Я включила машину в воскресенье вечером и пошла на кухню варить чай. Через минуту из ванной раздался такой грохот, что Лёша высунулся из комнаты.
— Это что там такое, — говорит, — у нас кто-то упал?
Нет, не упал. Наша Бош, девятилетняя, которую я считала вечной, прыгала по плитке как живая. Прямо ходила из стороны в сторону, с ударами об стену.
Честно скажу: первая мысль была про деньги. Новая стиральная машина стоит от сорока тысяч. Мастер, неизвестно сколько ещё. Ноябрь, Новый год на носу. Ну вот.
Но решила сначала залезть посмотреть. Сдаваться после первого грохота не моё.
Что бывает, если терпеть прыжки и не обращать внимания
Сначала я полезла смотреть, чем это грозит. Нашла кое-что, что совсем не успокоило.
Прыгающая машина может потянуть за собой заливной или сливной шланг. Шланг это вода на полу. Я живу на пятом этаже, под нами пенсионерка Клавдия Николаевна, с которой мы здороваемся в подъезде, но не дружим. Залить её квартиру, это уже совсем другой разговор.
Ещё прыжки постепенно разбивают амортизаторы и подшипники. В девятилетней машине они и так не новые. Я всё-таки позвонила в один сервис, на случай если сама не справлюсь. Мастер назвал сумму: семь тысяч, если дойдёт до замены. За один визит.
Короче, ждать пока само успокоится — не вариант.
Что я проверила первой, пока Лёша предлагал звать мастера
Лёша предложил сразу звонить в сервис.
— Я быстро, — говорю, — пять минут.
— Пять минут чего? — спрашивает.
— Ну вот посмотрю, — говорю, — а вдруг там что-то простое.
Я присела рядом с машиной и нажала по очереди на все четыре угла. Один угол качался заметно. Машина стояла криво, полы в ванной у нас старые, плитка чуть неровная, и за девять лет ножки, видимо, разошлись.
Ножки у стиральных машин регулируются: снизу болтик, открутила, повернула ножку на нужную высоту, закрутила обратно. Нашла видео, попросила Лёшу приподнять угол (одной не справиться), выровняла.
Запустила пустой барабан на отжим.
Прыгала меньше. Но всё равно прыгала.
Про постельное бельё и мои девять лет ошибок
Тут я вспомнила, что именно стирала в тот вечер. Два пододеяльника, несколько наволочек, большое покрывало. Всё разом, чтобы не делать две стирки. Барабан был набит под завязку.
Уменьшила загрузку. Одно покрывало, пара наволочек. Поставила тысяча двести оборотов вместо обычных тысяча четырёхсот.
Машина встала как вкопанная. Почти.
Небольшая дрожь осталась, так и должно быть при любом отжиме. Но прыжков не было.
Вот тут мне стало немного неловко. Девять лет я набивала барабан до верха и гоняла на максимальных оборотах, считая, что так быстрее. Машина всё это терпела. Точнее, не терпела, а постепенно расшатывалась изнутри. И вот доигралась.
Антивибрационный коврик из Леруа на Профсоюзной — четыреста рублей
В Леруа Мерлен на Профсоюзной я нашла антивибрационный коврик за четыреста рублей. Резиновый, нескользкий, специально под размер стиральных машин.
Положила под ножки. Запустила полную стирку с нормальной загрузкой.
Машина стоит. Дрожит чуть, как и должна, но прыжков нет.
Лёша зашёл, послушал тишину.
— Ну и что, всё? — говорит.
— Ну, похоже, что всё, — говорю.
— И зачем тогда было мастера звать?
— Вот именно, — говорю. — Вот именно.
Коврик служит уже несколько месяцев.
Когда коврик точно не поможет
Написала бы «берите коврик, всё пройдёт», но это было бы нечестно. Есть симптомы, при которых нужен мастер, и я это теперь знаю.
Машина гудит уже с начала стирки, а не только на отжиме. Барабан болтается вверх-вниз от руки. Под машиной или рядом с ней вода. Барабан вращается с трудом или не вращается вообще. Бельё после отжима остаётся слишком мокрым даже на высоких оборотах.
Мастер объяснил: всё это уже про амортизаторы, подшипники или пружины. Там ручками не починишь.
У моей Бош пока ничего такого. Поскрипывает немного на отжиме, но поскрипывала и раньше, это её характер.
Что я делаю теперь по-другому
Барабан больше не набиваю под завязку. Всегда оставляю место, чтобы рукой свободно провернуть бельё. Две стирки вместо одной, зато машина не скачет.
Отжим на тысяча четыреста оборотов, только для хлопка, и то раз в месяц. Постельное и синтетику гоняю на восьмистах или тысяче.
Раз в пару месяцев нажимаю по углам, проверяю устойчивость. Ножки трогать несложно, если знать где болтик.
Семь тысяч мастеру я так и не заплатила. Лёша спрашивает, молодец ли я.
— Молодец, — говорю. — Просто не хотела звонить.
Коврик за четыреста рублей или семь тысяч мастеру: это глупо или мудро, разбираться самой, а не звонить сразу?
Подпишитесь — здесь про дом и всё, что в нём ломается всегда не вовремя.