Многозадачность
Давно хотел поделиться с вами одной мыслью, навеянной прочтением "Общества усталости" Бён-Чхоль Хана. Более подробно писал о книге здесь.
Многозадачность всегда считали полезным качеством. Вместе со стрессоустойчивостью она отлично дополняет любое резюме, а на образцовом примере Юлия Цезаря выросло не одно поколение.
Говорят, Цезарь мог, сидя на коне, диктовать сразу нескольким писцам разные письма. Иногда четыре письма, иногда семь. При этом читал или слушал доклады. Современников это поражало, и так у Цезаря появилась репутация человека, который делает несколько дел сразу.
К слову, о многозадачности как параллельном процессе никто и не говорил, правильнее было бы назвать это очень быстрым переключением между задачами, во многом основанным на развитой памяти и качественной подготовке. Но разве это имеет значение, если примеры великих так хорошо мотивируют? В общем, многозадачность с тех пор так и осталась чуть ли не главным источником эффективности и успеха.
Бён-Чхоль Хан напоминает и о другом примере развитой многозадачности:
"Многозадачность широко распространена среди диких зверей. Это метод управления вниманием, который необходим для выживания в дикой природе. Зверь, занятый потреблением пищи, должен одновременно обращать внимание и на другие задачи. Он должен, например, отгонять голодных конкурентов от своей добычи и следить, чтобы не сожрали его самого. Он должен стеречь своих отпрысков и не сводить глаз со своего полового партнера. В дикой природе зверь вынужден распределять свое внимание между различными формами деятельности."
Получается, многозадачность — это не вершина эволюции, а её основание. Так живёт всякое животное, у которого слишком много угроз вокруг. Внимание раздроблено по умолчанию, потому что собранное внимание — слишком дорогая роскошь, которую нельзя себе позволить.
Когда я сижу на созвоне и параллельно скроллю ленту, переключаясь на всплывающие уведомления и ответы в личке, мой мозг работает именно так. Многозадачность как у Цезаря, а усталость вечером как у грузчика.
На помощь обещают прийти технологии. Кажется, стоит отдать рутину агенту, и внимания, времени станет больше. Задачу передал, у тебя её больше нет.
Только делегирование агенту не равно делегированию ответственности за результат. Ты всё равно открываешь и проверяешь, что он там написал, какие источники нашёл, всё ли учёл. И в итоге сам исправляешь. Когда таких агентов рядом становится несколько, контроль и ответственность только увеличиваются. Вместо одной задачи в фокусе — пять процессов на периферии. Внимания не прибавляется.
Сверху на это ложится среда. Каждое приложение, каждая лента, каждый интерфейс, каждый рекламный щит, каждое уведомление настроены так, чтобы отщипнуть свой кусок твоего внимания. Иерархии между этими запросами нет: всё одинаково громко и безразлично к тебе. Удобно ли тебе сейчас отвлечься, никто спрашивать не станет. Среда настроена против фокуса, и работать иначе она не будет, потому что её бизнес-модель построена ровно на этом.
В таких условиях сосредоточиться на одной мысли — это уже маленький успех.
***
У Хана дальше в книге есть ещё одна короткая фраза:
«Эксцесс повышения производительности ведёт к инфаркту души».
Когда у человека долго нет паузы, он перестаёт переваривать то, с чем сталкивается. Впечатления, разговоры, идеи, ошибки — всё проходит сквозь, не оставляя следа. Внутри ничего не оседает. Думать получается только короткими реактивными вспышками: ответил, переключился, отметил, забыл. Долгая мысль для такого режима слишком медленная. Любое чувство, которому нужно время дозреть, тоже не помещается.
Вот этот инфаркт Хан и имеет в виду. Не громкое событие, а постепенное выгорание внутреннего слоя, который только и делает человека человеком. Машина в этом режиме чувствует себя нормально, ей не нужны паузы, чтобы что-то значить. У человека из этого режима выпадает он сам.
