НАЧАЛО РАССКАЗА:
Начали неторопливо обходить сарай и всматриваться в стены, которые были сделаны из обыкновенных досок, сбитых между собой крепкими перекладинами, но ничего похожего на двери или замки не обнаружили.
— Тогда остаётся одно: искать нужно на полу. Возможно, на замок закрывается что-то вроде погреба, — предположил Роман.
Это оказалось куда сложнее, чем обследование стен. Полы в сарае были только в двух местах. По-видимому, когда-то там располагались коровник и свинарник. Загоны убрали, а полы из потрескавшихся и потемневших от времени досок ещё остались. Пришлось их поднимать, и лишь когда оставались две последних доски, под ними обнаружили едва заметный замок. Это был врезной замок, которому было не меньше столетия, и он был установлен на крышке небольшого погребка, расположенного вровень с землёй, на которой только что лежали поднятые доски пола.
Ключ без особых усилий открыл его. Небольшая дверка подпола открылась, и трое искателей с удивлением увидели на дне совсем неглубокой ямки металлическую коробку. Елена улыбнулась. Эту коробочку открыли. Там лежало три конверта. Два были адресованы Елене, третий — отцу Петру.
— Читать будем дома, — заявила Елена и пригласила всех к себе.
На конвертах, подписанных рукой Бориса Петровича, стояли не только имена адресатов, но и порядковые номера, указывающие, в какой последовательности их следует открывать.
Елена открыла первый конверт и вытащила письмо, которое было не отпечатано на принтере, а написано рукой дяди. В письме на трёх листах шла речь о том, что за всю жизнь дядюшка накопил немало денег, стал хозяином редких ценностей. После смерти сестры он очень надеялся, что Елена выйдет замуж за серьёзного, умного и надёжного человека. Дядя планировал передать семье своей племянницы всё, что заработал за годы жизни. Хитрый и проницательный дядюшка писал, что быстро раскусил Вадима. Он видел, что Вадим эгоист, не способный любить никого, кроме себя. К тому же пенсионер знал, что Вадим, стараясь быть незамеченным, обследует укромные углы его апартаментов в поиске чего-нибудь интересного. Вадиму было невдомёк, что старик всегда перед приёмом гостей устанавливал в помещениях скрытые камеры, чтобы посмотреть, как ведут себя племянница и её муж.
Далее дядя писал Елене, что он верит: когда она станет хозяйкой его богатств, сразу начнёт смотреть на жизнь другими глазами. Он не сомневался, что она сможет правильно ими распорядиться. Прочитав письмо до конца, Елена узнала много интересного не только о неведомых ценностях дяди, которые где-то хранятся до сих пор, но и о собственном муже. Ей было очень стыдно перед батюшкой и Романом за то, что было написано в письме о Вадиме, особенно о том, что он обыскивал дом дяди Бориса. Елена сложила прочитанное письмо и убрала его в конверт.
— Мне твой дядя кое-что из этого рассказывал прошлым летом, — признался батюшка. — Говорил мне, что не хотел тебе открываться, пока ты живёшь с мужем и не видишь, что он за человек. Боялся, что, узнав правду, твой муж сделает всё, чтобы оставить тебя ни с чем. Ведь у Бориса были далеко идущие планы. Он очень хотел, чтобы ты их осуществила.
Елена открыла второй конверт. Там лежало завещание, в котором дядюшка оставлял племяннице очень солидный счёт в банке, картины и антиквариат. Дальше шёл подробный перечень картин известных художников, предметов антиквариата и драгоценностей. А ещё упоминалось о том, что на каждый ценный предмет есть документ, подтверждающий право собственности на него. Эти документы Елене нужно было обязательно хранить. Без них она не сможет потом продать ценности. А далее был указан адрес одной небольшой частной галереи, принадлежащей давнему проверенному другу Грачёвского. В хранилище этой галереи тайно ото всех его приятель Морозов Илья Владимирович хранил указанные в завещании предметы.
Елена обратила внимание на адрес. Галерея располагалась в том самом райцентре, куда отправлялся автобус, на котором девушка добиралась с железнодорожного вокзала до деревни. Больше в конверте не было ничего. Пришла очередь открывать третий конверт. Елена посмотрела на отца Петра и сказала:
— Батюшка, если не хотите, чтобы мы знали о содержании письма, можете забрать конверт домой и открыть его там.
— А у меня ни от кого никаких секретов нет, — возразил батюшка и тут же принялся открывать конверт.
Вытащил из него единственную бумажку. Это было письмо, написанное Борисом Петровичем. В нём он просил батюшку помочь племяннице распорядиться средствами, которые он ей завещал. Напоминал, что у них с отцом Петром неоднократно были разговоры о том, чего не хватает родной деревне и небольшому райцентру по соседству. Борис Петрович просил батюшку, чтобы тот непременно помнил об этом, когда Елена будет решать, на что потратить деньги.
Старец печально улыбнулся и стал рассказывать, что когда Грачёвский ненадолго приезжал в свой деревенский домик, он каждый раз твердил об одном и том же: «Нужно, чтобы дети росли умными и здоровыми». А потому ратовал за то, чтобы и в соседнем городке, и в родной деревушке непременно были современные школы со знающими учителями и хорошо оснащённые медучреждения с ответственными докторами.
Когда батюшка и Роман разошлись по домам, Елена ещё несколько раз перечитала оставленное дядей письмо и завещание. Вдруг она осознала, что нашла ответ на вопрос: ради чего жить и что делать дальше. Решила, что раз не получается ничего хорошего с личной жизнью, она займётся делами, которых не успел или почему-то не захотел доделать её дядя. По крайней мере, её жизнь с этого момента обрела хоть какой-то смысл.
