– Ну и где он опять шляется? – Марина Павловна прошла в комнату, не снимая сапог, и тут же наступила на что-то мягкое.
Кот Тихон отпрыгнул в сторону и обиженно посмотрел на хозяйку снизу вверх.
– А, вот ты где, – бросила она, не извинившись. – Иди отсюда, нечего под ногами путаться.
Тихон отошел к батарее и лег, поджав лапы. Ему было два года, из которых полтора он прожил у Марины Павловны. Взяла она его маленьким, рыжим, пушистым. Соседка принесла целую коробку котят с лестничной клетки и сказала:
— Марин, возьми одного, они такие хорошенькие.
Марина Павловна посмотрела на коробку, потом на котят, потом снова на коробку и взяла. Просто так. Без особых причин.
Первые три месяца она даже имя ему не давала. Называла «котом» или «этим». Потом племянник приехал в гости, поиграл с ним минут двадцать и сказал:
— Тетя Марина, он такой солидный. Назови его Тихоном.
Вот так и стал кот Тихоном.
Солидным он, конечно, не был: обычный дворовый рыжий кот с белой грудкой и одним чуть загнутым ухом. Но племяннику виднее.
Марина Павловна работала бухгалтером в строительной компании, возвращалась домой в восемь вечера, иногда в девять. Готовила себе что-нибудь, смотрела сериал и ложилась спать. Кот в этот дневной график не вписывался никак. Формально он в квартире жил, ел из миски, спал на подоконнике, но Марина Павловна его как будто не замечала. Смотрела сквозь него, как сквозь мебель.
Ее подруга Светлана как-то сказала за чаем:
– Марина, ну и зачем ты его держишь, если он тебе не нужен?
– Как это не нужен? Он живет у меня.
– Живет не всегда нужен. Ты когда последний раз с ним играла?
Марина Павловна задумалась. Потом сказала неуверенно:
– На прошлой неделе, кажется. Или на позапрошлой. Не помню.
Светлана посмотрела на нее с сомнением и промолчала.
На прошлой неделе это было слишком оптимистично. На самом деле Марина Павловна уже месяца три не обращала на Тихона никакого внимания. Покормит и всё. Иногда даже с этим опаздывала: то забудет купить корм, то просто не заметит, что миска пустая. Тихон сидел тогда у холодильника и смотрел на него с таким выражением, что любой другой человек сразу всё понял бы. Но не Марина Павловна.
Кот терпел долго. Он вообще был терпеливым: недаром племянник назвал его солидным. Тихон не кричал, не закатывал истерик, не бил посуду со стола. Он просто ждал, когда хозяйка обратит на него внимание. Подходил иногда, тыкался головой в ногу. Она отодвигала его ногой, не отрываясь от телефона. Садился рядом с ней на диван, а она тут же пересаживалась на кресло. Один раз лег ей на колени: она встала, не сказав ни слова, и ушла на кухню.
Потом Тихон несколько дней вообще не подходил к ней.
А потом Марина Павловна купила новый вязаный плед. Бежевый, мягкий, дорогой. Положила его на диван и сказала:
– Только попробуй сядь на него. Только попробуй.
Тихон сел на него в ту же ночь. Мял лапами, мурлыкал. Плед был теплый и пах чем-то приятным. Наутро Марина Павловна обнаружила на бежевом пледе целый ковер рыжей шерсти и несколько затяжек от когтей.
– Да ты что?! – закричала она так, что Тихон слетел с дивана и забился под кровать. – Я только вчера его купила! Это же шерсть мериноса, понимаешь ты вообще?!
Тихон из-под кровати не понимал. Он понимал только, что хозяйка снова кричит, а он снова виноват. Хотя она сама положила плед туда, где он обычно спит.
– Всё, – сказала Марина Павловна уже спокойнее, но от этого не менее страшно. – Ты мне надоел. Надоел окончательно.
Она позвонила Светлане.
– Слушай, ты не хочешь кота?
– Какого кота?
– Моего. Тихона.
– Зачем мне твой кот? У меня и мужа на кошек аллергия.
– Ну не знаю, может, знакомые какие возьмут?
– Марина, – сказала Светлана после паузы, – ты серьезно?
– Вполне.
Светлана вздохнула и повесила трубку.
Никаких знакомых не нашлось. Тогда Марина Павловна написала объявление в районный чат:
— Отдам кота в хорошие руки. Рыжий, два года, ласковый.
Про «ласковый» она написала на всякий случай. Вдруг возьмут быстрее.
Сообщений пришло двадцать три штуки за два часа.
Марина Павловна этого не ожидала. Она читала их и почему-то раздражалась.
— Мы давно мечтали о рыжем коте.
— Можно фото?
— У нас дети, они будут в восторге.
— Мы живем в частном доме, у него будет сад.
Сад. Надо же.
Она не отвечала. Сидела и читала, и что-то внутри у нее сжималось: непонятно от чего.
Тихон тем временем вышел из-под кровати, прошел через комнату и сел у окна. За окном шел снег. Кот смотрел на него с тем спокойным интересом, с каким коты умеют смотреть на всё что угодно.
Марина Павловна смотрела на кота.
Потом встала, пошла на кухню и насыпала ему корма: хотя до вечера было еще далеко.
– Ешь, – сказала она.
Тихон подошел, понюхал и начал есть. Не поблагодарил, не замурлыкал, просто ел. Марина Павловна постояла рядом, потом присела на корточки и осторожно, будто впервые, провела ладонью по его спине.
Тихон на секунду остановился. Потом продолжил есть, но при этом тихонько заурчал.
Она убрала телефон. Написала в чат одно слово:
— Занят.
Двадцать три человека расстроились.
Один кот, нет.
Он сидел у окна, смотрел на снег и мурлыкал. Не громко. Просто так, для себя. На всякий случай.
Марина Павловна пересела с кресла на диван. Туда, где лежал испорченный плед и впервые за долгое время ничего не включила. Ни сериал, ни телефон. Просто сидела.
Через несколько минут Тихон запрыгнул к ней на колени: без спроса, как обычно.
На этот раз она не встала.