диму.
— Ты не шутишь.
— Нет.
— И где оно сейчас?
Дима показал на Батона.
Катя снова посмотрела на собаку. Батон вилял хвостом — медленно, вопросительно, не понимая, почему никто ничего не делает.
— Господи, — сказала Катя. И засмеялась — уже по-настоящему, не коротко. — Господи, Дима.
— Я знаю.
— Он съел кольцо.
— Я знаю.
— Накануне развода.
— Я понял, да.
Она смеялась, прислонившись к дверному косяку, и Батон немедленно воспрял духом и снова полез здороваться, потому что смех — это хорошо, смех означает, что всё в порядке.
— Ветеринар сказал, выйдет само, — добавил Дима.
— До завтра?
— Необязательно.
Катя вытерла глаза. Смотрела на Батона.
— Слушай. — Она помолчала. — А давай мы... не завтра. Давай перенесём.
— Зачем?
— Ну. — Она пожала плечом. — Кольцо же ещё внутри.
Дима смотрел на неё.
— Кать. Это не причина.
— Я знаю, что не причина, — сказала она. — Я просто... я не готова завтра. Я думала, что готова. Три месяца думала. А сейчас стою здесь и понимаю, что не готова.
Батон сел между ними. Положил голову на лапы прямо на пороге — так, чтобы дверь нельзя было закрыть.
— Батон, уйди, — сказал Дима.
Батон не ушёл.
Они стояли в дверях — Катя с коробкой, Дима с кружкой чая, которую так и держал, — и смотрели на собаку, которая лежала поперёк порога и не собиралась никуда двигаться.
— Он специально, — сказала Катя.
— Он не специально. Он просто не хочет, чтобы ты уходила.
Катя поставила коробку на пол. Присела рядом с Батоном. Почесала его за ухом — долго, молча.
— Три месяца, — сказала она тихо. — Три месяца я была уверена.
— Я тоже, — сказал Дима.
— И что теперь?
Дима поставил кружку на полку у зеркала. Посмотрел на жену. На собаку. На коробку с зимними вещами, которая так и стояла в прихожей.
— Не знаю, — сказал он честно. — Не знаю, Кать.
Батон перевернулся на спину — медленно, с чувством — и задрал все четыре лапы кверху. Это означало одно: чешите живот. Оба. Сейчас.
Катя засмеялась сквозь нос.
— Идиот.
— Он вообще-то кольцо ещё не вернул, — сказал Дима.
— Да. Это важный момент.
Они помолчали.
— Зайдёшь? — спросил Дима.
Катя посмотрела на коробку. На Батона. На Диму.
— Зайду, — сказала она.
Батон немедленно вскочил и побежал на кухню — туда, где стоит его миска, туда, где обычно становится хорошо. Когда приходят люди, надо бежать на кухню. Это закон.
Дима поднял коробку и отнёс её обратно в комнату.
Ставить на место или нет — он пока не думал. Просто поставил у стены.
*****
Спасибо, что дошли до конца и прожили эту историю вместе со мной 🙏
Если хотите и дальше находить здесь себя, свои мысли и переживания — подпишитесь, мне будет очень ценно ваше присутствие.
📚 А ещё загляните в мои другие рассказы — возможно, один из них станет для вас особенным: