В середине мая — 16 и 17 числа — на подмосковном автодроме Moscow Raceway стартует новый сезон Формулы 4. Руководитель чемпионата России в зачетной группе Формула 4, российский пилот Формулы 1 Сергей Сироткин в интервью MIR24.TV рассказал о возможностях, которые дает юным гонщикам SMP F4, о перспективах на новый сезон, а также раскрыл название любимой трассы и высказался про суеверия коллег-пилотов.
— Сергей, в российском автоспорте, начиная с минувшего года, вновь появились формульные серии. Хочу сразу спросить о Формуле 4: как все начиналось? И связано ли это с санкциями?
— И да, и нет. С Формулой 4 история очень простая: она продиктована рынком и нюансами, которые на этом рынке сформированы. Я непосредственно говорю про рынок картинга, кольцевых гонок и так далее. На сегодняшний день российские картингисты одни из самых сильных в мире, чемпионат России по картингу — это один из сильнейших национальных чемпионатов по картингу. По конкуренции, уверен, он является вторым — после итальянского. И вот нашим чемпионам, которые добились определенных успехов, в возрасте 15-16 лет необходимо делать следующий шаг. Ехать в Европу и дебютировать там в Формуле 4 — это, во-первых, достаточно сложно. Во-вторых, не сильно-то наших спортсменов там и ждут. В-третьих, это кратно дороже, чем то, что у нас в России посильно и разумно. Поэтому традиционное развитие пилота — когда он в картинге доходит до определенного уровня и потом уезжает в Европу — оно, по сути, стало невозможным, за исключением каких-то реально единичных случаев.
— Получается, что ребенку, условно говоря, с 6 до 15 лет некуда дальше двигаться по карьерной лестнице в автоспорте?
— Он вынужден был оставаться в картинге или вовсе останавливать спортивную карьеру. Отсюда, как я говорил выше, необходимость создания российского чемпионата была продиктована именно рынком. Спортсмену всегда нужен следующий шаг. Важно, чтобы это понимали родители, отдавая своих детей в картинг. Да и сами пилоты тоже понимают, что делают свое дело не ради того, чтобы в 15 лет закончить карьеру. Разумеется, у этого этапа может и должно быть продолжение.
—Какие возможности Формула 4 дает юным спортсменам? И какой путь должны пройти юные пилоты, чтобы достигнуть уровня Михаэля Шумахера?
— На самом деле, путь классический. И он становится все более и более классическим ввиду увеличения конкуренции и насыщенности разных дисциплин и классов. Все начинается с картинга. В принципе, куда еще в возрасте 5-6 лет отдать ребенка, чтобы ему было на чем гоняться? Сложно себе представить еще что-то, кроме картинга. Все остальные машины — большие и тяжелые, они не для детей. Ребенок проходит пять картинговых классов (от «микро» для 6-7 лет, до самого быстрого картингового класса, где занимаются дети в возрасте 15 лет). Юные спортсмены проходят через все эти классы, набирают определенные компетенции и, собственно, в 15-16 лет ребята пересаживаются уже в младшие формульные классы. Дальше тоже очень просто: Формула 4, Формула 3, Формула 2 и Формула 1.
— Кстати, а есть ли среди автогонщиков Формулы 4 те, кого можете выделить?
— У нас был действительно впечатляющий состав уже в первом сезоне. Легче сказать, кто из наших участников не был чемпионом, чем наоборот (улыбается). Они чемпионы России, вице-чемпионы страны, бронзовые призеры чемпионата России. Чемпионы Европы и мира. Собственно, все эти ребята были у нас на старте в прошлом году. Это впечатляющая стартовая решетка с точки зрения имен. В этом году, безусловно, нас ожидает яркое продолжение: будет пополнение очень известными на мировой арене по кортинговым выступлениям спортсменами. Разумеется, я не очень хочу выделять только одного или несколько пилотов. Но хочу абсолютно точно подчеркнуть, чтобы было понятно: ребята в прямом смысле слова лучшие представители своего поколения. У нас просто какие-то фантастические баталии были на гоночных трассах. И это не просто яркие соревнования, а именно борьба на самом высоком уровне, который только можно представить. Надеюсь, что зрители тоже проникаются этой атмосферой, они это видят, а именно отсюда такой интерес и такой ажиотаж.
— Как оцениваете итоги прошлого сезона?
— Теперь об оценках первого сезона. В первый же год у нас сразу поехали 16 пилотов, а это, на самом деле, достаточно внушительная цифра даже для мировой практики. И надо понимать, что все 16 участников — именно российские пилоты. Более того, даже если сравнивать с итальянским чемпионатом, там самих итальянцев-то не так много, у них ездят пилоты со всего мира. Все наши пилоты — выходцы из картинга. Поэтому для дебютного сезона это действительно впечатляющая цифра. И все иностранные эксперты, к нашему удивлению, давали положительные оценки. И еще одно наше большое достижение заключается в том, что еще в середине 2024 года мы смогли найти золотую концепцию, которая и позволила сделать наш чемпионат именно в таком формате. Понимаете, от одного объявления о запуске Формулы 4 участники не приедут. Нами, с учетом всех имеющихся ресурсов, была проведена огромная работа. Мы свои обещания перед командами выполнили. И это, на мой взгляд, действительно большое достижение.
— А что по перспективам на 2026 год?
— На этот сезон у нас тоже есть нововведения, они достаточно понятны и сформированы благодаря плотному диалогу с нашими участниками и командами. Теперь каждый гоночный этап будет состоять из четырех гонок, а не из трех. По сути, у ребят будет на четверть больше гоночного времени. Плюс это дополнительная зрелищность с точки зрения зрительского интереса. Далее — вопрос починки автомобилей после столкновений. Это, в принципе, такой запрос, который очень долго крутился в российском автоспорте. Я сейчас говорю про то, что мы в обычной жизни называем страховкой для гражданских автомобилей, что все хорошо знают: это некая форма компенсации затрат на ремонт автомобилей. Мы впервые в российской практике нашли такие способы и формат, который успешно запустили. На мой взгляд, это качественный и прорывной шаг не только для Формулы 4, но и для всего российского автоспорта.
— Вы прошли через все ступени гоночной карьеры, от картинга до Формулы 1. И раз выше упомянули про гражданские автомобили, спрошу: когда сели за руль обычной машины?
— Вы сейчас про дороги общего пользования? За руль обычного автомобиля сел сразу в 18 лет. К 18-ти я уже очень хорошо умел управлять машиной, но по дорогам общего пользования, понятное дело, ездить не мог (улыбается).
— С дорогами понятно. А какие трассы Формулы 1 вам запомнились по уровню сложности? Где требовалось больше наката?
— И по сей день моя любимая гоночная трасса — это Circuit de Monaco (городская трасса Монте-Карло). В современных реалиях — по требованиям безопасности — автодромы становятся все более и более унифицированы, их стандартизируют. Но в процессе стандартизации, к сожалению, многие автодромы теряют свою уникальность и свой исторический характер. А трасса в Монако огорожена стенами, заборами и зданиями, ты их как не крути, никуда не денешь и никуда не подвинешь. И условно городской асфальт глобально никак там не изменишь. Поэтому она действительно сохранила свой характер и свою, если угодно, изюминку. Езду там ты точно ни с чем не перепутаешь, ошибок эта трасса не прощает. На мой взгляд, современный автоспорт становится более академичным, поэтому Circuit de Monaco действительно выделяется.
— Вас сложно назвать суеверным человеком. Может быть, могли бы рассказать о суевериях своих коллег-пилотов в Формуле 1 и не только? Были ли у вас определенные традиции перед прохождением трасс, может быть, талисман?
— Не думаю, что здесь дело в каких-либо суевериях, если честно. Я не только про себя говорю, а, наверное, в принципе про большинство. Мне кажется, это вопрос привычек и последовательности, а также анализа действий: что ты делал и какой в этот день у тебя был результат? Я не думаю, что за этим стоит что-то большее. Из самого простого — с какой стороны ты садишься в машину, что ты перед этим ел, или не ел. Это какое-то определенное количество совпадений. Почему-то ты считаешь, что в дни, когда ты садился в машину с одной стороны, у тебя результаты были лучше, чем когда ты садился с другой. Или условно сначала надевал левую перчатку, а потом правую. Потом просто на всякий случай делаешь именно так. Мне кажется, люди ищут за этим какие-то сложные смыслы, а на самом деле это максимально примитивно.
— Совсем скоро — 16-17 мая — в Московской области стартует первый этап Чемпионата России. Расскажете нам о новых программах для болельщиков Формулы 4?
— В этом году, проанализировав запросы, мы решили усилить клубный формат, усилить некую элитарность просмотра данного вида гонок, включив еще и билеты с дополнительными категориями «Приоритет» (SMP F4 Priority). Плюс на зимней кольцевой серии, которая у нас впервые была запущена на «Сириус Автодроме», мы попробовали работать со зрителем в формате интерактивной прогулки. И, получив очень хорошие отзывы, мы внедрили этот формат в основной сезон чемпионата. То есть во все категории билетов у нас входит экскурсия с комментатором Александром Кабановским. То есть сначала его зрители слышат в эфире, а потом он выходит и рассказывает все нюансы, например работы с машинами. Понимаем, что примерно 70% зрителей формируется — как фанатская группа — вокруг какого-то пилота. Где-то на третьем этапе в прошлом году мы начали выводить пилотов Формулы 4 на автограф-сессии и для общения с ними в этот промежуток времени. И на самом деле поняли, что такая потребность действительно есть.
— Вы являетесь примером для будущих чемпионов. А каким, оглядываясь назад, видите сегодня свой путь?
— Если сложить карты чуть по-другому, то мог бы до сих пор заниматься гоночной карьерой. Хорошо это или плохо, я не знаю. Но абсолютно точно знаю, что прожив и пережив определенные моменты, начинаешь по-другому смотреть на вещи. Я голоден до побед, результатов и достижений. Просто теперь я вряд ли смогу достигнуть этого за рулем на гоночной трассе. Есть другие возможности. Главным для меня по-прежнему остается желание и упорство.
Автор: Дмитрий Ларионов