1 июня 1804 года родился Михаил Глинка. Композитор, который услышал в русской песне основу большого искусства.
Конечно, музыка в России существовала задолго до него. Были церковные песнопения, народные песни, домашнее музицирование, придворные капеллы, первые оперные опыты, талантливые исполнители и композиторы.
Но в большой европейской музыкальной культуре Россия долго воспринималась скорее как внимательная ученица: она слушала, перенимала, осваивала чужой язык.
Глинка этот язык знал. Он хорошо понимал европейскую музыку: её певучесть, стройность, театральный блеск, оркестровую красоту. Но постепенно перед ним встал другой вопрос: может ли русская музыка говорить не заимствованными интонациями, а собственным голосом?
Ответом стала вся его жизнь.
В детстве Глинка слышал русские песни, звучавшие в доме и в оркестре его дяди. Позже он вспоминал, что именно эти песни могли стать одной из первых причин его обращения к народной русской музыке.
Для него народная мелодия была не простым бытовым напевом и не красивой вставкой. В ней он услышал основу большого искусства.
Это было открытие огромной силы.
Глинка понял: русская песенность может быть не украшением музыки, а её сердцем. Через неё на большую сцену могли выйти русская речь, русская история и народная память, способная звучать на большой сцене с тем же достоинством, с каким звучали признанные европейские традиции.
В 1836 году была поставлена опера «Жизнь за царя». Её часто называют первой русской национальной оперой. Но важно не только это определение. Важно, что в центре большого музыкального полотна оказался русский человек, русская история и тема жертвенного служения.
Образ Ивана Сусанина у Глинки — не просто патриотическое предание. Это рассказ о верности, о внутренней силе народа, о готовности стоять за Отечество. Поэтому финальное «Славься» звучит не как внешний эффект, а как итог большой духовной и драматической дороги.
В 1842 году появился «Руслан и Людмила» — уже другой мир: сказочный, светлый, дерзкий, полный фантазии и оркестровых красок. Новаторство этой оперы приняли не сразу, но именно в ней особенно ясно слышно, как далеко Глинка заглянул вперёд. Позднее русская музыка будет снова и снова возвращаться к этим дорогам: к эпосу, сказке, народной интонации и свободе музыкального воображения.
После Глинки стали возможны Мусоргский, Бородин, Римский-Корсаков, Чайковский, Рахманинов. Не потому, что он один создал русскую музыку с нуля. Так в культуре не бывает. Но он сделал главное: показал, что у русской музыки есть собственная мера, собственная речь и собственное достоинство.
Его часто сравнивают с Пушкиным. И это сравнение не случайно. Пушкин дал русскому слову новую свободу и ясность. Глинка сделал нечто похожее с русской мелодией: она перестала казаться второстепенной перед европейскими образцами и зазвучала как основа большой культуры.
В этот день родился не просто великий композитор. За этой датой стоит тихий, но огромный поворот в истории русской музыки. После Глинки она начала говорить своим голосом. Собственным. Глубоким. Русским.
Читайте также: