Раэ понял, что кто-то, по всей видимости Фэй, дерзнула применить фантомную магию. Охотник вспомнил, как ею пользовалась Алэ, когда на ее возлежании на подушках располагался свеженький миловидный фантом, в то время как сама принцесса-наложница могла надираться в затхлой забросанной бутылками спальне. Ну конечно же – венценосные особы настолько на людях должны подчиняться строгому этикету, что могут себе позволить надолго оставлять на людях свои фантомы с предсказуемым поведением. И впрямь на людях принц и принцесса были чиннее и благообразней некуда, что никак не вязалось с тем, какими они были за поставцами.
- Ну вот зачем, зачем, скажи, ты просишь Рансу звать ее к месту и не к месту, если говоришь, что тебе она безразлична? – воскликнула Фэй.
Принц Лаар вздел бровки и с неожиданным умилением спросил поднявшую перья принцессу:
- Так ты все-таки беспокоишься, к кому расположен мой брат? Может, тебе все-таки есть до этого какое-то дело? Признайся же – и дело с концом!
Тут-то Раэ вспомнил, как некогда Лаар сам себя накрутил при мысли, что принцесса Фэй, как только прибудет ко двору, так сразу, по его мнению, должна будет повеситься на шею его братцу Рансу. Так себе вбил это в голову, что разубеждать принца было в этом бесполезно. Ну, может, сейчас, по озадаченному личику своей будущей мейден он, наконец, все поймет?
- Не уводи разговор в сторону! – возмутилась Фэй, - это ты ее хочешь ви…
- Да ты не стесняйся. Я твой будущий магистр. Между нами не может быть тайн, - ласково-уговаривающим тоном перебил Лаар, - Ты же хочешь стать метрессой моего брата? Так и скажи!
Фэй на Лаара так выпучила глаза, что на этот раз Раэ засомневался, что она – ведьма. Слишком много простого человеческого было в потрясенном взгляде. Раэ и сам приготовился удивиться, но тут припомнил, что сам дал совет принцу сводить Фэй и Рансу вместе, чтобы все решили, что это произошло по воле Лаара, раз уж по его мнению обоюдный интерес Рансу и Фэй был неизбежен.
- Это ты… так… толкаешь меня к этому… чтоб сам… с той… - Фэй аж закряхтела, - ведь это все-таки ты просишь брата звать Мурчин?
-Э…э… ну... Ну не будь такой ревнивой, дорогая! Ревновать в Ваграмоне неприлично. Ну, что ты отворачиваешься? Ну… ладно. Я тебе скажу: ревновать не к чему. Он уже с ней был, и ее фавор у моего брата был ой какой короткий! Ничего серьезного! Так что место метрессы Рансу совершенно свободно. Я с ним поговорю…
- Не надо меня ему сбагривать, идиот! – с надрывом сказала Фэй. Теперь она стояла спиной у принцу и к Раэ, но тот видел, что по спине ведьмы пробежала судорога, назначение которой охотник уже знал: она заменяла этим нелюдям плач.
- Да он сам того же хочет! Клянусь тебе!
- Пусть валит в навь! Он мне противен!
- Ох, до чего же у тебя тяжелый нрав, моя будущая мейден! Кабы ты вела себя проще, так давно бы уже прогуливалась с Рансу под ручку, и он был бы твоим спутником! Ну зачем ты делаешь вид, что он тебе противен? Ну как мой брат – мой брат! - может быть тебе противен? У тебя нет никаких причин на него сердится!
Фэй залепила Лаару пощечину и быстро бросилась прочь вглубь поставцов. Пробежала мимо затаившейся в закоулке Галлеи. Раэ мог обозревать сверху путаный лабиринт поставцов и даже заметить, как Фэй запнулась о вараксу, шлепнулась на колени и беззвучно затряслась от все той же невозможности заплакать. Лаар вздохнул и пошел следом, но свернул не туда среди поставцов и уткнулся в тупик. Бестолково заозирался и принялся вполголоса звать Фэй.
- Эй, где ты тут? – донесся со стороны голос Рансу. Раэ уже не удивился, когда увидел у плит фантом второго принца, который поддакивал и кивал разговорившемуся Бриуди через все плиты поверх варившихся зелий. Охотник бы его не отличил от живого, кабы сам настоящий Рансу сейчас не пробирался среди поставцов.
- Я… здесь, - отозвался Лаар, который был рад тому, что его кто-то смог найти.
- До чего ж там скучно! – пробормотал Рансу, - понимаю, почему вы оба оттуда смылись. А где Фэй?
- Злится на тебя!
- На меня?
- Не смейся!
- А почему тогда красный след на щеке - у тебя?
- Да она признаваться не хочет!
- В чем?
- В том, что хочет к тебе в метрессы!
- Да ну? Эта длинноносая плоскодонка? Она там у себя в Ноэме голову не застудила?
- Тихо ты! Она может услыхать и принять твои слова за чистую монету!
- Так я что имею в виду, то и говорю.
