Елена Сергеевна Маркова, врач-педиатр, потерявшая мать и недавно попавшая под сокращение на работе, вынуждена была ухаживать за своим пожилым и вечно недовольным дядей Борисом. Она дала маме обещание перед смертью и держала его, хотя родственник платил ей лишь брюзжанием и колкостями. Однако после его кончины женщину ждали не только похороны, но и странный ключ, загадочное завещание. А ещё — неожиданная поездка в деревню, которая навсегда изменит её жизнь.
Елена недолюбливала своего дядю, но честно исполняла данное маме обещание. Мамы не стало около десяти лет назад после долгой болезни. За месяц до смерти мама взяла с дочери слово, что Лена всегда будет заботиться о своём дяде, мамином брате-близнеце Борисе Петровиче.
После смерти сестры мужчина спортивного телосложения, не отличавшийся жизнерадостностью, очень сильно изменился и заметно сдал, а за прошедшие десять лет он стал совершенно невыносим.
Дядя Елены был человеком довольно обеспеченным. Он потратил кучу денег, пока болела его сестра, возил её по лучшим отечественным и зарубежным клиникам. Но врачи в один голос говорили, что начинать лечение нужно было гораздо раньше. Тогда можно было бы надеяться на благоприятный исход.
Когда сестры не стало, Борис Петрович корил себя, что всю жизнь посвятил бизнесу и отдыху. Пока был жив, считал своим долгом периодически помогать сестре деньгами, купил ей хорошую трёхкомнатную квартиру, привозил ей и племяннице дорогие заграничные вещи, подкидывал приличные суммы на карманные расходы.
Своего отца Елена не знала. Родители разошлись, когда ей был всего год. Поэтому Борис Петрович как мог заменял ей отца и старался решать проблемы сестры и её дочки. Но всё-таки на первом месте у него всегда был собственный бизнес и красивый отдых. И только после смерти сестры-близняшки он понял, что расставил приоритеты неверно. Нужно было сначала думать о родных, а потом уже о деньгах, путешествиях и женщинах.
Дядя никогда не был женат, предпочитал лёгкие отношения без взаимных обязательств, хотя на своих подруг денег никогда не жалел, дарил им дорогие украшения, машины, возил по курортам.
После смерти сестры Борис Петрович продал свой бизнес, избавился от дорогой недвижимости и впал в хандру. Гнетущее чувство вины перед сестрой лишило его не только жажды жизни, но и желания хоть чем-то заниматься. Сил хватило только на переезд в тот же город, где жила племянница Елена. Купил себе двухкомнатные апартаменты в дорогом элитном комплексе неподалёку от квартиры, которую когда-то покупал для сестры с её дочкой. В этих апартаментах он прожил почти девять с половиной лет, а пару недель назад не стало и дядюшки.
Только сейчас Елена поняла, что ей очень не хватает этого вечно недовольного, брюзжащего, острого на язык и прямолинейного родственника. А ведь ему было всего шестьдесят семь. Молодая женщина осознала, что он был единственным родным человеком, который заботился о ней. Никто на всём белом свете не сделал для неё и её мамы так много, как дядя. Только сейчас она поняла, что он их обеих любил, просто совсем не умел проявлять свои чувства.
Елена давно приготовила завтрак и ждала, пока муж выспится. В последнее время отношения между супругами были очень напряжёнными. Елена никак не могла понять, в чём причина нарастающей раздражённости и холодности Вадима по отношению к ней. Она сидела на кухне, ждала, когда Вадим проснётся, и уже в который раз мучительно вспоминала, что это началось ещё два месяца назад, когда её сократили на работе.
У Елены было высшее медицинское образование. Она была педиатром. После ординатуры получила диплом о переподготовке для работы в телемедицине. После чего три года успешно консультировала родителей маленьких пациентов по видеосвязи. Была на хорошем счету у начальства и вдруг сообщение о сокращении. Это явилось сногсшибательным ударом для Елены.
Молодая женщина хорошо помнила, как расстроилась тогда. Она надеялась на сочувствие и поддержку мужа, когда вечером того дня рассказывала ему о сокращении, но тот отреагировал на беду жены равнодушно, только пожал плечами и сказал:
— Невелика беда. За неделю найдёшь себе новую работу. Врачей везде не хватает.
Вадим знал, что его жена всегда искренне старалась помочь маленьким пациентам. А Елена попыталась объяснить мужу свою обиду на начальство:
— Вадим, но мне не сказали, за что меня сократили. И почему именно меня? Ведь у нас есть сотрудники, которых даже премии лишали за плохую работу и жалобы пациентов. Их оставили на месте. А ко мне ни у коллег, ни у больных никогда не было претензий.
Вадим упорно избегал разговоров о сокращении, и вскоре Елена поняла, что мужу просто нет никакого дела до того, что происходит в её жизни. Это стало для молодой женщины вторым серьёзным ударом после потери работы. Она как могла старалась сохранять спокойствие и делала вид, что не чувствует перемен в отношении мужа к себе. Надеялась, что как только она устроится на работу, Вадим станет прежним, успокоится и всё в семье наладится.
Удивительное дело, но с поисками новой работы ей не везло. Она уже трижды приходила на собеседования в клиники, но ни одна из них не изъявила желание видеть её в числе своих сотрудников. Женщина никак не могла понять, почему это происходит. А недавно не стало ещё и дяди.
Когда Елена уже собиралась мыть посуду, неожиданно раздался звонок в дверь. Она очнулась от горьких размышлений, взяла себя в руки и пошла открывать.
На пороге стоял серьёзный молодой человек в очках и дорогом костюме.
