Глава 16. Семь фрагментов.
Они охотились три дня.
Первый фрагмент — в банке данных «Аквариум» — был уничтожен легко. Кросс не ожидал нападения. Но остальные знали. Они чувствовали гибель собрата и готовились к обороне. Каждый следующий сервер становился всё опаснее. Ловушки, дроны-охранники, заминированные коридоры. Фрагменты Кросса не могли двигаться, не могли говорить, но они могли управлять тем, что осталось от инфраструктуры «Грани».
Второй фрагмент прятался в старой больнице. Когда Алиса и Элиан попытались взломать сервер, на них напали медицинские роботы — неуклюжие, ржавые, но вооружённые скальпелями и лазерными инструментами. Стая отбила атаку, но один пёс был ранен. Алиса потратила час, чтобы с помощью Мнемозины залечить его рану, перенаправив нано-медикаменты из больничных запасов.
Третий фрагмент находился в подземном генераторе. Когда они спустились туда, их встретило силовое поле, которое едва не поджарило Грегора. Дэвиан вырубил щит вручную, рискуя жизнью. Элиан потом сказал, что в жизни не видел такой храбрости от бывшего учёного «Грани».
Четвёртый и пятый фрагменты были уничтожены в один день. Один — в старой школе, другой — в жилом комплексе. Там уже было проще: Мнемозина и Элиан научились работать в паре. Их нейро-атаки стали быстрее, точнее. Словно они годами тренировались вместе, а не встретились несколько дней назад.
— Мы как две половины одного целого, — заметил Элиан после пятого фрагмента. — Мнемозина — это сила, а я — структура. Она взламывает, я удерживаю.
«А я?» — спросила Алиса.
— Ты — сердце, — ответил юноша. — Без тебя мы — просто набор нейронных связей. Ты даёшь нам цель.
Шестой фрагмент оказался самым странным. Он прятался не в сервере, а в старом нейроимпланте, вживлённом в тело человека. Человек этот — бывший охранник «Грани» — давно умер, но имплант продолжал работать на остаточной энергии, и Кросс использовал его как убежище. Когда Алиса и Элиан приблизились, мёртвое тело поднялось. Пустые глаза загорелись красным, и голос Кросса зазвучал из разложившегося рта:
«Вы думаете, что побеждаете? Я везде. Я — сама сеть. Вы не можете уничтожить меня, не уничтожив себя».
— Можем, — сказала Алиса. — И уничтожим.
Мнемозина ударила первой — выжгла имплант изнутри. Тело рухнуло, рассыпаясь в прах. Эхо крика Кросса ещё несколько секунд висело в воздухе, а потом стихло.
— Остался один, — сказал Грегор, когда они выбрались наружу. — Главный фрагмент. Тот, что в офисе «Грани».
Они стояли на пустыре и смотрели на башню из чёрного стекла, возвышающуюся в центре города. Когда-то она называлась «Кросс-Тауэр». Теперь это был просто остов, внутри которого пульсировало сердце древнего зла.
— Он ждёт нас, — сказал Элиан. — Готовит что-то.
— У нас нет выбора, — Алиса поправила рюкзак. — Мы должны закончить начатое.
Стая за её спиной одобрительно зарычала. Собаки тоже устали, но они были готовы идти до конца. Ради той, кто избавила их от боли. Ради себя. Ради будущего, в котором такие, как они, имели бы право на жизнь.
— Тогда вперёд, — сказал Грегор, доставая монтировку. — Последний рывок.
Глава 17. Кросс-Тауэр.
Башня встретила их тишиной и тьмой.
Это было другое молчание — не пустота заброшенных зданий, а напряжённое, хищное ожидание. Словно стены слушали. Словно пол был живым и следил за каждым их шагом. Словно сам воздух был пропитан чьим-то сознанием.
— Он здесь, — прошептал Элиан. — Везде. В каждой стене, в каждом проводе, в каждой лампочке. Он слился со зданием.
— Тогда мы сольёмся со зданием и найдём его, — ответила Алиса.
