Судебное заседание состоялось через две недели. Зал был переполнен: журналисты, зеваки, свидетели. Денис Громов, холёный и уверенный, в дорогом костюме, сидел на скамье подсудимых рядом со своим адвокатом. Он с презрением смотрел на Андрея и Елену, которые заняли места в первом ряду.
— Встать, суд идёт! — раздался голос секретаря.
Все поднялись. В зал вошёл судья в чёрной мантии, занял своё место и взял в руки папку с делом.
— Слушается дело по обвинению гражданина Громова Дениса Ильича в совершении дорожно-транспортного происшествия, повлёкшем смерть человека, и оставлении места ДТП, — зачитал судья. — Слово предоставляется прокурору.
Прокурор повторил обвинение, ссылаясь на новые показания свидетелей и результаты экспертиз.
— Слово предоставляется свидетелю обвинения, Елене Викторовне Громовой, — объявил судья.
Елена поднялась на деревянную трибуну, её лицо было бледным, но взгляд твёрдым.
— Свидетельница, — начал судья. — Вы утверждаете, что находились в автомобиле под управлением подсудимого в момент аварии. Подтверждаете ли вы свои показания, данные в ходе следствия?
— Да, ваша честь, — твёрдо ответила Елена. — Я подтверждаю каждое своё слово. Денис Громов отвлёкся от дороги, выехал на встречную полосу и сбил мотоциклиста.
— Что вы делали в тот момент? — спросил прокурор.
— Мы торопились в ресторан на нашу свадьбу, — начала Елена, стараясь не смотреть на мужа, чей взгляд буквально прожигал её насквозь. — Денис... подсудимый, искал бутылку с водой, протянул руку на заднее сиденье и на секунду отвлёкся. Когда он поднял голову, было уже поздно. Мотоцикл вылетел из-за поворота, и произошло столкновение.
— Подсудимый пытался избежать столкновения? — уточнил судья.
— Он не успел, — ответила Елена. — Всё произошло слишком быстро. Он даже не нажал на тормоз.
— Что делал подсудимый после аварии?
— Он вышел из машины, осмотрел повреждения, позвонил кому-то, — голос Елены дрогнул. — Потом он вырвал у меня телефон и выбросил в кусты, чтобы я не вызвала скорую. А потом силой заставил меня сесть в машину и уехать. Он сказал, что «проблему решат его люди».
— Ваша честь, я хочу задать вопрос свидетельнице! — адвокат Громова вскочил с места. — Скажите, гражданка Громова, вы лечились в психиатрической клинике?
— Да, — тихо ответила Елена. — Меня туда поместили против моей воли.
— То есть вы признаёте, что у вас были проблемы с психикой? — подхватил адвокат. — Вы лечились у психиатра?
— Меня насильно поместили в клинику, — повторила Елена, повышая голос. — Это был не мой выбор. У меня нет никаких психических заболеваний, я абсолютно здорова.
— Но заключение экспертизы говорит об обратном! — парировал адвокат. — По крайней мере, той, которая проводилась год назад.
— Потому что та экспертиза была поддельной! — не выдержала Елена. — Её заказал Денис, чтобы засадить меня в психушку!
— В зале суда не кричать! — стукнул молоточком судья. — Слово предоставляется следующему свидетелю.
На трибуну поднялся Андрей, одетый в строгий чёрный костюм.
— Свидетель, назовите ваши имя, фамилию и род занятий.
— Андрей Владимирович Нестеров, врач-психиатр, — чётко произнёс он. — Брат погибшего, Кирилла Нестерова.
— Расскажите суду, что вам известно об этом деле.
Андрей чётко и лаконично изложил свою версию событий: как он случайно попал на свадьбу, как узнал Елену, как нашёл её в психушке и стал её лечащим врачом, а также про телефон, который был изъят из вещей его брата.
— Экспертиза подтвердила, что последний вызов с этого телефона был сделан на номер скорой помощи? — спросил прокурор.
— Да, это так, — кивнул Андрей. — Время вызова совпадает со временем аварии. Это доказывает, что в момент ДТП Елена находилась в машине и пыталась вызвать помощь.
— Вопросов к свидетелю нет, — удовлетворённо сказал прокурор.
— У меня есть вопросы! — адвокат Громова опять вскочил. — Скажите, свидетель, вы не испытываете личной неприязни к подсудимому?
— Я испытываю к нему ненависть, — честно сказал Андрей. — Он убил моего брата и пытался скрыть следы преступления. Но моя личная неприязнь не отменяет фактов. Денис Громов виновен, и это доказывают улики.
— Вы думаете, что имеете право вершить правосудие? — продолжал наседать адвокат. — Вы лечили пациентку в лечебном учреждении, но при этом оказывали на неё давление, склоняя к даче показаний?
— Я лечил её и вернул ей память, — твёрдо сказал Андрей. — А всё остальное пусть решает суд.
— Суд и решит, — стукнул молоточком судья. — Слово предоставляется подсудимому.
— Я не виноват! — выпалил Денис, вскакивая со скамьи. Лицо его покраснело, он размахивал руками, пытаясь убедить зал в своей невиновности. — Это всё ложь! Меня оговаривает бывшая жена, которая мстит мне за развод! Я не сбивал никого, мотоциклист сам вылетел на меня! Я пытался тормозить, но не успел! А Елены в машине не было! Она всё врёт! И этот братец тоже врёт, они заодно!
— Гражданин Громов, успокойтесь, — судья строго посмотрел на него поверх очков. — Вам дали слово изложить свою позицию, а не устраивать истерику.
— Я требую, чтобы дело прекратили! — заорал Денис, теряя самообладание. — У вас нет никаких доказательств!
— Дело не будет прекращено, — объявил судья, дождавшись пока Денис замолчит. — Было установлено, что показания Елены Громовой подтверждаются вещественными доказательствами. В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, прокурор ходатайствует о продлении срока следствия. Что касается вас, гражданин Громов, — судья взял в руки постановление, — в целях обеспечения правосудия и предотвращения давления на свидетелей, я вынужден изменить вам меру пресечения на заключение под стражу.
— Что?! — Денис побледнел как полотно. — Вы не можете! У меня связи, у меня адвокаты!
— Судебные приставы, — кивнул судья, игнорируя его крики. — Взять подсудимого под стражу в зале суда!
Двое крепких мужчин в форме подошли к скамье, заломили Денису руки и надели наручники. Он вырывался, кричал, проклинал суд, Елену и Андрея, но его уже тащили к выходу.
Елена, сидящая в зале, смотрела на это и не верила своим глазам. Она чувствовала, как к горлу подкатывает тошнота, но одновременно с этим — огромное, всепоглощающее облегчение.
— Дело направлено на доследование, подсудимый остаётся под стражей до его окончания, — объявил судья и стукнул молоточком. — Заседание закрыто.
Прошёл ещё один год. Один долгий, полный тревог и надежд год, прежде чем правда наконец восторжествовала.
В тот день Елена вышла из университета, где она теперь преподавала психологию на вечернем отделении, и направилась к стоянке автомобилей. Солнце светило ярко, и она на мгновение зажмурилась от удовольствия, подставив лицо тёплым лучам. От чёрного автомобиля, припаркованного у тротуара, отделилась знакомая фигура и решительно пошла ей навстречу. В руках мужчина держал большой букет алых роз, перевязанный атласной лентой.
— Здравствуй, моя любимая, — Андрей, сияя от счастья, поцеловал Елену в щёку и вручил цветы.
— Андрей, ну сколько можно? — она рассмеялась, вдыхая пьянящий аромат цветов. — Наша квартира скоро превратится в филиал ботанического сада. Ты меня просто балуешь без меры!
— А я люблю тебя баловать, — он галантно открыл перед ней дверцу автомобиля. — Мне нравится видеть твою улыбку и эти счастливые глаза. Садись, красавица.
Елена села на пассажирское сиденье, прижала к себе букет и снова вдохнула его аромат. Андрей занял место водителя, завёл двигатель и, прежде чем тронуться с места, повернулся к ней.
— У меня есть одно предложение, — сказал он весело. — Давай сегодня поужинаем в ресторане? В том самом, где мы когда-то... в первый раз.
Елена вздрогнула, но не от страха, а от неожиданности. Она уже могла спокойно вспоминать тот ужасный день, не впадая в панику и истерику.
— Может быть, не сегодня? — робко попросила она. — Мне нужно готовиться к завтрашней лекции, новую тему взяла, очень сложную.
— Ничего, успеешь, — Андрей тронул машину с места. — Твои лекции никуда не убегут, подождут. А вот у меня есть серьёзный повод для праздника.
— Да? — Елена с любопытством посмотрела на него. — И что же это за повод?
— Всё скажу, но чуть позже, — он загадочно подмигнул ей. — За ужином, под бокал хорошего вина.
Они сидели в уютном кафе, за столиком у окна, откуда открывался прекрасный вид на вечерний город. Андрей заказал их любимые блюда и бутылку дорогого красного вина.
— Ну, выкладывай уже, — не выдержала Елена, когда официант разлил вино по бокалам. — Что за новости?
— Дело Кирилла наконец-то закрыто, — торжественно объявил Андрей. — Сегодня мне позвонил Пётр. Денис Громов признан виновным и приговорён к двенадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима.
— Правда? — Елена ахнула, прикрыв рот рукой. — А как же... как же его адвокаты? Связи? Я думала, он выкрутится.