— Вам кого? — удивлённо спросила Елена.
Незнакомец с цепким взглядом пристально окинул её с головы до ног.
— Маркова Елена Сергеевна? Племянница Грачёвского Бориса Петровича?
Получив утвердительный ответ, мужчина бесцеремонно отстранил её и вошёл в квартиру. Глянул на себя в большое зеркало, висящее на стене у входа, поправил стильно уложенные волосы и довольно посмотрел на Елену.
— Позвольте представиться, — строгим деловым тоном сказал гость. — Михайлов Игорь Викторович, помощник нотариуса Самсонова.
Вадим из кухни слышал, как в прихожей жена разговаривает с кем-то, но разобрать слов не мог. Неторопливо отправился посмотреть, кто пришёл так рано и о чём идёт речь. Увидел растерянную жену и важного напыщенного гостя.
— Что-то я не всё поняла, — смущённо сказала Елена помощнику нотариуса. — Вы не могли бы ещё раз повторить всё, что сказали? Мой муж в таких делах лучше меня разбирается.
— Охотно повторю, — деликатно согласился Игорь Викторович и перевёл взгляд на Вадима. — Я помощник нотариуса Самсонова. В нашей нотариальной конторе несколько лет назад гражданин Грачёвский Борис Петрович, дядя вашей жены, составил завещание и назначил меня душеприказчиком по этому завещанию.
— Душеприказчиком? — удивился Вадим. — Я думал, в наше время их уже не существует. А что это значит?
Помощник нотариуса насмешливо посмотрел на Вадима и снисходительно пояснил:
— Это означает, что мне поручено после смерти Грачёвского проследить за тем, чтобы его волеизъявление, изложенное в завещании, было исполнено точно и в полном объёме. Сейчас я пришёл, чтобы пригласить вашу супругу к нам в контору для оглашения последней воли её дядюшки.
Мужчина пояснил, что сотрудники нотариальной конторы обычно не ходят по домам, чтобы приглашать наследников для ознакомления с завещанием умершего. Но сегодня особый случай. Второй из упомянутых в завещании наследников завтра прилетает из-за границы в город всего на несколько часов. Поэтому он попросил ускорить процедуру оглашения завещания, так как ему нужно срочно вернуться к себе. А так как это человек непростой, нотариус счёл возможным удовлетворить его просьбу. Поэтому Игорь Викторович и стоит сейчас перед Еленой, ожидая её ответа на вопрос, сможет ли она завтра явиться в нотариальную контору к десяти часам утра.
Лицо Вадима тут же расплылось в радушной улыбке, и он торопливо ответил за жену:
— Разумеется, мы готовы подойти завтра в любое время. Не каждый день приглашают на оглашение последней воли усопшего родственника.
Вадиму было понятно, что раз их зовут поприсутствовать при вскрытии завещания, значит, его жене там что-то оставлено. Помощник нотариуса протянул свою визитку, на которой был адрес конторы, и попросил Елену завтра не опаздывать и обязательно захватить паспорт.
Дверь за помощником нотариуса закрылась, и Вадим с восторгом посмотрел на жену.
— Леночка, я никогда не сомневался, что твой дядя тебе что-то оставит. Хорошо бы, если б это были его апартаменты. Они ведь в элитном комплексе дорогущие. Один ремонт чего стоит, и мебель отличная. Можно было бы вообще не работать, продать недвижимость и сразу отправиться с тобой в круиз. Одели бы тебя как куклу, а то ты у меня уже пообносилась.
Елена удивлённо посмотрела на мужа. Она давно забыла, когда он называл её Леночкой. Даже Еленой в последнее время называл очень редко. Чаще вообще обходился без имени, будто обращался к пространству: «Ужин готов? Какая температура на улице? Приготовь мне синий костюм».
Впервые за всё время Елена согласилась с мнением дядюшки о Вадиме. Муж на что-то надеялся, вынашивал какие-то планы. Елена не питала пустых надежд, но в глубине души тоже гадала, что же оставил ей дядя.
Вадим тоже недолюбливал дядю жены. Считал его человеком нелюдимым, холодным, жадным, злым и очень скрытным. Вадим никогда никому не жаловался, но он просто бесился, когда при жизни Борис Петрович язвительно заявлял ему, что он не пара его образованной работящей племянницы.
Когда супруги навещали пожилого родственника, дядюшка частенько на разные лады повторял Елене:
— Только такая неумная девушка, как ты, могла выйти замуж за этого неудачника.
Присутствие Вадима ничуть не смущало пенсионера. Он в глаза называл зятя лентяем, тунеядцем и слабаком. Бориса Петровича обескураживало, когда в семье племянницы было туго с деньгами, а такое периодически случалось, если у Вадима долгое время не было заказов.
— Тебе не стыдно сидеть на шее у жены? — обычно вопрошал дядя Борис, зная, что сейчас зять без работы и если бы не Еленина зарплата, то им бы попросту нечего было есть.
Вадим делал вид, что слова Бориса Петровича его не задевают, и лишь слегка улыбался на выпады старика, хотя внутри всё кипело. Вадим никогда не говорил в открытую, но всегда надеялся, что богатый дядюшка жены непременно что-то оставит ей в наследство, ради этого готов был стерпеть что угодно. Ведь Елена была единственным человеком, кто спокойно выносил брюзжание и откровенную грубость старика. Не мог Борис Петрович не понимать этого и не отблагодарить племянницу за доброту и заботу. Ради наследства Вадим терпел пожилого мужчину, которого искренне считал выжившим из ума самодуром.
Продолжение: