1. Так сложилось, что на Дзене я читаю репетиторов и преподавателей. Они ругаются на современных детей. Переписывает ребенок с доски пять букв и стонет так, как будто умирает; ученик не может найти в учебнике нужную страницу, а на ней нужное задание; ученик не может воспроизвести по образцу, не может запомнить (и тем более понять) образец. И так далее. И это не выдуманные репетиторами истории, это в самом деле серьёзные современные проблемы. Увы, я сам многократно видел примеры, когда подробным поведением, подобными эмоциями грешат вполне взрослые люди. И это не самые последние и тупые люди. Они работают, и не бездельничают на работе (в отличие от другого типа людей), а стараются изо всех сил и даже могут считаться хорошими сотрудниками. Но как доходит до дела – это просто ужас! То ли это у всех в голове каша. То ли что. Они не могут заполнить таблицу по образцу. Они не видят разницы в больших и маленьких буквах, в энтере и переносе на следующую строку, в расположении инициалов относительно фамилии. По жизни они тоже такие: если есть возможность принять неверное решение – они его принимают! Если на компьютере есть возможность сделать что-то разными способами (а на этой возможности современные компьютерные программы построены) – они выберут самый долгий и сложный способ. Репетиторы видят только детей, но на самом деле проблема не в детях. Проблема в родителях!
2. Сейчас миром властвует образ тиктокера, который получил всё, не приложив никаких усилий. Что усилия не были приложены на самом деле сомнительно. Потому что достигшие чего-то – это редкие удачные примеры при колоссальном количестве примеров неудачных. То есть те, кто достиг успеха, все-таки чего-то стоят на фоне огромного количества неуспешных. Но не для того ли создается такой образ простого достижения успеха, чтобы большинство в него верило, надеялось на такой же легкий успех, не занималось чем-то серьезным и стоящим, а пыталось так же легко достичь успеха. Потом же, когда успех так и не приходит, это большинство разочаровывалось в жизни, шло в социальный планктон и серую массу? Чтобы это новое поколение не создавало социальной напряженности, не высовывалось (но и не проваливалось с самого начала)? Были разговоры, что на рубеже 50-х и 60-х годов подобным образом осторожно поддерживали создание рок-клубов, чтобы контролировать молодёжь, и чтобы молодежь не политизировалась и не маргинализировалась (по крайней мере, для своего времени, на начальном этапе). Сейчас другое время, и, соответственно, другая область подростковой и молодёжной резервации.
3. Также как в хороших школах единоборств первым делом ставят блок на агрессию, так и в автошколах необходимо ставить блок как минимум на два нарушения – на пьяное вождение и на выезд на встречную полосу, чтобы уйти от аварии в своей полосе.
4. Раньше не было очень важного момента смерти, который появился теперь. Не было случайной гибели по вине другого. Это ситуации, когда ты, все делал правильно, но становишься случайной жертвой какой-либо аварии. У виновника не было ни мотива, ни желания тебя убить, он мог погибнуть вместе с тобой, а мог и вообще не пострадать. Виновник, скорее всего, сделал это по глупости, потому что не смог рассчитать свои силы и возможности. Часто он действовал вообще неосознанно, хотя мог и сознательно нарушать правила, но не думать о возможных негативных последствиях (был уверен, что ничего плохого и страшного не произойдёт). И как быть в такой ситуации? Никакое наказание виновника, если он вообще жив, не вернёт случайную жертву.
5. Есть слова общего рода (умница, повеса, сирота). А есть слова, обычно, мужского рода (но встречаются и женского), которые обозначают человека независимо от его пола. Чаще всего это названия профессий и обозначения типов деятельности человека. И не так давно это было нормально, вопросов не вызывало (хотя правильно склонять эти слова, если речь шла о женщинах, умели далеко не все). В наше время некоторых женщин это смущает или раздражает. Они придумали, что к слову можно добавить суффикс почему-то «-к-» и окончание «-а»: вместо автора и доктора получается «авторка» и «докторка». Правда, вариант «сиротка» существует, и он немного портит картину. Но всё равно у меня к этим выдумщицам вопрос: почему бы сразу не использовать суффикс «-иц-» (или «-ниц-») и их любимое окончание «-а» по примеру «медведь» – «медведица», «воспитатель» – «воспитательница», «отрок» – «отроковица»? Получится «авторица», «докторица». Согласен, это выглядит тоже нелепо, но, по крайней мере, соответствует нормам русского языка. Или мы уже говорим не на русском, а на пострусском?
6. Во что раньше играли дети? Они играли в реальные игрушки, и, в общем, все игры были симуляцией чего-то настоящего, определенным подражанием взрослым. Теперь же дети играют в игрушки электронные, не существующие за пределами экрана телефона. Кроме того, эти игры или почти не связаны, или даже совсем не связаны с реальностью. Эти игры бессмысленны, они сделаны только для того, чтобы убить время. Дети не познают с помощью этих игрушек реальный мир; дети вообще не подражают взрослым и ничему не научаются. Это очень большая проблема.
7. Дети – это не просто дорого, а непредсказуемо дорого. При выращивании детей может возникнуть очень много внезапных, совершенно неожиданных трат. В современной жизни вообще стоит помнить, что ничто не вечно, и сломаться или испортиться вещь может очень быстро. Поэтому, во-первых, не нужно привязываться к вещам, чтобы потом о них не сожалеть. Во-вторых, нужно быть готовым к внезапным тратам и, следовательно, нужно иметь некоторую подушку финансовой безопасности. Дети портят вещи не вполне специально, не до конца осознанно. А, кроме того, дети растут, вырастают из одних вещей, и им требуются другие вещи. Это хотя бы предсказуемо, но всё равно дорого!
8. Теории заговора предполагают, помимо всего прочего, большие, колоссальные усилия по сохранению тайны. Но как много людей, и как долго смогут прилагать эти усилия? – не многие и не долго. Да и смысл сохранения тайны быстро потеряется. О какой-то мелкой чепухе могут и забыть, но большие тайны обязательно перестанут быть тайнами. Так что глобальных заговоров, в которых требуется длительное и массовое сохранение тайны, не существует. Но как раз могут существовать локальные мистификации, которые интересны лишь узкому кругу, и не требуют особых усилий для поддержания. Кроме того, даже если эти мелочи (в самом глобальном масштабе) вскроются, уровень позора будет не велик. Так что в мелких делах – пусть даже для кого-то это вся жизнь – рисковать можно (хотя я к этому не призываю).
9. Современные дети ничего не хотят. У них всё есть, и они ни о чём не мечтают. Дети моего поколения хотели слишком много. У них ничего не было, и они очень много о чём мечтали. Какой вариант хуже?