Кто я такой? Part 2

Я – тот, кто должен понимать, всех и все примирять.

Евангельское «блаженны миротворцы» обращено ко мне. Все сказанное раньше важно и поэтому.

Большинство людей живет в небольших обособленных мирах, в своих непрозрачных информационных «пузырях». Они родились в разной среде и по-разному воспитывались, они вертятся в разных кругах и подписаны на разные каналы. У каждого – своя работа, свои идеалы, свои представления о «хорошо» и «правильно». И мало кто из них хочет и готов меняться. Мало, кто готов слушать и впускать другого, принимать мировоззрение, отличное от собственного. Ведь мои религиозные и национальные традиции, мое отношение к искусству и политике, к экологии и абортам – они самые верные, самые адекватные, не то, что у «этого» (или «этих»).

И всё бы ничего, но люди любят усложнять, сталкиваться лбами, спорить до потери пульса. Нелепые и страшные недоразумения, нескончаемая вражда, деление на лагери – вот к чему это приводит. Разделение и не(до)понимание во всем, часто невольные, но часто – сознательные.

Все это касается и меня. Как и все, я бываю предвзят, равнодушен и резок, глух ко всему «другому». И все же понимаю, что надо действовать. Бесконечное разнообразие мира ценно само по себе, но ценно оно и в дипломатии. Мой идеал – быть губкой, впитывающей всякую влагу и готовой ее отдавать. Да, мое мировоззрение не универсально, интересы мои не так широки. Но я делаю все возможное, чтобы знать и интересоваться многим – и многое потом соединять.

Интеллектуально-высокое и простодушно-земное, классическое и «современное», чувственное и рациональное. Христианство и искусство, гедонистов и аскетов, фанатов Marvel и DC. Просто людей, которые не могут, не хотят договориться. Притом что часто говорят об одном, но в разных традициях, с разных углов. Главное же – заранее взвинчены, настроены против, кричат только о своем. Умение отыскивать общее, сводить все к простым вещам необходимо как воздух.

«Чтобы быть художником слова, надо, чтоб было свойственно высоко подниматься душою и низко падать. Тогда все промежуточные ступени известны, и он может жить в воображении, жить жизнью людей, стоящих на разных ступенях». Эти слова Толстого применимы и к жизни. Чтобы говорить с фанатами, надо быть фанатом. Чтобы понять аскета, надо прожить воздержание. Посредник между Музами и Церковью должен дышать святостью и гореть огнем вдохновения. Не все из этого достижимо буквально, но во всем можно проявить творчество. «Для всех я сделался всем» – сказал как-то апостол Павел, и это у нас общее.

Чтобы «миротворствовать», надо понимать: на последней глубине, всё – от единого корня. Притом что разные отростки, разная листва естественны. Всякое же противостояние, несходство – от нехватки широты кругозора, широты сердца, от самомнения и не всеведущей души. Да, все ветви сплетены как лабиринт, как пшеница и плевелы, и дерева за ними не увидеть. Невозможно быть воздухом там, где атмосфера смертельно отравлена. Проклятие разобщенности кажется вечным.

Я – тот, кто все равно пытается.