Глава 4. Женщина с разными зрачками.
Трап завибрировал под ногами, втягиваясь в чрево аппарата. Лукас едва успел ухватиться за поручень, когда люк за его спиной с шипением захлопнулся, отрезая звуки внешнего мира — дождь, сирены, город. Наступила неестественная, ватная тишина.
— Сюда, — женский голос прозвучал глухо, словно из-под воды.
Он обернулся и наконец увидел её.
Женщина стояла в центре небольшого отсека, держась за ремень безопасности, свисающий с потолка. Лет сорок, может, чуть больше. Тёмные волосы собраны в тугой узел, острые скулы, тонкие губы, плотно сжатые. Одежда строгая, почти военная, но без знаков различия — тёмно-серый комбинезон с высоким воротником. И глаза.
Один зрачок был обычным — тёмно-карим, почти чёрным. Второй — бледно-голубым, выцветшим, словно его выжгли изнутри. Разные зрачки. Именно так, как говорилось в сообщении Элиаса: «Не доверяй никому, у кого зрачки разного размера». Только у неё они были не разного размера — разного цвета. Может, это считалось?
— Садитесь, — приказала она, указывая на откидное кресло у стены. — Взлёт будет жёстким. Уходим на форсаже, пока «Грань» не подтянула орбитальные платформы.
Лукас не двинулся с места. Он стоял, вцепившись в поручень, и разглядывал её. Где-то в глубине сознания билась мысль: предупреждение Элиаса — единственное, что у него есть. Если проигнорировать его сейчас, второго шанса может не быть.
— Кто вы? — спросил он. — И почему я должен вам доверять?
Женщина усмехнулась — коротко, без намёка на веселье.
— Никто. И не должны. Но выбор у вас невелик: либо я, либо «Грань». А «Грань», поверьте, не станет задавать вопросы прежде, чем вскроет вам череп и проверит, что там осталось от оригинального Кайла Росса.
— Я не Кайл Росс.
— Знаю, — она оттолкнулась от ремня и сделала шаг к нему. — Вы — Лукас Грей. Архитектор крупнейшей финансовой пирамиды 2060-х. Исчезли при загадочных обстоятельствах в октябре 2065-го. Объявлены мёртвым в 2070-м. И вот вы здесь, в теле человека, который умер за три дня до вашего исчезновения. Забавное совпадение, не находите?
Аппарат дёрнулся и начал подъём. Лукаса швырнуло вбок, он едва удержался на ногах. Женщина, напротив, двигалась плавно, словно заранее знала каждый манёвр.
— Сядьте уже, — повторила она устало. — Я не собираюсь вас убивать. Если бы хотела — оставила бы в бункере. Или дала бы «Грани» забрать вас и не вмешивалась.
Лукас помедлил ещё секунду, затем опустился в кресло. Щёлкнули фиксаторы, ремни автоматически затянулись поперёк груди.
— Как вы меня нашли?
— Мы ждали вашего пробуждения последние три года, — она села напротив, скрестив руки на груди. — Знали дату с точностью до суток. А когда сработал протокол «Стеклянный купол», стало ясно: вы проснулись. Оставалось только добраться до вас быстрее, чем корпоративные ищейки.
— Кто такие «мы»?
— Федеральное бюро хронологических расследований. Сокращённо — ХронБюро. Появилось шесть лет назад, так что вы о нас не слышали. Мы занимаемся преступлениями, растянутыми во времени: крионика, анабиоз, релятивистские прыжки. Всё, что связано с «заморозкой проблем», как вы это называли в своей рекламе.
Лукас вздрогнул. «Заморозка проблем» — это был его слоган. Тот самый, который он использовал для привлечения клиентов в «Новые Горизонты». Обещал людям избавление от долгов, болезней, судебных приговоров.
— Откуда вы знаете слоган?
— Я знаю о вас всё, мистер Грей, — она подалась вперёд. — Я изучила каждый файл, каждую запись, каждое интервью. И я знаю, что вы не просто мошенник. Вы — человек, который продал четыре тысячи людей в крио-рабство, даже не подозревая об этом.
Внутренности Лукаса скрутило ледяным узлом.
— Что?
— «Новые Горизонты» были не просто пирамидой. Это был канал поставки биологического материала для корпорации «Грань». Вы думали, что просто берёте деньги и обещаете людям вечную жизнь? Нет. Ваш партнёр, Элиас Мёрдок, заключил с «Гранью» отдельный договор. Каждый четвёртый клиент, легший в капсулу, никогда не должен был проснуться. Их тела использовались для экспериментов. Их органы — для трансплантации. Их сознание — для загрузки в нейросеть.
