19 июня 1991 года последний эшелон Южной группы войск пересёк границу с Украинской ССР у станции Чоп. В сопроводительных документах эшелона ядерных боеголовок не значилось. По данным американского исследования Роберта Норриса и Уильяма Аркина для Bulletin of the Atomic Scientists, к этой дате все советские ядерные заряды с территории Венгрии уже были вывезены. Вопрос в другом: когда именно и каким маршрутом.
Это не теория заговора. Это пробел в открытой документации, который советская сторона создала намеренно.
Что вообще там стояло
Советские ядерные боеприпасы на территории стран Варшавского договора находились под двойным контролем. Носители – тактические ракеты, авиабомбы, артиллерийские снаряды – могли принадлежать национальным армиям. Сами заряды – нет. Они хранились на отдельных объектах, охранявшихся исключительно советскими частями 12-го Главного управления Министерства обороны СССР.
В Венгрии такой объект располагался у населённого пункта Тёрёкбалинт под Будапештом, а основное хранилище – в районе Дебрецена. В Чехословакии действовали три объекта: Мимонь, Болетице и Червена-Воду. Это подтверждено в чешском исследовании 2007 года, проведённом по заказу Института изучения тоталитарных режимов на основе материалов архива армии ЧССР.
По оценке Норриса и Аркина, к 1989 году на территории ГДР, Польши, Чехословакии и Венгрии находилось от 1300 до 1600 советских ядерных боеголовок. Точная цифра не опубликована до сих пор. Распределение между странами в открытых источниках отсутствует.
Почему документы молчат
Стандартная процедура вывода войск выглядела так. Министерства обороны двух стран согласовывали график. Подписывались протоколы по эшелонам, технике, личному составу. Венгерская и чехословацкая стороны получали уведомления о составе вывозимого имущества.
Ядерные заряды в эти уведомления не входили никогда.
Есть документ, который это показывает прямо. Протокол советско-венгерских переговоров от 10 марта 1990 года, опубликованный в сборнике венгерского Института истории 1956 года. В нём перечислены категории вывозимой техники: бронетехника, артиллерия, авиация, инженерные части, средства связи. Раздела о специальных боеприпасах нет. На полях рукописная пометка советского представителя: «по отдельному графику». График не приложен. И, судя по комментарию венгерских историков, в архиве МИД Венгрии его нет до сих пор.
Это и есть та самая лакуна. Венгерская сторона официально не знала, когда советские ядерные заряды покидают её территорию.
Логистика, которую невозможно спрятать целиком
Ядерный заряд весит немного. Боеголовка тактической ракеты Р-17 (Scud) – около 1000 килограммов. Авиабомба РН-28 – меньше. Артиллерийский снаряд 152-мм с ядерным зарядом – меньше центнера.
Но вывоз требует инфраструктуры, которую не утаишь. Специальные железнодорожные вагоны с климат-контролем. Конвои с тяжёлой охраной. Воздушное прикрытие. Резервные маршруты на случай ЧП.
И вот здесь начинается интересное.
По данным чешского исследования, в период с октября 1989 года по февраль 1990 года из объектов Мимонь и Болетице было отправлено в СССР не менее семи специальных эшелонов. Маршрут известен: через Чьерну-над-Тисой на Ужгород. Точнее – через узкоколейный участок, который специально готовили для тяжёлых вагонов. Чехословацкие железнодорожники получали приказ обеспечить «зелёный коридор» без объяснения, что именно везут.
Комендант станции Чьерна-над-Тисой Йозеф Гаваш в интервью 2009 года газете Hospodářské noviny рассказал, что в ноябре 1989 года получал указания пропускать эшелоны без проверки. На вопрос «что в вагонах» советский офицер связи отвечал одной фразой: «военное имущество категории особой важности». Этого было достаточно.
Венгрия: спешка
В Венгрии вывод шёл быстрее, чем в Чехословакии. И ядерная часть операции – тоже.
Подписание соглашения о выводе войск состоялось 10 марта 1990 года. Полный вывод завершился 19 июня 1991-го. Это всего 15 месяцев на эвакуацию группировки в 50 тысяч военнослужащих с техникой, складами и боеприпасами.
Ядерные заряды, по венгерским оценкам, были вывезены в первую очередь. Историк Имре Окват из Института истории 1956 года, работавший с архивом венгерского Генштаба, в монографии 2008 года называет период с апреля по август 1990 года. Это первые пять месяцев после подписания соглашения. То есть советская сторона эвакуировала самое чувствительное имущество раньше, чем обычную технику.
Логика понятна. Венгрия в марте 1990 года провела первые свободные выборы. К власти пришёл Демократический форум. Какой будет позиция нового правительства по советскому имуществу – оставалось неясным. Заряды решили вывезти, пока вопрос не стал политическим.
Чехословакия: иначе
В Чехословакии последовательность была другой. Соглашение о выводе подписали 26 февраля 1990 года в Москве. Срок – до 30 июня 1991 года. Срок выдержали, последние части ушли 27 июня.
Но ядерные заряды, по чешским данным, начали вывозить ещё до подписания соглашения. Первые эшелоны зафиксированы в октябре–ноябре 1989 года, то есть в разгар Бархатной революции и за несколько месяцев до официальных переговоров.