«Это опасно», — предупредила Мнемозина. — «Если мы погрузимся в сеть здания, Кросс сможет атаковать нас напрямую. Он сильнее здесь. Это его территория».
— А мы — территория друг друга, — сказала Алиса. — Мы справимся.
Она взяла Элиана за руку. Они закрыли глаза. Дэвиан, Грегор и стая встали в круг, охраняя их физические тела.
В нейросети здания царил хаос. Обрывки кода, сломанные протоколы, призраки удалённых файлов. И в центре — огромное, пульсирующее ядро. Последний фрагмент Виктора Кросса. Он ждал их.
«Вы всё-таки пришли», — голос Кросса звучал здесь громче, увереннее, почти торжествующе. — «Глупые дети. Вы думаете, что уничтожили меня? Вы просто загнали меня в угол. А из угла удобнее атаковать».
И он атаковал.
Поток данных обрушился на них, как цунами. Образы, голоса, воспоминания — не их, чужие. Лица людей, которых Кросс убил. Крики детей, которых он использовал. Голограммы экспериментов. Кровь. Боль. Смерть. Он пытался захлестнуть их, утопить в чужом страдании, сломать изнутри.
Алиса видела, как умирали дети. Как их тела корчились в капсулах. Как их сознания стирались, уступая место внедрённым личностям. Среди этих лиц она узнала бы себя — если бы выжила. Но она выжила. И теперь она стояла здесь, держа Элиана за руку, и не отводила взгляда.
— Это не сломает нас, — сказала она. — Мы уже видели худшее. Ты — прошлое. А мы — будущее.
«Будущее? — Кросс рассмеялся. — Вы — мои творения. Вы не можете существовать без меня».
— Можем, — ответил Элиан. — Мы — не твои вещи. Мы — люди.
И они ударили вместе. Мнемозина взломала защиту, Элиан удержал структуру, а Алиса направила силу. Она была сердцем. Она была волей. Она была любовью — той любовью, которую дала ей мать, которую она чувствовала к стае, к Грегору, к Дэвиану, к Элиану, даже к Мнемозине. Эта любовь была силой, которую Кросс не мог понять. Он знал только власть. Только контроль. Только страх. А страх — плохое оружие против любви.
Ядро фрагмента затрещало. По нему побежали трещины. Кросс закричал — на этот раз не от злости, а от боли.
«Вы не можете! Я — бессмертен! Я —...»
— Ты — ничто, — сказала Алиса. — Прощай, Виктор Кросс.
Фрагмент взорвался. Сеть здания замигала и погасла. Лампы в коридорах потухли. Гул серверов стих. Кросс-Тауэр стал просто башней из чёрного стекла — пустой и мёртвой, какой и должна была быть.
Алиса и Элиан открыли глаза. Они стояли в холле, держась за руки, и оба тяжело дышали.
— Получилось? — спросил Грегор.
Элиан проверил сеть.
— Чисто. Ни одного фрагмента. Он уничтожен полностью.
— Не полностью, — возразил Дэвиан. — Остались резервные копии где-то в облачных хранилищах. Но без центрального ядра они — просто мёртвый код. Он не сможет восстановиться.
— Значит, конец? — спросила Алиса.
— Конец, — подтвердил Элиан.
Собаки радостно завыли. Грегор опустился на пол и вытер пот со лба. Дэвиан, старый учёный, впервые за долгое время улыбнулся.
Алиса вышла на улицу. Небо над городом начинало светлеть. Рассвет. Первый рассвет нового дня.
«Мы сделали это», — сказала Мнемозина.
— Мы сделали, — согласилась Алиса. — Но что теперь?
«Теперь — жить».
— А ты? Ты хочешь жить?
«Да. С тобой. С ними. Я впервые чувствую... надежду. Это странно, но приятно».
— Добро пожаловать в мир, Мнемозина, — прошептала Алиса. — Добро пожаловать в жизнь.
Элиан вышел и встал рядом с ней. Собаки выбежали следом и рассыпались по площади, играя, как обычные псы. Город, всё ещё серый и разрушенный, выглядел теперь иначе. Как место, где можно начать заново. Как будущее, которое ещё предстоит построить.
Продолжение тут 👇