***
***
Первая попытка побега созрела в голове Игоря на третьи сутки его пребывания в раю.
Утро началось, как обычно: в пять подъём, в пять тридцать кросс по посёлку под бодрым руководством Саши, который бежал так, будто за ним гнались кредиторы, а Игорь так, как будто его уже догнали и держат со всей силы. В семь следовал завтрак с Владимиром Степановичем, за которым почти тесть рассказывал о важности соблюдения законов, а также правил семейной жизни.
- Главное у нас – семейные традиции т семейные ценности. Мы живем дружно, своих в обиду не даем. И Маргошенька у нас одна, маленькая, все для нее. Понял, зятек?
В восемь завтрак закачивался, и Димы скромно интересовался, всё ли у Игоря в порядке, да так смотрел, что Игорь чувствовал, что внутри даже холестерин достает Уголовный кодекс и изучает его вместе с печенью, зачитывая отрывки желудку и почкам..
— Я, пожалуй, съезжу в город, — сказал Игорь на третий день за завтраком, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно. — По делам. Надо вещи кое‑какие забрать, с приятелем встретиться. Ну и вообще…
Владимир Степанович отложил вилку, посмотрел на Игоря долгим, изучающим взглядом.
— Конечно, Игорь, ты же взрослый человек. Ты у нас тут не в заперти. Жалко, что один, но мы подстрахуем тебя. Семён!
Из прихожей возник водитель: коренастый, коротко стриженный, с лицом человека, который видел всё и ничего не боится.
— Отвезёшь Игоря в город, куда скажет.
— Спасибо, — неуверенно сказал Игорь. — Я, наверное, сам на такси…
— Зачем такси? — искренне удивился Владимир Степанович. — У нас есть Семён. Он быстрый, аккуратный, и главное - свой.
Игорь побледнел, но улыбнулся.
— Конечно. Спасибо.
В машине они ехали молча. Семён включил радио, звучала какая-то спокойная инструментальная музыка. Игорь смотрел в окно на убегающие сосны и думал: «Удастся ли вырваться?».
Он мысленно строил планы: в городе он забежит к приятелю, тот должен был на свое имя снять квартиру для него, часть вещей он прихватил в спортивной сумке, оставит в квартирке, а потом вернется, завтра вывезет остатки, снимет деньги со счёта, и прощай, Марго, прощай, Саша, прощай, Дима и почти тесть. Игорь пересилит недельку, он уже написал заявление на отпуск с последующим увольнением, как раз сегодня заберет документы, расчет уже пришел на карту. Через несколько дней он сядет на поезд и поедет к морю, затеряется среди людей, а может, махнет на север, в тайгу, лишь бы подальше отсюда.
— Семён, тут за углом притормози, — попросил Игорь, когда они въехали в город. — Мне здесь надо выйти.
Семён остановил машину у неприметного дома.
— Ждать? — спросил Семён, убирая ключи из зажигания.
— Не надо. Я сам потом… — Игорь уже открывал дверцу. — Позвоню.
Семён молча кивнул, но не уехал. Остался стоять у дома, закинув руки на руль, как будто всё равно стоило подождать.
Игорь забежал в подъезд, вышел через второй ход, попетлял по городу, встретился с приятелем, опять попетлял, подошел к дому, где снята квартира, пробежал на свой этаж, открыл дверь ключом — и замер на пороге. Милая уютная квартирка, спокойно. Он выдохнул, поставил сумку, прошел на кухню и замер.
— Добрый день, — улыбнулся ему Семен, сидя на табуретке за кухонным столом.
Перед ним стоял стаканчик кофе из сетевой кофейни, той самой, мимо которой Игорь проходил минут двадцать назад. Семён держал стаканчик двумя руками, грел ладони, и улыбался. Доброжелательно так, по-свойски.
- А вы… А как… А откуда.
— И снова здравствуйте, — сказал Семён.
Игорь открыл рот, закрыл, снова открыл. Слова не складывались.
— Дверь была открыта, я зашёл, — невозмутимо ответил Семён, делая глоток. — Ключи, дубликат, мне Влад дал, ваш приятель, который для вас квартирку эту снял.
— Влад? Да я же ему доверял, да он…
— Да, вы с ним дружите со школы, вместе в институте учились. Хороший парень, надёжный. Он и нам помог, и вам добра желает. Мы ему сказали, где ты и как, он и решил добровольно помочь, не дать глупостей наделать тебе, да и самому не попасть в дурную историю.
Игорь медленно выдохнул.
— Я не понял, как вы вообще Влада нашли.
— Игорь, Влад давно работает у Александра, просто вы не знали. И квартиру он снял на сутки, больше и не надо. Мы же все делаем для вашей безопасности.
— Моей безопасности? — Игорь нервно засмеялся. — От кого? Кроме этой семьи я никого не боюсь.
— От вас самих, — серьёзно сказал Семён. — Вы же сами не знаете, чего хотите, а Марго знает. И Владимир Степанович знает, что главное для него – устроить счастье дочери. А она считает, что счастлива будет с вами. Выдохните, не кипятитесь. Поедем домой? Или еще побегаете?
Игорь и смотрел на Семёна, который спокойно допивал кофе, и ему хотелось завыть, закричать, заплакать и засмеяться одновременно.
— Семён, — тихо спросил Игорь. — Это что, меня держат как пленника?
Семён поставил стаканчик, вздохнул, и пояснил, как маленькому.
— У нас, Игорь, семья. И ты теперь в её составе. А из семьи, Игорь, не убегают. Потому что мы всё равно найдём и вернём. Или ты сам вернёшься, потому что больше некуда.
- Семён, а вы тоже член семьи?
- А как же, я муж троюродной сестры жены Дмитрия.
