Говорят, деньги меняют женщин. Это неправда. Деньги просто срывают с них маски — и тогда видишь их настоящие лица, что было под ними всегда. Расскажу вам как это случилось со мной.
Эту прописную истону я понял вскоре после того вечера, когда мятый билет «Столото» с пятью совпавшими числами превратился в двадцать пять с половиной миллионов рублей. Кто же мог представить на какую подлость эта удача подтолкнёт мою любимую жену Алину... Вот только она просчиталась: за восемь лет брака она так и не удосужилась узнать меня по-настоящему. Но - обо всём по-порядку.
Ноябрь в Екатеринбурге — не сезон, а особое состояние. Низкое небо давит на крыши, воздух пахнет выхлопом, весь город становится похожим на плохо проявленную фотографию. В тот вечер я стоял у окна нашей квартиры и смотрел, как по стеклу сползают капли. На столе лежала квитанция за коммуналку, счета выросли уже третий раз за год, а Алина только злилась, когда я просил её экономней расходовать воду и не оставлять свет в квартире, когда уходит на работу. Ладно... Натянул куртку, пошёл в магазин — хлеб, молоко, сигареты, те самые вещи, которые напоминают, что жизнь продолжается.
Билет купил совсем случайно, кассир предложил взять леденцы на сдачу. Но я заметил рядом лоток «Столото» и рука потянулась туда сама. Кассирша выдала билетик, не отрываясь от телефона.
Три дня билет пролежал в прихожей на полке с ключами. Алина даже не обратила на него внимания. И я почти забыл. Пока однажды вечером не взял его из любопытства, сел на кухне с бутылкой пива и открыл сайт проверки.
Первое число совпало.
Второе.
Третье. Четвёртое.
Чёрт!
Пиво стояло нетронутым. Сердце забилось словно на первом в жизни свидании!
Пятая цифра - СОВПАЛА!
Нет, не может быть! Я проверил раз десять. 25 миллионов пятьсот тысяч рублей!
— Алина, — позвал я. Собственный голос прозвучал как чужой.
Она появилась в дверях — телефон в руке, взгляд мимо, как всегда. В тридцать три она была красива той отточенной красотой, которая требует усилий - зал, ботокс, подколотые губки.
— Алина, сядь, а то сейчас упадёшь! Ты не поверишь, но... Мы только что выиграли в лотерею!
Она подняла взгляд с холодным прищуром.
— Правда? Не розыгрываешь? Сколько? На Дайсон мне хватит?
— Какой Дайсон. Двадцать пять мио!!
Телефон исчез в кармане за долю секунды. Она пересекла кухню, обняла меня, и от неё пахло духами, которые я подарил ей на годовщину. Её радость была чуть сильней, чем нужно. Как у актрисы, которая хорошо знает роль, но немного переигрывает. Но тогда я этого не заметил.
Но деньги получить оказалось не так просто. Следующие недели превратились в бюрократический круговорот. Оказалось, что в условиях лотереии прописаны варианты получения выгрыша, когда при снятии всей суммы сразу она значительно уменьшается, плюс налог. Но всё-равно там оставалось сказочно много! Я нанял юриста и прилагал усилия, чтобы получить сразу максимально выгодную сумму. Однако прямо сейчас денег на руках по-прежнему не было. По мере того как сроки затягивались, энтузиазм Алины гас, она стала очень раздражительной и постоянно меня поторапливала. Разговоры про деньги всегда сводились к одному - забрать их из конторы как можно быстрей и не считаясь с потерями. А еще я заметил, что по ночам она часто не спала — в темноте спальни голубел экран телефона.
— Кто там тебе пишет в час ночи?
— Да по работе. Рынок недвижимости сам знаешь какой.
— Увольняйся нафиг оттуда, мы миллионеры! Потерпи немного, мы закроем все долги и ты больше не будешь никогда работать, солнышко.