Лукас молчал. В ушах шумело. Он вспомнил лицо Элиаса — вечно улыбающееся, с ямочками на щеках. Вспомнил, как тот уговаривал его расширить сеть клиник, привлечь больше клиентов. «Чем больше людей лягут, тем быстрее окупятся капсулы», — говорил он.
— Вы лжёте, — прохрипел Лукас. — Я ничего об этом не знал.
— Знаю, что не знали, — женщина откинулась назад. — Именно поэтому вы мне и нужны. Вы — единственный, кто может дать показания против «Грани». Вы были лицом схемы. Ваше имя на контрактах. Ваш голос на записях. И вы — живое доказательство того, что «Грань» похищала людей и пересаживала сознания в украденные тела.
— Какие ещё сознания? О чём вы?
Она посмотрела ему прямо в глаза. Разные зрачки блеснули в тусклом свете.
— Ваше тело, Лукас. Настоящее тело Лукаса Грея. Оно не умерло. Оно сейчас ходит где-то по этому городу. В него загрузили чьё-то чужое сознание. И этот кто-то продолжает ваше дело.
Аппарат накренился, заходя на новый курс. Лукас почувствовал, как кровь отливает от лица. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.
— Моё... тело?
— Да. И если мы не найдём его в ближайшие семь дней, трибунал признает вас обоих «единой хронологической аномалией» и приговорит к стиранию. Обоих. Без права апелляции.
Глава 5. Пепел вместо ответов.
Аппарат летел над городом, но Лукас не смотрел в иллюминаторы. Он сидел, вцепившись в подлокотники, и пытался переварить услышанное. Есть вещи, к которым невозможно подготовиться, даже если ты провёл двенадцать лет в криосне.
Его тело живо. Его тело — не его. Где-то там, в лабиринтах незнакомого города, ходит человек с его лицом, его голосом, его отпечатками пальцев. И этот человек, возможно, даже не знает, что он — подделка. Или знает, и это делает ситуацию ещё хуже.
— Как вас зовут? — спросил он наконец. — Вы так и не представились.
Женщина помедлила, словно решая, достоин ли он этой информации.
— Следователь Элисон Вейд. Отдел особых хронологических преступлений. Можете звать меня просто Вейд. Без «следователь», без «мисс». Просто Вейд.
— Хорошо, Вейд. Что теперь?
— Теперь мы летим в безопасное место. У нас есть конспиративная квартира в секторе Норд-4, старая башня «Паллада». Там вы приведёте себя в порядок, а я введу вас в курс дела. Потом мы начнём искать вашего двойника.
— Почему вы так уверены, что он в городе?
Вейд достала из нагрудного кармана тонкий прозрачный планшет, провела по нему пальцем. На экране загорелась карта города — объёмная, детализированная. Сектора, уровни, подземные магистрали.
— Потому что три дня назад камеры наблюдения зафиксировали Лукаса Грея входящим в здание ХронБюро, — она увеличила фрагмент карты. — Он подал запрос на получение доступа к архивам «Новых Горизонтов». Сказал, что хочет восстановить справедливость и найти выживших клиентов.
— Что? — Лукас выпрямился в кресле. — Мой двойник сам пришёл в Бюро?
— Да. И это самая странная часть. Он не прячется. Он ведёт себя так, будто он и есть настоящий Лукас Грей, который раскаялся и хочет всё исправить. Он даёт интервью, встречается с журналистами, сотрудничает со следствием.
— Тогда почему вы ищете меня? Если он уже даёт показания...
— Потому что это ложь, — отрезала Вейд. — Всё, что он говорит, — тщательно срежиссированный спектакль. Он не помогает следствию, он заметает следы. Каждый документ, к которому он получает доступ, оказывается подчищен. Каждый свидетель, с которым он встречается, замолкает или исчезает. А вчера он запросил доступ к файлам «Лазарь-11» — именно того криоцентра, где хранились вы.
Лукас потёр виски. Голова раскалывалась — то ли от последствий криосна, то ли от обилия информации.
— Допустим. Кто владелец моего тела? Чьё сознание туда загрузили?
— Мы не знаем, — Вейд выключила планшет. — Записи о загрузке были уничтожены. Но есть одна зацепка. Элиас Мёрдок оставил в вашей капсуле не только сообщение. Там был ещё один файл — зашифрованный, с меткой «для Лукаса». Мои техники пытаются взломать его уже несколько часов. Безрезультатно.
— Дайте мне взглянуть.
— Зачем? Вы же не хакер.
