Ветеранам броуновского движения посвящается
Зашёл разговор о том, что-де история СССР была построена на, видите ли, идеологии. Ну вот так написала юрист с высшим, замечу, образованием:
Ну просто замечательно, честное слово! Замечательно такое читать от юриста именно с высшим образованием. Да ещё с претензиями на обобщения. Ну вот что стоило автору, например, попытаться определить, именно определить — что она понимает под этим самым словечком «идеология». И у меня состоялся вот какой разговор:
Нет, разумеется, я не против того, чтобы люди употребляли какие-то слова, но при этом желательно всё же быть готовым определить — что же скрывается под этими их словами.
Вообще-то слово «идеология» имеет вполне себе греческое происхождение. Термин «идеология» (греч. ἰδεολογία; от ἰδέα «прообраз, идея» + λόγος «слово, разум, учение») ввёл французский философ Антуан Дестют де Траси в конце XVIII века. В книге «Элементы идеологии» (1801–1815) де Траси представил идеологию как эмпирическую науку, изучающую обращение идей в обществе. Да, тогда она была чисто эмпирической, хотя... вот как раз француз мог бы догадаться и до классовой теории.
Между прочим, немецкий социолог и философ К. Манхейм в своей работе «Идеология и утопия» (1929) впервые противопоставил идеологию (идеи господствующих в обществе социальных групп) и утопическое сознание (идеи групп, борющихся за власть). Поэтому утверждение о построенности чего-либо на идеологии и одновременно склонности к утопии в СССР свидетельствует не о том, что человек имеет мнение о возникновении мифов, а о том, что не вполне понимает (то есть не выражает в понятиях) — о чём говорит.
Ну, несложно себе представить, что неосмысленных идей, да ещё и в человеческом обществе, не существует, если, конечно, не уходить в мир ангелов, архангелов, начал и прочих бесплотностей. Что до их мира, то там, если верить учениям отцов церкви, всё же есть определённые смыслы.
Но вернёмся к Чуриле Пленковичу.
Во-первых, хаотичность вовсе не предполагает отсутствие статанализа. И не броуновское движение подчиняется (или поддаётся) статанализу, а статанализ так или иначе, удачно или нет, описывает броуновское движение. Последнее существовало и тогда, когда никакого статанализа вообще не было. И даже до возникновения человека тоже, поговаривают, существовало. Вообще говоря, статистический анализ это математическая дисциплина, которая представляет собою специфический язык для описания формальных связей между формальными же объектами. Математики вообще не оперируют никакими сущностями, которые полностью не совпадают с формами. В математике нет ни жидкостей, ни пузырьков на поверхности, ни труб, ни бубликов и баранок. Более того: все рисунки математических объектов суть просто иллюстрации, более или менее удачные. Треугольник на земле, начерченный палкой геометра, это не треугольник, о котором рассуждал Пифагор или Герон. Хотя бы просто потому, что сумма внутренних углов в треугольнике геометра строго равна π (в радианах) или 180°, а в треугольнике, который они начертили на земле, — не обязательно. Иное означало бы, что земля всюду плоская, так как только на плоскости всюду выполняется указанное равенство суммы внутренних углов любого треугольника, теорема Пифагора или формула Герона.
Во-вторых, если учесть, что всякие идеи в обществе обращаются исключительно в интересах части общества, причём в противоречии с интересами иной части, в противном случае они бы вообще не обращались, так как обращение — вид движения, которое просто невозможно без противоречия, а интересы так или иначе, будучи осмысленными для своего носителя, определяют цели, то можно смело сказать, что
идеология это система построения целеполагания.
Если взмах топора при рубке дров, например, не предполагает никакого целеполагания (например, изготовления поленьев), то только в этом случае Чурило Пленкович прав.
Если прибегнуть совсем уж к образному описанию (хотя я предпочитаю как раз безóбразное, так как любой образ так или иначе имеет множество сторон, которые могут только затемнять дело), то идеология — карта местности с некоторой нотацией, на которой можно намечать цели и прокладывать маршруты к ним, по пути также определяя подчинённые цели и намечая задачи. В отсутствие карты (хотя бы и мыслимой, а я предупреждал, что лично я против так называемой образности!) нельзя вообще сказать ни где мы находимся, ни куда мы желаем попасть, ни как нам следует действовать. Но даже и сама топографическая, например, карта для тех, кто не научен читать её... не значит ровным словом ничего, кроме странных рисунков на некоторой поверхности. Нас учили этому в советской школе и на советской военной кафедре. И не вижу в этом ничего плохого, между прочим.
Словом:
Der schlechteste Architekt von vornherein отличается от der beste Biene darin, dass er, bevor er eine Wachszelle baut, sie schon in seinem Kopfe gebaut hat.
в переводе на русский:
Худший архитектор прежде всего отличается от лучшей пчелы тем, что до того, как построить восковую ячейку, он уже построил её в своей голове.