- Ну это вряд ли, Расси. Я ж тебя знаю. Чем сильней ты чего-то хочешь, тем пренебрежительней отзываешься.
- Да ну?
- Никогда за собой не замечал? Вот сейчас ты говоришь гадости о Фэй. Как будто я не вижу, что ты хочешь взять ее в аманты.
-Да-а?
- Или метрессы!
- Да-а? А что ты еще такого любопытного видишь?
- Тебе хватит ее дразнить показушной благосклонностью к Мур-Мур. Ну кого ты хочешь обмануть?
- Показушной, значит. Хм-м… а как выглядит моя… настоящая благосклонность?
- Да так и выглядит – «длинноносая плоскодонка». И при этом всячески подчеркиваешь, что смотришь в другую сторону.
- Да ну? Как же ты хорошо меня знаешь!
- Разумеется, знаю.
- То есть, я, по-твоему, хочу твою дерганную мейден и никак не желаю Мурчин?
- Ну разумеется! Ты очень глупо скрываешь свою тайну! Ну выбрал бы кого получше Мур-Мур! Хотя бы ее Наравах. Заодно бы с ее помощью восстановился бы после Лантады…
- Хм-м… какая любопытная мысль… а чем я себя еще выдал? Только этим?
- Да хотя бы этим! Ох, как же я зол на тебя, братец! Фэй обидно. Хотя она тоже, как и все вокруг, видит ее фальшь, но не проницает ее суть!
- Она тоже? Надо же, какая проницательная фея!
- Да чего ты смеешься? Она тоже чувствует твою наигранность. Но она видит тебя насквозь так же хорошо, как я! Поэтому не знает, как объяснить то, что ты не делаешь к ней первого шага и вместо этого делаешь вид, что увиваешься за этой седой лохудрой.
-Хм-м… ну, положим, чем больше я заинтересован в женщине, тем пренебрежительней я о ней отзываюсь... А что можно сказать о тебе, Ласси, когда ты называешь Мурчин то Мур-Мур, то «седой лохудрой»?
- Да ты просто не представляешь, как расти вместе с этой дрянью! Она меня ни во что не ставила! Сейчас я уже вырос, и многое понимаю, чего тогда не понимал! Моя мать Алэ всецело зависела от этой твари Вилмы. Она могла в любой момент выдать нас с матерью в Ваграмон. Поэтому Алэ не могла меня защитить от Мур-Мур. А Мур-Мур чуяла, что надо мной можно издеваться безнаказанно!
Лаар отвернул голову от Рансу, и так получилось, что показал Раэ. Что-то взрослое и тяжелое было в его взгляде. И при этом исчезла насмешка во взгляде принца Рансу.
- Сильно ее ненавидишь? – спросил он таким простым и точным тоном, что Лаар вынужден был прислушаться к себе.
- Нет. Неприязнь есть, но не сильная, - после некоторого молчания сказал Лаар, - и неприязнь ли это? Со временем Алэ нас примирила. И Мур-Мур перестала надо мной так издеваться. Под конец мы были почти друзья. Да и потом она отплатила свое, когда Вилму сожгли, а я много лет думал, что и ее тоже. Я много лет этим утешался.
- А теперь этого утешения нет, и каково тебе? – спросил Рансу без насмешки.
- Да подчас мне она как сестра, - сказал Лаар, - хотя иногда накатывает… все равно она лохудра!
- Так ты из-за этого можешь злиться, что я о ней постоянно напоминаю?
- Да нет же! Фэй злится, а мне достается. Я ж говорю: она не знает, как объяснить, почему ты уделяешь столько внимания этой этрарке. Понятно, что у вас было да всплыло. А Фэй не понимает, где явь, а где фантом! Ну все, ты своего добился, довел ее до кипения. Так что давай, завершай свою охоту, бери свою добычу тепленькой! Она уже меня изгрызла из-за тебя!
- А сама Фэй знает, что она так мной увлечена? – насмешливо спросил Рансу.
- Ой, давайте, не порите ерунды и объяснитесь поскорей!
- А ты сам в какую сторону смотришь?
Лаар выдал самодовольную и мечтательную улыбку.
- А вот тебе я не скажу! Я не ты, меня нельзя читать как открытую книгу.
- Так-то да, братец. Ума не приложу, зачем ты пытаешься мне втюхнуть Фэй. Ни одного разумного объяснения у меня на это нет! Ладно ты бы увлекся Мурчин, но эта барсиха тебя перекусит пополам, и ты ее искренне боишься. И правильно делаешь. Тут-то правильно. Но в остальном… И ради чего ты отмачиваешь такую глупость?
- Опять ты за свое! Ты такой же противный, как и Фэй! Как же я с вами устал! Я между вами как меж двух огней! Бьюсь с вами, бьюсь! Нет, чтобы объясниться друг с другом, так еще и меня между собой впутываете! Ох, Фере, Фере, даже ты бы такое не распутал!
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Звездная Башня. Глава 112.