Этот факт долго не укладывался в стандартную хронологию. Объяснение нашлось в материалах 12-го ГУ МО СССР, частично опубликованных в российском сборнике «Ядерное оружие в Восточной Европе» 2004 года: ещё в 1988 году в рамках мер доверия и сокращения вооружений в Европе советская сторона начала плановую ротацию ядерных арсеналов. Часть зарядов выводилась в СССР для модернизации. Замена не возвращалась.
То есть к моменту, когда вывод стал политически необходим, на чехословацких объектах оставалось меньше зарядов, чем числилось в документах двухлетней давности. Это объясняет и относительную лёгкость операции, и отсутствие крупных публичных инцидентов.
Что зафиксировано в немецких документах
Косвенный источник – архив Министерства государственной безопасности ГДР, рассекреченный после 1990 года. Штази вела наблюдение за советскими военными перевозками, идущими через территорию ГДР в обратном направлении, в сторону СССР. Отчёты передавались в советское посольство, но копии оставались.
В одном из отчётов за январь 1990 года описан эшелон, прошедший через узловую станцию Франкфурт-на-Одере: «12 вагонов специального назначения, охрана усиленная, состав не открывался, маршрут – группа советских войск в Германии – Брест». Происхождение состава – «южное направление». Это, вероятнее всего, чехословацкие заряды, шедшие транзитом.
Прямого подтверждения, что речь именно о ядерных боеголовках, в документе нет. Но категория сопровождения, состав охраны и тип вагонов соответствуют именно такой перевозке.
Куда всё это пришло
Конечная точка маршрута для зарядов из Венгрии и Чехословакии – объекты 12-го ГУ МО на территории СССР. По косвенным данным, основное хранилище располагалось в районе Феодосии-13 (нынешнее Кизилташ), а также на объекте Можайск-10. Часть зарядов пошла в Лесной (Свердловск-45) на разборку и переработку.
Именно здесь возникает ещё одна лакуна. В 1991 году СССР распался. Часть инфраструктуры 12-го ГУ оказалась на территории Украины, Беларуси и Казахстана. Сложный процесс концентрации советских ядерных боеприпасов на территории России завершился в 1996 году. Какие именно заряды и из каких источников были вывезены из Украины – в открытых источниках детально не описано.
То есть ядерные боеголовки из Венгрии и Чехословакии существуют в документах дважды. Первый раз – при вывозе из стран Варшавского договора в 1989–1991 годах. Второй раз – при перемещении внутри постсоветского пространства в 1992–1996 годах. И на каждом этапе их учёт вёлся в разных ведомственных системах, не сводимых в открытом виде.
Один эпизод, который выпадает из общей картины
В октябре 1990 года на железнодорожной станции Зноймо на чешско-австрийской границе произошёл инцидент. Чехословацкая таможня попыталась досмотреть проходящий советский эшелон. Советский офицер сопровождения отказался открыть вагоны. Возникла короткая стычка с привлечением чехословацкой полиции.
Конфликт уладили на уровне Министерства обороны через несколько часов. Эшелон пропустили без досмотра. В чешской прессе того времени эпизод упоминался коротко, без деталей. В советских источниках – вообще не упоминался.
Этот эпизод важен по одной причине. Он показывает, что даже в конце 1990 года – через девять месяцев после подписания соглашений о выводе – советская сторона перевозила через территорию Чехословакии грузы, на которые не распространялся таможенный режим. И национальные власти не имели права знать, что именно перевозится.
Ядерные заряды или нет – в документах не уточнено. Но категория груза была явно специальной.
Что осталось неизвестным
Три вопроса в открытых источниках не закрыты до сих пор.
Сколько именно зарядов вывезли из каждой страны. Цифры есть только в обобщённом виде, без разбивки по объектам и датам.
Каким был фактический график вывоза. Известны рамки – с осени 1989 года по лето 1991-го. Конкретные эшелоны и маршруты в систематизированном виде не опубликованы.
Что стало с конкретными зарядами после возвращения в СССР. Часть пошла на разборку, часть – на модернизацию, часть – на склады хранения. Распределение неизвестно.
Это не случайные пробелы. Документация по 12-му ГУ МО остаётся закрытой и в Российской Федерации, и в архивах стран-преемниц СССР. Чешские и венгерские исследователи работают только с тем, что попадает в их национальные архивы, а это лишь обратная сторона процесса.
Ядерный вывод из стран Варшавского договора не был секретной операцией в обычном смысле. Заряды были, их забрали, они вернулись в СССР. Об этом известно. Но логика учёта была устроена так, чтобы ни одна из принимающих сторон не имела полной картины. Это касается даже Москвы: документы хранились в разных управлениях, сводный отчёт мог существовать в одном экземпляре или не существовать вовсе.
Это и есть главная особенность советского подхода к ядерному имуществу за пределами СССР. Не «спрятать», а сделать так, чтобы вопрос нельзя было задать корректно. Категория «специальные боеприпасы» в документах есть. Что внутри категории – не уточнялось ни для кого, кроме узкого круга 12-го ГУ.
Данные, использованные в этом материале, собраны из открытых публикаций: Bulletin of the Atomic Scientists, чешских и венгерских академических изданий, рассекреченных материалов архива Штази. Полной картины эти источники не дают, и часть оценок может уточняться по мере публикации новых документов.
Если среди читателей есть те, кто служил в частях 12-го ГУ МО в этот период, работал на станциях сопровождения эшелонов или знаком с национальными архивами через профессиональную деятельность, любые подтверждённые уточнения по датам, маршрутам и категориям грузов будут учтены и внесены в текст.