Marx K. Das Kapital. Bd. 1. Hamburg, 1867. S. 126
Не буду спорить относительно пчёл, тут лучше говорить с моим двоюродным братом, но что-то мне подсказывает, что пчёлы, как роботы, строят ячейки по некоторой уже находящейся в них программе (инстинкт), в то время как архитектора этому всё же учат (инстинктивному поведению никто не учит). С рождения он ячейки строить не умеет. Как не является, между прочим, и носителем никаких языков и никакой культуры. Если представить себе, что девочку или мальчика двух лет отроду переселить из V века до н.э. в наше время, то из них вырастет совершенно современный человек, которому просто будет даже не вполне ясно поведение людей в момент его рождения. И никакой «зов крови» и никакая «почва» не сыграет тут никакой роли. Вопреки, между прочим, национальным законам Израиля или, скажем, Нюрнбергским законам.
Когда я работал на Украине, то аж в 2008 году я услыхал на полном серьёзе от вполне образованной женщины, что для того, чтобы понимать процессы на Украине, треба народитися українцем та відчувати серцем. Я так понял, что украинство рассматривалось ею как некий инстинкт, но женщина эта выглядела, между прочем, вполне человеком и ничего особо зверского я в ней не заметил. Разве что дремучую глупость этого высказывания. Ну, к чему эта глупость приводит... да ладно уж!
Так вот, идеология строительства, хотя бы и ячеек из воска, это именно идеология. Равным образом и политические идеологии это именно идеологии, даже идиотия (в смысле Древней Греции) — идеология, именно потому, что это осмысленное поведение, имеющее определённую цель, сводящуюся, например, к отказу от общественной жизни полиса.
И нет, сами по себе идеологии не возникают. Они порождаются исключительно сознательным поведением и только им. Поэтому сознательный отказ от какой-либо идеологии означает отказ от определённой системы построения целеполагания, а значит, выбор иной системы построения таковой. В обществе же идеология так или иначе вырабатывается обществом. Именно в нём составляется та самая карта, на которой всякий может намечать себе цели и пути достижения оных. Единственный способ отказаться от идеологии в обществе вообще — перестать быть homo socialis. Подозреваю, однако, что и в этом случае homo перестанет быть не только socialis, но и вполне-sapientas. Опыты такого рода уже случались — знаменитые маугли, которые даже к прямохождению вполне не переходили.
А теперь прочтём в свете сказанного вот это:
Статья 13
1. В Российской Федерации признается идеологическое многообразие.
2. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.
3. В Российской Федерации признаются политическое многообразие, многопартийность.
4. Общественные объединения равны перед законом.
5. Запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни.
Вы поняли - что это я процитировал? Это — Конституция России, между прочим.
При этом можете перелистать всю Конституцию РФ и не найдёте никакого определения идеологии. Поэтому воспользуемся тем, что есть:
идеология это система построения целеполагания
Поставим это определение в норму ч. 1 и ч. 2 ст. 13 Конституции РФ:
Статья 13
1. В Российской Федерации признается многообразие систем построения целеполагания.
2. Никакая система построения целеполагания не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.
...
О как! То есть наше правительство и президент, а равно и ФС РФ, вообще не знают и знать не должны (sic!) ни где они, ни чего надо достичь, ни на каком свете находятся! Кстати, в отличие от компартий, например, КПК.
...
Но истые пловцы — те, что плывут без цели:
Плывущие — чтоб плыть! Глотатели широт,
Что каждую зарю справляют новоселье
И даже в смертный час ещё твердят: вперёд!
На облако взгляни: вот облик их желаний!
Как отроку — любовь, как рекруту — картечь,
Так край желанен им, которому названья
Доселе не нашла ещё людская речь.
...
Ш Бодлер. Плаванье. пер. Марины Цветаевой
Но ведь именно так в Конституции написано! Верно, гр. В.В. Путин, бывший член КПСС? Ведь именно так написано! Я же ничего тут не придумал...
А знаете, что это означает, если действительно за всеми нормами разыскивать классовые интересы? Это означает, что реально-то идеология существует, просто в силу того, что она не может не существовать ни как государственная, ни как групповая, но вот буржуазия, нынче захватившая государство, всячески её пытается скрывать. Её понять-то как раз можно — как прикажете написать?
Обогащайтесь кто как сможет. Умри сегодня ты, я умру завтра
Впрочем, лицемерие всегда было и всегда будет присуще буржуазии. В Конституции надо написать об отсутствии идеологии, а в реальности составить ту самую господствующую идеологию в виде простого: цяця, цяця — і в карман. Но как подчёркивал тот же Шарль Бодлер (Le Joueur généreux), « La plus belle des ruses du Diable est de vous persuader qu'il n'existe pas! » — «Самая красивая уловка дьявола — убедить вас, что его не существует!».
А потом с грустью и ахами и охами, томно покачивая головами, восклицают (благо этот отрывок учили наизусть в советских школах):
Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несёшься? Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, всё отстаёт и остаётся позади. Остановился поражённый божьим чудом созерцатель: не молния ли это, сброшенная с неба? что значит это наводящее ужас движение? и что за неведомая сила заключена в сих неведомых свете конях? Эх, кони, кони, что за кони! Вихри ли сидят в ваших гривах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жилке? Заслышали с вышины знакомую песню, дружно и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, превратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится, вся вдохновенная богом!.. Русь, куда ж несёшься ты, дай ответ. Не даёт ответа
Н.В. Гоголь. Мёртвые души
А вот во времена СССР ответ давался! Давался прямо, честно и откровенно. И можно было реально понимать — то делается или не то, как это прекрасно видно из вопроса, который задал мой друг: