Для меня в Петербурге есть особенное место. Место силы. Место, куда хочется возвращаться снова и снова, в любое время года, но особенно сейчас — в сезон белых ночей. Это Таврический сад.
Если искать ему аналогию в мире, то ближе всего он, пожалуй, к лондонскому St. James’s Park — такому же живому, естественному, очень деликатно встроенному в центр большого города, где природа не выглядит декорацией, а остаётся настоящей. А вот полная противоположность Таврическому — это Люксембургский сад в Париже или даже наш Летний сад. Они прекрасны, но это совсем другая философия: геометрия, порядок, симметрия, подчёркнутое присутствие человека. Таврический — не про это.
Не знаю другого парка в центре большого города, где присутствие человека ощущалось бы настолько деликатно. Где природа не подчинена архитектуре, не выстроена по линейке, не превращена в декорацию, а лишь очень бережно дополнена. Где рука человека почти незаметна — и именно в этом её талант.
Таврический сад — редкий для Петербурга пример настоящего английского пейзажного парка конца XVIII века. Не регулярного, не парадного, не построенного на демонстрации порядка и симметрии, как многие императорские пригородные ансамбли, а живого пространства, которое должно было выглядеть так, словно возникло само собой. Извилистые дорожки, мягкий рельеф, естественные линии воды, мостики, старые деревья, перспективы, которые открываются постепенно, а не предъявляются сразу.
И удивительно, насколько этот замысел жив до сих пор.
То, что особенно ценно сегодня, — его подлинность. Исторические грунтовые дорожки вместо бесконечной плитки и асфальта. Это такая редкость сейчас. Вы не идёте по «городскому благоустройству» — вы идёте по настоящему парку. По земле. По мягкому покрытию, которое само по себе меняет ощущение прогулки.
Лужайки, на которых можно лежать с книгой, устроить пикник, просто смотреть в небо. Пруд с утками. Маленькие мостики. Огромные старые деревья. И при этом это не дикий, не заброшенный парк, а удивительно ухоженное, безопасное, живое пространство, которое прекрасно работает круглый год.
Таврический — живой. Не достопримечательность в классическом смысле. Не место, которое нужно «отметить». А место, которое нужно прожить.
И именно сейчас, в середине и особенно в третьей декаде мая, когда Петербург только входит в белые ночи, Таврический сад особенно прекрасен. Это время высокого светлого неба, которое будто не заканчивается, мягкого вечернего света, отражений в воде, первой густой зелени и начала настоящего цветения. Сейчас в Таврическом цветёт сакура, и совсем скоро её сменит сирень, продлевая это ощущение непрерывной весны. В эти дни он выглядит особенно романтично, почти кинематографично, и, кажется, показывает свою самую красивую версию.