Но что-то дёрнуло меня все-таки проверить, куда вдруг направилось внимание моей жены. Я не понимал, почему когда мы наконец почти решили все проблемы - её поведение стало плохим. GPS-трекер с али оказался размером с монету. Я прикрепил его под задний бампер её машины. Жучок для прослушки поставил под кухонную столешницу — там, где она обычно говорила по телефону, когда я уходил к себе в кабинет.
Три дня — ничего.
А вот на четвёртый я услышал кое-что безумно интересное.
— Дениска, зая... — голос Алины был медовый, тягучий, такой, каким она давно уже не разговаривала со мной. — Я всё понимаю. Нужно ещё чуть-чуть потерпеть. Как только я получу доступ к деньгам... Ну вот такой он жлоб. Хочет там какие-то пару процентов вытащить с лотереи. Да, я каждый день его пилю, что надо забрать деньги прямо сейчас!
Пауза.
— Я знаю, я стараюсь. Но 25 миллионов просто так с неба не падают. — Смешок. Холодный, незнакомый. — А еще он такой предсказуемый, что мне даже смешно становится. Всерьёз переживает за наш брак. Ты бы видел его лицо, когда он пытается «поговорить»... Он правда думает, что мы вместе будем тратить эти деньги!
Денис. Имя встало перед глазами сразу.
Корпоратив у клиентов Алины, полгода назад. Я хорошо запомнил его. Высокий, пиджак без галстука, часы, которые носят не чтобы знать время. Представился IT-менеджером. Смотрел на Алину так, как смотрят на чужую вещь, до которой уже почти дотянулся.
Тогда я открыл её почту. Скачал программу, которая убирает "звёздочки" с сохранённых паролей в бесплатной игре, где она проводила время. Ожидаемо, пароль подошел и для аккаунта с перепиской.
Теперь картина её падения была полная!
Они любовники! И они ждали выплаты, пока я получу деньги на руки. Дальше план простой. После — развод и ПАЛАВИНА. Алина планировала представить себя жертвой психологического насилия: моя молчаливость и замкнутость давали для этого неплохую почву. Её юрист уже готовил документы. Дальше — отъезд. «Таиланд идеально подходит для старта», — писала она с таким азартом, будто речь шла о турпоездке.
Я читал это в тёмном кабинете, пока наверху Алина укладывалась спать.
Но было ещё кое-что. Я нашел то, на что сама Алина не обратила внимание.
Детали в переписке не сходились. Компания, где якобы работал Денис, — я проверил: такой должности в штате нет. Вряд ли он вообще там работал. Его аккаунт в соцсетях моложе года. Зато я нашел и другие, более старые. В них фотографии Дениса — с другими разными женщинами, похожие истории любви, словно меняются только дамы. Два вечера поисков дали достаточно: Денис Просунин всплывал в разных городах под разными именами, но всегда рядом с состоятельными женщинами — и, похоже, всегда исчезал раньше, чем те успевали что-то понять, оставшись с носом.
Другими словами - он был профессиональный мошенник!
Алина, которая думала, что ловко использует меня, сама сидела в ловушке. Только пока об этом не знала. И то, что я до сих пор не получил на руки выигрыш - оттягивало её участь. Да и мою тоже. Вряд ли такой жулик стал бы ждать нашего развода как планировала Алина. Наверняка он строил бы план как обобрать нас полностью!
Я закрыл ноутбук. Впервые за несколько недель стало чуть легче дышать.
Однако я, кажется, придумал что сделать! Неделю я готовился. Точно, без лишних движений — как на объекте перед сдачей.
Два чёрных кейса из тех, что используют для перевозки наличных. Внутри "кукла" — нарезанная под купюры бумага, с настоящими банкнотами поверху и снизу каждой пачки. На беглый взгляд — убедительно. Банковскую ячейку на Малышева арендовал лично.
Вечером вернулся домой, хлопнул входной дверью громче обычного — чтобы дать Алине время убрать телефон.