Игорь не нашёлся, что ответить. Он послушно взял сумку, послушно вышел за Семёном, сел в машину.
Когда они въезжали в посёлок, Семён включил радио. Та же спокойная музыка, те же сосны за окном, тот же идеальный газон, подстриженный под линейку.
— Семён, — сказал Игорь в пустоту.
— Ась?
— Влад предатель.
— Влад хороший человек, — ответил Семён. — Он, между прочим, очень переживал, но отлично понимал, что так лучше для вашего блага.
— Для блага, — повторил Игорь, глядя на приближающийся серый дом с колоннами. — Конечно, для блага.
Он вздохнул и открыл дверцу, вышел из машины. Навстречу уже бежала Марго: счастливая, сияющая, красивая.
— Игорек, ты вернулся. А я боялась, что ты задержишься, мы с мамой такой пирог испекли, закачаешься. Будем сегодня вдвоем ужинать, папа все равно на работе допоздна, так что посидим уютно и спокойно.
— Я вернулся, - обнял ее Игорь.
Семен умиленно посмотрел на них.
- Какие молодые, милые.
И пошли они в дом ужинать, любить друг друга, чтобы утром бегать по утрам, вести беседы за завтраком, потому что он теперь член семьи.
Вторая попытка была более отчаянной.
Игорь решил действовать ночью, тайно, без свидетелей, когда Марго уснёт. Да и все родственники будут видеть сны в своих домах.
Он прикинул: встать в два часа ночи, на цыпочках выйти из дома, дойти до трассы пять километров, там поймать попутку или вызвать такси по телефону, на чужой номер, конечно. Симка у него давно была куплена у уличного торговца. Надёжно, просто и, как ему казалось, безотказно.
В два часа ночи Игорь, крадучись, как шпион в фильме, выскользнул из дома. Калитка не скрипнула, надо же, какой идеальный побег. Он прошёл поселок, везде горели фонари, подозрительно дружелюбные. Он набрал номер такси.
— Такси? Мне нужно срочно, в город. Адрес — посёлок...
Голос в трубке был вежливый, приятный, даже какой-то родной:
— Слушаю вас, а вы к кому в гости приехали?
— Это важно? — удивился Игорь.
— Для нас да, — ответил диспетчер. — У нас есть такси, которое обслуживает только этот посёлок. И нам важно, кто нас вызывает. Фамилия, имя, отчество, номер пропуска.
— Какого пропуска?
— А вы, наверное, новенький? У нас, знаете, тут система безопасности. Игорь, вас как по отчеству?
Игорь даже не заметил, что его назвали по имени, хотя он звонил по «левой» симке, и свое имя не называл.
— Можете просто машину прислать до города? — взмолился он.
— Нет, — мягко ответил диспетчер. — Без ведома родственников не можем. Такова политика семьи.
— Какой семьи?!
— Ну той, в которой вы, Игорь, теперь состоите. — Диспетчер помолчал и добавил: — Вы, главное, не волнуйтесь. Вернитесь домой, вам там рады.
Игорь сбросил звонок, посмотрел на телефон, на посёлок, на спящие дома, и вдруг понял, что два часа ночи — это не время для побега. Дома в это время хорошо, тепло, уютно.
Он побрёл обратно. Калитка опять не скрипнула. Марго спала на том же боку, повернувшись к нему спиной и тихо посапывала.
Игорь разделся и скользнул под одеяло, прижался к ее теплому боку и ему стало… спокойно и хорошо.
Утром Владимир Степанович пил кофе, читал газету и, когда Игорь вошёл на кухню, приветливо кивнул:
— Хорошо спалось?
— Да, — выдавил Игорь.
— А мне сообщили, что ты вчера пытался заказать такси в два часа ночи.
— Хотел прокатиться до озера, подышать.
— Хороший воздух, — одобрил Владимир Степанович. — Только в нашем посёлке ночной воздух такси без разрешения никого не вывозит. Но у нас такси вызывают только гости, так-то у всех машины, да и водители у многих есть. А ты не знал?
— Не знал, — прошептал Игорь.
Отец Марго отложил газету, снял очки, протёр их платочком и посмотрел на Игоря тем самым взглядом, который, наверное, выбивал признательные показания даже у самых стойких нарушителей закона.
— Игорь, ты что, пытался сбежать?
— Нет, — слишком громко ответил тот. — Я… я хотел сюрприз Марго сделать. Цветы нарвать по дороге или купить.
— В два ночи? — переспросил Владимир Степанович.
— Ну… да, она бы встала, а тут цветы. Обрадовалась бы.
Папа покачал головой, надел очки и взял газету обратно.
— В следующий раз бери Семёна. Он и цветы найдет, покажет, где взять. Семён у нас человек универсальный.
Игорь сел за стол, налил себе кофе и понял, что сейчас ответит на тот самый вопрос, который мучил его ещё при знакомстве.
— Владимир Степанович, я тут как взаперти, словно одному выйти нельзя?
Отец Марго поправил очки и посмотрел на Игоря с лёгким сочувствием.
— У нас, Игорь, семья. К этому просто надо привыкнуть.
Когда он произносил слово «семья», в его голосе звучало что‑то тёплое, но Игорь отчего-то захотел перекреститься.
— И в семье, — добавил папа, — не убегают по ночам, потому что мы всё равно вернём, или ты сам вернёшься.
— Почему?
— А куда ты пойдёшь? Твои документы у нас, вещи у нас, работы у тебя нет, счета арестованы банком, временно. Вдали отсюда тебе будет хуже.
Игорь допил кофе, встал и молча пошёл к Марго, осознавая, что он уже как-то стал привыкать.
Он больше никогда не пытался сбежать, потому что понял: отсюда, из этой любви, не убегают. Да и желания убежать у него вдруг пропало, неплохо же живется.