"Погоня. Какой детективный сюжет обходится без нее. Один бежит, другой догоняет. Таков непреложный закон жанра" (цитата из фильма "Берегись автомобиля").
На самом деле детективный сюжет все-таки может обойтись (и нередко обходится) без погони. Основополагающий непреложный закон жанра сформулирован, перефразируя приведенную выше цитату, несколько иначе: один совершает преступление, другой - расследует и раскрывает. Кто же (и каким образом) расследует и раскрывает преступления в нашей стране?
Если обратить свой взгляд на современные российские сериалы на "правоохранительную" тему, нетрудно заметить, что, к великому сожалению, многим из них свойственны следующие традиционные ошибки.
Ошибка № 1 - смешение ролей (функций) следователя и оперативника. Здесь, как говорится, возможны варианты.
Вариант первый - "два в одном", то есть все следственные и оперативно-розыскные мероприятия полностью осуществляют следователи Следственного комитета (СК); оперуполномоченных органов внутренних дел (полиции), прежде всего уголовного розыска, в этом случае нет, полиция представлена только сотрудниками в форме из "вспомогательных" (как, вероятно, считают сценаристы и режиссеры) подразделений, вроде патрульно-постовой и дорожно-патрульной служб или участковых уполномоченных. Примером такого подхода могут служить сериалы "Преступление", "Капкан для монстра", "Презумпция невиновности", "Инквизитор", "Как приручить лису", "Забытый остров", "Отпечатки", "Здесь все свои".
Разновидностью этого варианта является ситуация, когда Следственный комитет как отдельное ведомство отсутствует, а все расследование проводится сотрудниками полиции - следователями и (или) оперуполномоченными ("Зверобой", "Детектив на миллион", "Тайны города Эн", "Спасская", "Шальной отдел"); при этом в ряде случаев оперативники могут именоваться следователями, а СК - восприниматься как следственное подразделение полиции.
Естественно, при таком подходе неизбежны и сопутствующие неточности с "внешними атрибутами" соответствующей службы, как, например, сотрудник управления внутренних дел в мундире СК или служебное удостоверение сотрудника Следственного комитета, в котором значится: "МВД России, лейтенант полиции, оперуполномоченный".
Вариант второй - в сериале есть и следователи СК, и оперативники, но они либо работают в одной структуре, сидят в одном здании, вместе гоняются за преступниками, разница, по сути, только в служебной иерархии - следователи командуют, оперативники на подхвате ("Ворона", "Зов русалки"), либо работают, как и полагается, в разных структурах, но фактически наделены одними и теми же полномочиями ("Хрустальный", "Волчий берег").
Вспомним, к примеру, сюжет сериала "Хрустальный".
Следователь центрального аппарата Следственного комитета приезжает в маленький провинциальный городок Хрустальный, чтобы помочь в расследовании преступлений местным правоохранителям. Последние представлены исключительно отделом внутренних дел. А где же местные следственные органы Следственного комитета? Допустим, Хрустальный действительно настолько мал, что в нем нет следственного подразделения СК, а есть только полиция, - так бывает, но в этом случае соответствующие полномочия на территории такого городка или района (а может, и нескольких) осуществляет другое следственное подразделение (как показано в сериале "Пенсильвания").
Или "Тайны города Эн": вновь маленький провинциальный городок, в котором также всем занимается отдел полиции - за старшего там опытный следователь, в подчинении у него следователь менее опытный и более молодой и еще несколько человек полицейских в форме.
В советском кино ничего подобного не было (и, наверное, быть не могло), откуда же все это пришло на российские экраны? Ответ очевиден: оттуда же, откуда и ставший притчей во языцех ордер на обыск или на арест, - с Запада, главным образом из США.