— Любимая, кто молодец? Я молодец! — сказал я с видом человека, который наконец свернул горы. — Сегодня я ездил в офис лотереи последний раз. Юрист их заборол! Там какие-то изменения с нового года нашел в федеральном законе о розыгрышах, не зря ему 300 тысяч заплатили. Они вынуждены были пойти навстречу и даже согласились выдать всё наличными! Правда, пришлось принять чуть меньше: тут 21 миллион за вычетом налогов и оплаты юристу. Но зато мы наконец миллионеры!! Можешь представить!?
Она подпрыгнула с дивана. Что-то в её взгляде включилось и тут же притушилось.
— Наличными? — голос придержала, но не до конца. — Это же... это замечательно, Андрей. Где деньги? Дай! Хочу посмотреть!
— Ты что, разве такое можно в руках носить. Там два кейса. Сдал в банковскую ячейку — дома такие деньги не держат. Все данные в этой папке. Ты тоже имеешь доступ, если что. Завтра сходим вместе посмотрим.
В этот момент зазвонил телефон. Я настроил сигнал заранее — звонок с другого номера
— Отец... — Я взял трубку, несколько секунд слушал тишину. — Что значит плохо? Как? Да, да, конечно. Первым рейсом буду.
Я упал в кресло, как человек, которого приложило.
— Боже! Отец в больнице. Инсульт. Врачи говорят, может не пережить ночь... Алина, мне нужно лететь в Тюмень.
Алина изобразила сочувствие, присела рядом и принялась обнимать меня что есть сил. Получилось сносно.
— Конечно, дорогой, езжай, езжай. Не переживай, я здесь со всем разберусь. Побуду на страже нашего тыла. Главное ты уже сделал!
Я вытащил из кармана ключ от ячейки и конверт с кодом доступа.
— Вот, возьми. Если понадобятся деньги — знаешь где. Я буду с отцом, там, возможно, придётся давать деньги докторам наличкой. Наверняка немалые. Но главное у нас они теперь есть! Я тебе сразу позвоню, если что беги в банк и забирай из кейсов сколько я скажу!
Ключ она взяла так, что пальцы у неё чуть дрогнули.
Через сорок минут я стоял у арендованной машины, припаркованной в квартале от дома. Трекер работал чисто.
Алина даже не стала дожидаться времени моего "вылета". Она выехала через час. И сразу — в банк, двадцать минут. Потом — трасса в сторону Чусового, к нашему охотничьему домику в предгорьях Урала. Я ехал следом, держа дистанцию в полкилометра.
У домика стоял чёрный «Гелендваген». Я догадывался чей.
Остановился за пригорком, достал бинокль. Через окно было видно: Алина открывает кейсы прямо на столе. Денис стоит рядом, смотрит. Потом они со смехом разговаривают и... Дальше я увидел омерзительное, но ожидаемое. Увы. Напоследок Денис откупорил бутылку шампанского и налил в два пластиковых стакана. Они выпили.
Сразу после этого они начали переносить кейсы в «Гелендваген». Как вдруг Алина остановилась посреди двора буквально на секунду. Потёрла висок. Схватилась за косяк двери.
Денис подскочил к ней и помог добраться до «Камри». Усадил за руль. Вернулся к своей машине.
«Гелендваген» сразу ушёл на трассу.
«Камри» поехала в другую сторону. Через горный серпантин.
Я понял что происходит за долю секунды. Он подмешал ей что-то в стакан! Посадил за руль и отправил на горную дорогу — чтобы не делиться, чтобы не оставлять свидетелей. Несчастный случай должен был выглядеть несчастным случаем.
Сам пока еще не понимая что буду делать, я вдавил газ следом за машиной Алины.
Серпантин был скользкий — ноябрьская крупа, темнота, фары едва пробивали туман. «Камри» впереди виляла всё сильнее, уходила на обочину, возвращалась. Я понял - прямо сейчас Алина теряла сознание за рулём.