Елене не хотелось возвращаться в город. Там её никто не ждал. Видеть мужа совсем не хотелось. Елена сидела и думала, как бы поделикатнее намекнуть Вадиму, что она задержится в деревне на неопределённое время. Не успела она продолжить свою мысль, как зазвонил телефон. Это был Вадим. По голосу мужа Елена поняла, что он пребывает в прекрасном настроении.
— Привет, — радостно поздоровался Вадим. — У меня для тебя новость, только прошу, не устраивай истерик и переживаний. Но ты знаешь, что я человек честный, поэтому не собираюсь ходить вокруг да около, а просто ставлю тебя в известность. Я встретил настоящую любовь. Мы с тобой расходимся.
Елена растерялась от услышанной новости. Она почувствовала странное облегчение, будто с плеч свалился тяжёлый груз. Нет, она не огорчилась. Потеря Вадима для неё совсем не была сколько-нибудь значима. Просто не ожидала, что всего за несколько дней её отсутствия он так быстро найдёт ей замену.
— Ты чего молчишь? — недовольно спросил Вадим, не дождавшись слёз и причитаний жены.
Он был уверен, что она сейчас начнёт призывать его хорошенько подумать, опомниться, ведь она его так любит.
— Заявление о разводе уже подал? — спросила жена.
— А, — торжествующе воскликнул Вадим. — Всё-таки волнуешься, но напрасно. Собираешься молить меня о сохранении семьи? Ты как была деревенской неудачницей, так и осталась. Мне надоело видеть твою вечно кислую физиономию. Моя новая любовь совсем не похожа на тебя. Она красивая и весёлая, да к тому же с собственной квартирой, и моложе тебя аж на шесть лет. Кстати, дом свой ты можешь оставить себе. Мне от твоей развалюхи ничего не нужно.
— Так ты на развод подал? — ещё раз спросила Елена.
Но Вадим продолжал рассказывать, до чего хороша его новая избранница. Елена хорошо слышала, как рядом с Вадимом нежно воркует женщина. Елена повысила голос и сказала:
— Если не подал, не переживай, я сделаю это сама.
А через пару дней, посовещавшись с Романом и наметив план действий с отцом Петром, Елена с соседом поехали к тому самому Морозову, которому Грачёвский доверил охранять свои богатства. Морозов оказался человеком крайне осторожным и недоверчивым. Сначала он потребовал от Елены завещание и письмо, написанное девушке её дядей. Потом попросил предъявить паспорт, а затем проверил паспорт Романа. Рассматривая всё это, Морозов постоянно заглядывал в какую-то бумажку. Увидев это, Роман наклонился к Елене и чуть слышно сказал:
— Наверное, Борис Петрович оставил для него какую-то инструкцию, где написано, что именно нужно проверять.
Через полчаса Морозов удовлетворённо вернул документы Елене и пригласил гостей пройти в хранилище. Елена была поражена красотой увиденного, а опытный эксперт Роман — его стоимостью. Елена договорилась с Морозовым, что как только судьба коллекции будет решена, её отсюда перевезут в другое место.
— Да, поскорее бы, — заметил друг Грачёвского. — У меня хранилище хоть и надёжное, но душа не спокойна, пока это всё у меня находится.
По дороге домой Роман сказал, что даже по самым скромным прикидкам стоимость коллекции значительно превышает расходы на строительство городской, сельской школы и медучреждений. Предложил Елене хорошенько подумать, что ещё хотел бы сделать её дядя для своей малой родины.
Так прошёл год, затем другой. Деревня постепенно преображалась. А в середине лета того же года были приобретены проекты новых учебных и лечебных заведений. Елена с помощью Романа начала искать подрядные организации для строительства. Она то и дело обращалась за советами к батюшке Петру. Казалось, старец даже скинул пару десятков лет — настолько радовался он грядущим преображениям родной деревни. Но больше всего радовался тому, что есть ещё на свете люди, для которых огромные деньги не самая большая ценность. Куда важнее для этих людей делать добро, помогать другим и получать радость от того, что кому-то делают хорошо. Старец точно знал: таких людей сейчас очень мало, но был счастлив, что среди его знакомых такие всё-таки есть. Далеко не каждый человек может похвастаться такими знакомыми.
Прошло пять лет. За это время Елена и Роман стали не только деловыми партнёрами, но и мужем и женой. Деревня, в которой их уже считали своими, значительно преобразилась. Тут построили не только школу для местных ребятишек, но и медпункт с педиатром, терапевтом и кардиологом. А ещё — два общежития для сотрудников большого фермерского хозяйства, которое открыли на деньги Бориса Петровича. В районном центре заканчивали завозить мебель и набирать кадры в отстроенные здания школы и больницы.
Сейчас Елена и Роман думали о дорогах: хотели, чтобы местные не разбивали свои машины и мотоциклы на местных ухабах, а ездили по ровному и надёжному современному покрытию. А ещё они хотели, чтобы единственная в райцентре галерея Морозова стала культурным центром городка, и выделили старинному другу Грачёвского солидную сумму для поиска нового помещения. Перед тем как забрать и перевести в столицу ценности, они предложили Морозову в знак благодарности выбрать себе любую картину или скульптуру в подарок. Пожилой галерист был очень растроган и благодарен. Сказал, что подаренная вещь станет главным экспонатом его галереи.
В общем, планов у Романа и Елены было громадьё, но всё-таки под номером один для пары стоял совсем личный пункт. Роман и Елена ждали первенца. Они уже знали, что это будет мальчик, и планировали назвать его Борисом в честь человека, благодаря которому пересеклись их судьбы. Так обещание, данное умирающей матери, привело Елену не только к богатству, но и к настоящей любви.