Доброе утро!
Екатеринбург, 11 апреля 2026 год. По проспекту Космонавтов на высокой скорости движется черный Lexus. Он подрезает другие автомобили, совершает резкие, хаотичные маневры. Это походило на демонстрацию агрессии. В какой-то момент водитель теряет управление. Машину заносит, она врезается в попутную Toyota, и от удара ее выбрасывает на встречную полосу, прямо под колеса BMW. За рулем BMW — 30-летняя Анна Жидких. На заднем сиденье, в детском кресле, ее полуторагодовалый сын.
В материалах этого дела зафиксировано, что водитель Lexus, 24-летний Дмитрий Гаренских, после столкновения попытался скрыться. Его остановили и удерживали до приезда полиции очевидцы. Согласно их показаниям, Гаренских находился в неадекватном состоянии: он ругался, плевался и показывал нецензурные жесты. Экспертиза позже подтвердит — он был пьян.
Анну Жидких и ее сына экстренно госпитализировали. Врачи боролись за жизнь женщины, но спасти ее не удалось. Мальчик с тяжелой черепно-мозговой травмой и переломами впал в кому.
А дальше это дело перестало быть просто делом о дорожно-транспортном происшествии.
Изначально действия Гаренских квалифицировали по статье 264 УК РФ — нарушение ПДД в состоянии опьянения, повлекшее смерть человека. Это стандартная процедура. Но следователи, изучив всю картину произошедшего — агрессивный стиль вождения, намеренное создание опасных ситуаций, попытку побега, — пришли к другому выводу. Его действия были расценены не как халатность, а как умысел. Дело было переквалифицировано на статью 105 УК РФ — убийство, совершенное из хулиганских побуждений, и покушение на убийство малолетнего.
Этот юридический поворот полностью меняет суть произошедшего. С точки зрения следствия, Гаренских не просто нарушил правила. Он использовал автомобиль как оружие, осознавая, что его действия могут привести к гибели людей, и ему было на это безразлично.
Поведение обвиняемого после задержания только укрепило эту версию. На заседании суда по избранию меры пресечения он натянул на лицо капюшон и общался с судьей кивками и жестами. Позже, в камере СИЗО, его поведение резко изменилось. Согласно материалам дела, он начал плакать, утверждать, что ничего не помнит, и изображать глубокое раскаяние. Назначена психиатрическая экспертиза.
Спустя две недели после аварии из больницы поступила информация: мальчик вышел из комы. Его состояние оценивается как средней тяжести, он находится в палате вместе с отцом, который за один день потерял жену и едва не потерял сына.
В этом деле больше нет формулировки «виновник ДТП». Есть обвиняемый в убийстве. И теперь ему грозит не срок за аварию, а пожизненное лишение свободы.