— Я не хакер, но я знаю Элиаса. Он использовал особый шифр для важных сообщений. Мы придумали его вместе пятнадцать лет назад, когда начинали первые аферы.
Вейд пристально посмотрела на него. В разноцветных глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Любопытно, — сказала она. — Хорошо. Как только доберёмся до квартиры, я покажу вам файл. Но будьте осторожны. Элиас был не просто вашим партнёром. Он был архитектором всей схемы с «Гранью». И он исчез не потому, что сбежал с деньгами. Его убили.
— Откуда вы знаете?
— Потому что мы нашли его тело три года назад. Замороженным. В такой же капсуле, как ваша. Только в его случае кто-то отключил систему жизнеобеспечения. Он не проснулся. Он просто превратился в лёд.
Лукас замолчал. Он вспомнил лицо Элиаса — молодое, дерзкое, с вечной ухмылкой. Вспомнил, как они стояли на крыше сорок этажей над Манхэттеном и Элиас говорил: «Знаешь, Лукас, мы либо умрём богатыми, либо умрём. Третьего не дано». Тогда это казалось шуткой.
— Вы сказали, что он оставил сообщение в моей капсуле. Но если его убили три года назад, как он мог оставить сообщение сейчас?
— Вот это и есть главный вопрос, — Вейд встала и подошла к иллюминатору. — Либо Элиас Мёрдок мёртв не до конца. Либо кто-то использует его цифровую подпись, чтобы манипулировать нами. И то, и другое одинаково скверно.
Аппарат начал снижаться. За иллюминатором мелькнули очертания высокой башни с потухшими неоновыми панелями на фасаде. «Паллада» — гласила полустёртая надпись над входом.
— Прибываем, — объявила Вейд. — Держитесь рядом и не задавайте вопросов, пока не окажемся внутри. Здание небезопасно. Здесь обитают те, кого город списал со счетов.
— Почему вы выбрали такое место для конспиративной квартиры?
— Потому что здесь никто не задаёт вопросов, — она бросила на него короткий взгляд через плечо. — И потому что аренда дешёвая. У Бюро урезали бюджет после прошлогоднего скандала.
Аппарат мягко опустился на крышу. Люк открылся, впустив внутрь холодный ветер с дождём. Лукас поднялся на ноги — тело всё ещё слушалось плохо, но двигаться уже было легче. То ли инъектор из куртки делал своё дело, то ли организм Кайла Росса оказался живучее, чем предполагал диагноз.
Они вышли на крышу. Лукас огляделся. Город отсюда выглядел иначе, чем из промзоны. Огни, башни, летящие между зданиями огоньки дронов. И всё равно что-то было не так. Слишком мало людей на улицах. Слишком много тёмных окон.
— Что случилось с городом? — спросил он. — Где все?
— Эпидемия, — коротко ответила Вейд, направляясь к двери, ведущей внутрь башни. — Семь месяцев назад. Нейровирус. Поражает тех, у кого стоят импланты старого образца. А такие стояли у восьмидесяти процентов населения. Те, кто выжил, либо сидят по домам, либо уехали. Город наполовину мёртв.
— Нейровирус? Искусственного происхождения?
— Мы так думаем. И следы ведут к «Грани». Именно поэтому нам нужно опередить вашего двойника, пока он не уничтожил последние улики.
Дверь в башню была заперта, но Вейд приложила ладонь к считывателю, и замок щёлкнул. Они вошли в тёмный коридор, пропахший сыростью и старым бетоном. Лампы аварийного освещения мерцали через одну.
— Двадцать седьмой этаж, — сказала Вейд. — Лифт не работает, придётся пешком.
— Двадцать семь этажей?
— Боитесь не дойти?
— Боюсь не успеть, — ответил Лукас. — Если мой двойник узнает, что я проснулся, и поймёт, что я с вами...
— Уже узнал, — оборвала его Вейд. — У меня есть информатор в Бюро, который сообщил, что час назад «Лукас Грей» запросил доступ к плану перемещений моего отряда. Он знает, что вы здесь. И он уже едет сюда.
Лукас замер на полушаге.
— Что?
— Именно поэтому мы не можем ждать, — Вейд уже шагала вверх по лестнице. — Двигайтесь, Грей. У нас есть примерно сорок минут до того, как он будет здесь. И поверьте — он вооружён лучше нас.
Лукас бросился за ней, перескакивая через ступени. Мышцы протестовали, лёгкие жгло. Он бежал вверх по тёмной лестнице заброшенной башни, и единственное, что он знал наверняка — через сорок минут он встретится с самим собой. И один из них не переживёт этой встречи.
Продолжение тут 👇