Поворот. Визг резины. Хруст ограждения.
Машина ушла вниз, в расщелину.
Я остановился на краю, включил аварийку. В мигающем свете — сорванное ограждение и темнота обрыва. Метров семь ниже — смятый кузов «Камри», лежащий боком между валунами. По случайности не скатился до дальше до самого дна.
Я начал спускаться.
Мокрые камни, корни, темнота. Дважды поскользнулся. Разодрал ладонь о край скалы. Внизу — тишина, только далёкий шум ветра в деревьях.
Алина была жива.
Зажата между деформированным рулём и сиденьем, лицо, её ботокс и губы - уже никогда не будут прежними, каждый вдох — со страшным хрипом.
— Денис... Ты? — Голос — едва слышный, тонкий, как нитка. — Помогите... Кто-нибудь... Мне больно... Я не вижу правым глазом..
Я стоял над ней в ноябрьской темноте. Смотрел на женщину, которая планировала меня ограбить. Которая восемь лет спала рядом и считала, что знает меня насквозь.
Телефон чтобы вызвать скорую был в кармане.
Один звонок — и скорее всего она будет жить.
Или можно не звонить — просто стоять. Она даже не знает, что это я. Она думает, что это её Денис.
— Денис... — Она попыталась пошевелиться, вскрикнула, замолчала. — Что со мной... я не понимаю. Прости меня. Господи, как больно. Не уходи...
Она плакала. Не для эффекта — так уже не плачут. Так плачут, когда до этого уже не остаётся сил.
— Я не хочу. Пожалуйста...
Ладно. Я больше не мог на жто смотреть и достал телефон.
— Служба спасения. Авария на серпантине, двадцать третий километр дороги Чусовой — Усть-Койва. Машина упала в обрыв. Женщина, тридцать три года, без сознания, тяжёлые травмы. Нужен вертолёт.
Спасатели работали почти четыре часа. Я стоял наверху и смотрел, как режут металл, как вытаскивают её на носилки, как вертолёт уходит в чёрное небо над Уралом. За всё это время я не сказал ни слова.
Диагноз страшный — перелом позвоночника, повреждение спинного мозга. Ходить она не будет. Глаз не видит.
Дениса взяли через неделю в аэропорту Кольцово — с поддельным паспортом и билетом в Дубай. Он быстро понял, что в кейсах "куклы". Но так же знал, что виновен в отношении Алины и попал в розыск. Скрыться не получилось. Раскололся быстро, рассчитывал на сделку. Рассказал всё: схему, других жертв, снотворное в стакане. Получил восемь лет строгого режима.
Я, конечно, подал на развод, пока Алина лежала в реанимации. Подписала, не глядя на меня.
Благодаря тому, что я еще не вступил в право владения выигрышем - мой юрист смог обставить всё так, что вся сумма не попало в имущество, совместно нажитое в браке. Судиться и доказывать обратное у Алины не было ни сил, ни средств.
Однако, глядя на её беспомощное состояние полу-овоща, я согласился покрыть часть медицинских счетов. Две операции, реабилитация. Не прощение, не искупление. Просто я не хотел становиться таким же как она и Денис, я боялся что у меня появится чувство вины и я буду корить себя до конца жизни, что бросил её доходить в палате провинциальной больницы. Но на этом всё!
Последний раз я видел её через год. Заехал по вопросам продажи нашей квартиры. Она сидела в коляске у окна, смотрела во двор, куда теперь никогда не сможет спуститься без посторонней помощи. Поседела у висков. Похудела.
— Я тебя проклинаю! Зачем только ты меня спас тогда? — спросила, не оборачиваясь. — Посмотри во что я превратилась... Зачем так жить. Ты купил мне ад на земле!
***
Друзья, надоели рерайты на Дзене всякой ернуды, понравился мой авторский рассказ - поддержите подпиской, лайком и комментарием. С уважением, ко всем кому не безразлична тема!
Поддержать автора на кофе можно тут.