— Его адвокаты оказались бессильны против неопровержимых улик, — усмехнулся Андрей. — Во-первых, были проведены дополнительные экспертизы на месте аварии. Нашли микрочастицы краски твоего платья на разбитом стекле и на асфальте. Во-вторых, тот самый телефон, который Денис выбросил в кусты, полностью восстановили. И последний звонок был не просто на номер скорой — там осталась запись голоса, которую ты отправила диспетчеру. Короткая, обрывочная, но экспертиза подтвердила, что это твой голос. Ты кричала: «Помогите, мы сбили человека!».
— Я и забыла про это... — прошептала Елена, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Я думала, я не успела ничего сказать.
— Успела, — Андрей сжал её руку. — И это спасло дело. А ещё нашёлся свидетель, обычный водитель грузовика, который ехал за вами и видел всё. Он тогда испугался, что его тоже втянут, и уехал. Но, когда дело получило огласку, его совесть проснулась, и он пришёл в полицию.
— Значит, всё кончилось? — спросила Елена, не веря своему счастью.
— Всё кончилось, — подтвердил Андрей. — Денис за решёткой, ты свободна. И я... я наконец-то могу спокойно спать по ночам, зная, что убийца моего брата наказан.
— Я так рада за тебя, — искренне сказала Елена. — И за себя тоже. Спасибо тебе, Андрей. Если бы не ты, я бы до сих пор гнила в той психушке, накачанная таблетками.
— Не благодари, — Андрей поднял бокал. — Лучше выпьем за справедливость. За то, что она, пусть и с опозданием, но восторжествовала.
— За справедливость! — чокнулась Елена.
Они выпили, и на душе у обоих стало тепло и спокойно.
— К сожалению, мне пора на ночное дежурство в клинику, — с сожалением сказал Андрей, посмотрев на часы. — И я так хотел провести этот вечер с тобой... Ты не обижаешься?
— Нет, конечно, — улыбнулась Елена. — Я же знаю, что ты не можешь жить без своей работы, без своих пациентов. Иди, я пойду готовиться к лекции и буду ждать тебя дома.
Они поцеловались на прощание, и Андрей, сев в машину, уехал в сторону больницы. Елена же решила не терять времени даром и, вернувшись домой, первым делом позвонила своей лучшей подруге Светлане, с которой они почти не общались весь этот трудный год.
— Алло, Светка, привет! — сказала она в трубку радостным голосом. — Ты не поверишь, какие новости!
— Привет, подруга, давно тебя не слышала, — отозвалась Светлана. — Что там у тебя случилось?
— Дениса посадили! — выпалила Елена. — На двенадцать лет! За то самое ДТП. Правда восторжествовала!
— Да ты что?! — ахнула подруга. — Ну наконец-то! Я всегда знала, что этот твой Громов — конченый человек. Так ему и надо, поделом!
— Не надо его жалеть, — твёрдо сказала Елена. — Он заслужил.
— А как у вас с Андреем дела? — с любопытством спросила Светлана. — Вы до сих пор скрываетесь от всех?
— Ты же знаешь, счастье любит тишину, — уклончиво ответила Елена, но в голосе её слышалась улыбка. — Нам хорошо вместе, и это главное.
— Ладно, ладно, не буду лезть, — засмеялась Светлана. — Если что, я рада за тебя. Ты заслужила немного счастья после всего, через что прошла.
Поговорив ещё немного с подругой, Елена попрощалась и села за ноутбук, чтобы подготовиться к лекции. Она открыла нужные файлы, начала что-то печатать, но вскоре почувствовала, что глаза слипаются, и мысли путаются. День был слишком насыщенным, а последние новости слишком волнительными.
Не в силах бороться со сном, она подошла к кровати, взяла подушку, на которой обычно спал Андрей, прижала её к себе, улыбнулась своим мыслям и, не раздеваясь, провалилась в глубокий, спокойный сон без единого кошмара.
Андрей вернулся домой только под утро. Он осторожно, стараясь не шуметь, открыл дверь своим ключом, в прихожей тихонько разулся и, не зажигая света, заглянул в спальню. Елена спала, свернувшись калачиком на его половине кровати, и тихонько посапывала. На её лице застыла безмятежная, умиротворённая улыбка.
Мужчина не стал её будить. Он тихонько прикрыл дверь, прошёл на кухню, заварил себе крепкий кофе и уселся в гостиной на диван. Его взгляд упал на фотографию Кирилла, стоящую на полке.
На снимке брат широко улыбался, задорно подмигивая в объектив, и, казалось, был готов в любой момент воскликнуть: «Всё путём, братан, не дрейфь!»
— Ну что, Кирилл? — тихо, одними губами, сказал Андрей, поднимая воображаемый бокал. — Всё теперь на своих местах. Преступник наказан. Я рядом с любимой женщиной. Живу дальше, работаю. Ты можешь быть спокоен за меня. Спи спокойно, братишка. Мы никогда тебя не забудем.