Большую часть денег удалось-таки спасти. Последовав совету незнакомой старушки, Наталья отправила перевод самой себе и получив новые сто рублёвки кинулась в кооператив.
В сером здании на первом этаже, где располагалась бухгалтерия и юридический отдел яблоку негде упасть. Народ осаждает запертые двери. Все кричат, доказывают что-то, требуют начальника. Из разрозненных фраз и причитаний вырисовывается безрадостная картина - кооперативные счета заморожены, стройка на паузе, гарантий никаких.
- Тебе ещё повезло - не успела пай купить. Хотя бы не потеряла ничего, - сказали ей в очереди, - а наше дело - труба!
- И то правда, - согласилась Наталья, глядя на творящийся вокруг хаос и поплелась домой.
А к весне цены дёрнули вверх. Буханка чёрного - 60 копеек, было - 25! Яйца вместо 80 копеек - рубль восемьдесят! За синюю тощую курицу просили какие-то немыслимые три пятьдесят, как за говяжью вырезку! По чём нынче говяжья вырезка - лучше не спрашивай, тем более таких деликатесов давно никто не видывал на прилавке. Цены выросли вдвое, а продуктов больше не стало. Люди плевались и без всякого страха высказывали всё что накипело на душе. Благо объявили гласность и говорить стало можно. За это по крайней мере не сажали.
Собрав всю волю в кулак, Наталья продолжала тянуть воз семейной жизни. Просто по инерции делала то, что умела. Варёнки по прежнему выручали, хотя спрос здорово просел, а полученных денег теперь едва хватало, чтоб свести концы с концами. Однажды на рынке к ней подошёл бугай, бесцеремонно ущипнул за мягкое место, а когда она развернулась готовясь к словесной атаке - наглец выпустил ей в лицо табачный дым.
- Спокойно, киска! Не рыпайся. С завтрашнего дня с тебя пятихатка, - сказал, как отрезал. И какая ему разница, что за день порой только пару джинс и продашь. Но спорить не имеет смысла. Ленка из второго ряда, та что кожанками торговала открыла было рот, возмутилась. Следующей же ночью киоск её полыхал как пионерский костёр.
Муж Кеша тем временем остался без работы. НИИ закрылось, как абсолютно нерентабельное учреждение. Зарплату задержали, сказали - на три месяца, но обещанного, как известно три года ждут. Помыкался, попробовал грузчиком - на третий день отказала спина. Загремел в больницу. В палате их лежало пятеро. Сосед по койке слева попался разговорчивый, предложил бизнес-идею
- Рисовать, - говорит, - умеешь?
- Я -инженер вообще-то. Чертить могу. У меня даже изобретения есть, правда не запатентовано.
- Ничего сверхъестественного не требуется. Нужно разрисовывать матрёшек.
- Каких ещё матрёшек?
- Обычных. Иностранцы хорошо берут. Могу взять в дело.
Не сразу, но дело пошло. Десяток матрёшек в хороший день по десять баксов каждая. Тут же на углу стоит меняла. Один бакс - 18 рублей. Чем плохо? По официальному курсу всего рубль восемнадцать дают. Не, жить можно.
Пришло и ушло лето. Баба Капа вырастила на даче кое-какой нехитрый урожай. Закатали огурцов. Смородина уродилась. Дочь-невеста осенью идёт в одиннадцатый класс.
Если бы Наталью спросили - зачем её это вот всё? Муж, с которым близости, как со случайным попутчиком. Вечно голодный сын. Замкнутая в себе , неразговорчивая дочь. Постоянные вопросы, где взять денег? И как бы хоть что-то сэкономить. Суета сует, одним словом.
Она бы не нашла ответа. Да и некогда было раздумывать. Просто плыть по течению - оказалось не так то просто. А сойти на берег уже поздно. Вот и плывёшь.
НАЧАЛО здесь!
Спасибо за внимание, уважаемый читатель!
-