Взять хотя бы "Твин Пикс". Если оставить за кадром мистику, - классический сюжет: где-то в глубинке, в маленьком населенном пункте, совершается тяжкое преступление. Расследованием занимается офис шерифа - сам шериф с небольшим штатом помощников. В случаях, если преступление выходит за рамки юрисдикции шерифа или у него не хватает своих ресурсов, он запрашивает помощь, и в дело вступают спецагенты из регионального отделения ФБР.
(Тут уместно вспомнить, что на этапе создания Следственного комитета российские СМИ наперебой именовали его не иначе как аналогом американского ФБР, - что, конечно, неверно, но, судя по всему, многим нашим авторам сериалов это запомнилось и понравилось.)
Сходную ситуацию можно увидеть в первом сезоне "Настоящего детектива", где на помощь провинциальным служителям закона прибывают детективы отдела убийств департамента полиции штата. В США нет единой системы расследования преступлений, многое зависит от юрисдикции и конкретного штата, но, если ориентироваться на известные американские сериалы, распространенной и привычной для многих будет картина, когда преступление расследует и раскрывает полиция, а дело в суде представляет прокурор.
Аналогичным образом и во многих странах Европы основным органом, уполномоченным проводить досудебное расследование преступлений, является полиция, - что, естественно, нашло отражение в европейских криминально-детективных сериалах, а оттуда перекочевало и к нам. Яркий пример - очень удачный в целом российский сериал "Преступление", представляющий собой адаптацию датского сериала "Убийство"; к сожалению, адаптация именно в части компетенции правоохранительных структур и их сотрудников оставляет желать лучшего.
В России у следователей и оперативников разные функции: первые производят предварительное расследование (более подробно об этом ниже), а вторые осуществляют оперативное сопровождение расследования уголовного дела.
Непосредственным следствием первой ошибки является ошибка № 2 - следователи, не только постоянно имеющие при себе табельное оружие, но и регулярно применяющие его в перестрелках. Что здесь не так?
Слово персонажам сериалов:
Я следак. Я из кабинетного народа, мы стволов не носим (следователь Игошин, сериал "Гончие-5", фильм 6).
В общем, меня тут Лена уговаривает… уговаривает в следствие уйти. Да… говорит, что ты носишься по земле с пистолетом (оперуполномоченный Лукин, сериал "Розыск-2").
Игошин, следователь еще прокуратуры (до появления Следственного комитета как самостоятельного ведомства), и Лена, жена оперуполномоченного Лукина, следователь СК, знают, о чем говорят. Все именно так - "носятся по земле с пистолетом" оперативники, а следователи и не носятся (хотя, конечно, и не постоянно находятся в своих кабинетах), и, как правило, не вооружены.
Много ли можно вспомнить ситуаций за 26 сезонов, наверное, самого "следовательского" российского сериала "Тайны следствия", когда бы следователь брал в руки оружие, причем не чье-то в силу обстоятельств, а собственное табельное? А за 11 сезонов "Ментовских войн", через которые, помимо оперативников, также прошло немало следователей? Из недавних проектов 2020-х - Брагин в "Первом отделе" без энтузиазма относится к оружию даже тогда, когда оно ему выдается по распоряжению начальства для обеспечения личной безопасности.
А, допустим, следователь СК Смирнов из "Хрустального" с пистолетом не расстается ни днем, ни ночью. И такие следователи СК, как Москвина и Чистяков ("Преступление"), Кабанов и Воронцова ("Ворона"), Жук ("Черное солнце"), Ковалев ("Капкан для монстра"), Симонов и Князева ("Отпечатки"), тоже вооружены и на задержание с оружием в руках ходят в первых рядах.
Ошибка эта также явно американо-европейского происхождения - за образец берется либо западный сотрудник криминальной полиции, либо, - если в сериале присутствует именно вооруженный следователь СК, - пресловутый агент ФБР (нюанс состоит в том, что агенты ФБР, в отличие от следователей СК, при исполнении служебных обязанностей действительно имеют при себе оружие, соответственно, при необходимости и применяют его).
Окончание следует.