«Скажите честно, эти правила вы придумываете на ходу?». В отчаянии спросил студент-итальянец, проучившийся два года у моей знакомой преподавательницы русского языка.
Поводом для его недоумения стала фраза: «Бабушка надевает шубу, а внучка одевает куклу», которую он услышал от учителя.
Я улыбнулась. Потому что таких ловушек в нашем языке десятки. И большинство носителей о них даже не задумываются.
Сейчас пасскажу о пяти, которые чаще всего ставят иностранцев в тупик. И не только их.
1. «Да нет, наверное» – три ответа в одном
Классика. Утверждение, отрицание и сомнение, упакованные в три коротких слова.
Представьте: иностранец спрашивает, пойдёте ли вы в кино. Вы отвечаете:
– Да нет, наверное.
Что он слышит? «Yes no maybe». Для него, это логическая неразбериха.
А мы знаем, что это значит: «скорее всего, нет, но я ещё чуть-чуть подумаю и оставлю себе пути отхода».
Просто «нет» в русском звучит резко, почти грубо. Прямой отказ воспринимается как невежливость. Поэтому мы смягчаем его утвердительным «да» (которое здесь не «yes», а частица согласия с самим разговором) и подстраховываемся словом «наверное».
Это не глупость языка. Это его деликатность. Русский не любит категоричности в бытовой речи, он предпочитает мягкие конструкции, где у собеседника всегда остаётся пространство для маневра.
Кстати, у этой фразы есть родственники: «ну да, конечно», «ага, как же» и «нет, ну а что». Все они работают по тому же принципу, слова значат одно, интонация и контекст другое.
2. Почему глазурованный пряник, а сырок глазированный
Вопрос, который ставит в тупик уже самих носителей русского языка. Почему пряник «глазурованный», а сырок «глазированный»?
Казалось бы, оба покрыты глазурью. Логика подсказывает: должно быть одно слово. А вот и нет.
«Глазурованный», значит покрытый твёрдой стекловидной глазурью. Это слово родственно «глазури» в керамическом смысле, отсюда и глазурованная плитка, и пряник, на котором сахарная корка застывает почти стеклом.
«Глазированный», покрытый сладкой, чаще шоколадной массой. Этот глагол пришёл через французское «glacé», что значит «замороженный, покрытый блеском». Отсюда же глазированные сырки и тортики.
Два корня, два разных пути в русском языке, и оба прижились. И теперь хозяйка в магазине, не задумываясь, выбирает глазированный сырок, а керамист глазурованную вазу.
Иностранцу же приходится просто это запомнить.
3. Непростая буква «Ё» в русском алфавита
Это моя любимая загадка. Буква, которая есть и которой как будто нет.
Попробуйте объяснить логику: в слове «ёлка» мы её пишем. В слове «всё», чаще не пишем, заменяя на «все». И иностранец читает «vse». И не понимает, имели в виду «всё» или «все».
А самое весёлое начинается с фамилий. Знаменитый пример, Лев Толстой написал героя по фамилии Лёвин, от своего имени Лёва. А мы поколениями читаем «Левин», и герой как будто меняет национальную принадлежность.
Или поэт Афанасий Фет. В паспорте у него стояло Фёт. Но в русской традиции буква «ё» в печати часто превращалась в «е», и весь мир знает поэта как Фета. Хотя по замыслу он был Фёт.
Почему так?
Букву «ё» ввела княгиня Екатерина Дашкова в 1783 году. Она предлагала её вместо громоздкого «иo». Прижилась буква не сразу, и до сих пор у неё статус факультативный: писать обязательно только в детских книгах, словарях и там, где без неё рождается двусмысленность.
Отсюда наши вечные истории про совершённый и совершенный, про небо и нёбо. Иностранцу необходимо только смириться, эта буква в русском мерцает, как звезда.
4. Подмышка или под мышкой
Держать книгу под мышкой. Натереть подмышки дезодорантом.
Одно и то же место тела, два разных написания. Почему?
Когда мы говорим о части тела как о понятии, существительном, пишем слитно: «подмышка». Когда же мы указываем место, отвечая на вопрос «где?» или «куда?», пишем раздельно: «нести папку под мышкой», «сунул под мышку градусник».
То есть «подмышка», это что. А «под мышкой», это где.
И да, мыши тут когда-то действительно были. В древнерусском словаре «мышца» означало мускул, мышцу руки. А «мышка», уменьшительное от неё, нижняя часть плечевой мышцы.
Так что наши подмышки, это исторически «под мышцами руки», и никакого зоологического смысла. Хотя признаюсь, я лет до двадцати думала, что мыши там как-то замешаны.
5. Приуменьшить и преуменьшить – одна буква, разные смыслы
Это пара, которая ставит в тупик не только иностранцев, но и редакторов с двадцатилетним стажем.
«Приуменьшить», немного уменьшить. Приставка «при» здесь работает так же, как в словах «приоткрыть», «присесть» и «придержать». То есть совершить действие слегка, чуть-чуть.
Например: Я приуменьшил сумму расходов, чтобы жена не расстраивалась.
Значит, сказал чуть меньше, чем было.
«Преуменьшить», значительно уменьшить, занизить, представить меньшим, чем есть. Приставка «пре» родственна «пере» и означает превышение меры.
Например: Не стоит преуменьшать его заслуги.
Значит, не нужно их сильно занижать, делать вид, что их почти не было.
Чувствуете разницу? «Приуменьшил» долг, соврал по мелочи. «Преуменьшил» долг, соврал по-крупному, выставил его ничтожным.
И такая же история с парой «придать и предать», «приступить и преступить». Одна буква, а смысл поворачивается на сто восемьдесят градусов. Я часто говорю своим знакомым: «при» это про чуть-чуть и про приближение, «пре» это про слишком сильно.
Не странности, а характер языка
Когда смотришь на эти примеры подряд, понимаешь: русский язык не сложный. Он богатый. Он сохраняет оттенки, которые в других языках давно стёрлись.
Итальянцу или англичанину наша «подмышка» кажется избыточностью. А для нас это два разных взгляда на одно место: как на объект и как на место. Иностранцу непонятна буква «ё», а для нас она маленький, но честный звук, который не хочет быть в тени буквы «е».
Я думаю, иностранцы потому и продолжают учить русский, несмотря на «да нет, наверное». Потому что в этих странностях прячется характер. Язык, как и человек, интересен своими противоречиями, а не своей правильностью.
А у вас есть свой фаворит среди русских языковых загадок? Я бы добавила в этот список ещё «руки не доходят посмотреть». Но это и другие мы обсудим совсем скоро.