Все у нее было необычным: и имя, и душа, и судьба… Аграфене было шестнадцать, когда ее, единственную дочь в семье, родители отправили в полузаброшенную деревушку ухаживать за больной прабабушкой, которая ни в какую не соглашалась переезжать к родне.
Без посторонней помощи по дому старушке было не справиться. Иногда целыми днями она не могла подняться с постели: ноги просто не слушались.
Родители Груни были уверены, что старенькая родственница протянет год-два. Поэтому и отправили Груню с легкой душой, думали, что скоро дочка вернется домой. Но старушка прожила еще долгих восемнадцать лет. Отпускать от себя Груню или менять ее на другую помощницу она категорически отказывалась.
Когда Аграфена похоронила бабу Нюру, ей было уже тридцать пять. Оказалось, что возвращаться ей некуда. Несколько лет назад сгорел родительский дом вместе с отцом. А мать умерла еще раньше.
Пожилая родственница, у которой временно поселилась Груня в родной деревне, посоветовала ей отправиться в город: там можно найти работу, жилье.
Так Груня оказалась в столице. Робко попросилась к дальним родственникам пожить несколько дней, пока не найдет работу с общежитием. Те пустили ее и были поражены, как ловко она справляется с их неуправляемым одиннадцатилетним сыном.
Ей стоило попросить его о чем-то, и избалованный, дерзкий, непослушный мальчишка тут же несся исполнять ее поручение. Он ни разу не нагрубил ей и ни разу не ослушался. Это было что-то невероятное!
Глава семейства тут же смекнул, что Груня справляется с ребенком лучше, чем дипломированные психологи и гувернеры, на которых потратили кучу денег, но которых Павлик и в грош не ставил, впрочем, как и родителей, и пятнадцатилетнего брата.
Олег Максимович предложил Аграфене остаться в семье. Условия озвучил хорошие: ей дают отдельную комнату, питание, покупают одежду, обувь, выдают ежемесячно зарплату в десять тысяч, а она занимается домом – готовит, убирает, но самое главное – воспитывает Павлика.
Трудностей Груня не боялась. Да и какие трудности в квартире, где не надо топить печь, носить воду? Даже стирать и мыть посуду не надо – это делают машины.
Она была счастлива, считала, что ей крупно повезло. Самым сложным для нее оказалось понять и принять образ жизни родственников.