После встречи с Элеонорой Дмитриевной Даша попросила мужа купить новую сим-карту в телефон, а старую, просто вытащила. Потому что среди клиентов, звонивших ей узнать, почему она не работает, попадались и такие, что не принимали причину отказа и начинали говорить гадости. Правда, ей пришлось в первые дни отказать и ребятам из ФСБ и Мурашёву. Она ещё не успела написать заявление на бессрочный отпуск Игорю Алексеевичу, как ей позвонил дежурный из ФСБ и сказал, что за ней выехали.
- Верните машину обратно, я никуда не поеду. Сейчас отзвонюсь Игорю Алексеевичу и всё ему объясню.
Но было уже поздно, в дверь позвонили. Она открыла. На пороге её квартиры стоял Игнатенко и с ним незнакомый мужчина в штатском. Его лицо не выражало никаких эмоций, в отличие от Руслана, который был рад её видеть.
- Привет. Отлично выглядишь.
- Спасибо.
Тут в разговор вступил незнакомец:
- Дарья Сергеевна, - начал он, предъявляя удостоверение так быстро, что она не успела разглядеть фамилию. - Нам нужна ваша консультация. Объект «Зеркальный». Он вышел из-под контроля в лаборатории под Новосибирском. Наши аналитики зашли в тупик. Нужно срочно вылететь туда.
Даша, кутаясь в вязаный кардиган, вежливо ответила.
- Простите, но я вынуждена вам отказать. Я нахожусь в декретном отпуске.
Тот глянул на её плоский живот и выдал:
- Но это вопрос государственной безопасности...
- А это вопрос жизни моего ребёнка, - её голос зазвенел сталью. - Я не буду рисковать им. Погружение в чужую боль и работа с отрицательными энергетическими полями теперь для меня недопустимы. Всего доброго.
Руслан показал ей большой палец и потянул приезжего за порог, взяв за рукав. Даша тут же позвонила Игорю Алексеевичу, всё ему объяснила и сказала, что заедет завтра, чтобы написать заявление на отпуск. Полковник принял её объяснение с пониманием, но всё равно спросил:
- Даш, а что, совсем никак нельзя помочь новосибирцам?
- Простите, здоровьем нерожденного ребенка я рисковать не намерена.
- Всё-всё Даш, извини, я понял. Желаю тебе спокойно выносить малыша. До твоего решения выйти на работу, беспокоить тебя не будут. Жду заявление на отпуск.
А вечером позвонил Мурашёв и спросил:
-Ты правда ушла на бессрочные каникулы? Просто проезжал мимо и увидел твое объявление на двери салона.
- Да, я ушла в декрет.
- Ого, я тебя поздравляю. Хотя я у тебя животика не видел... Извини, потом поболтаем, ко мне пришли.
А вечером он позвонил снова. Его голос в трубке звучал непривычно растерянно, почти просяще.
- Даша, ты это... ну, в общем, я понимаю, что ты в отпуске. В декрете. Но у нас тут такое дело... В парке нашли три тела. Свидетели говорят — самоубийство, но... почерк не тот. У меня такое чувство, как будто что-то или кто-то, высосало из них жизнь. Они как скелеты. Я нутром чую — это по твоей части.
Даша слушала его, поглаживая живот, и чувствовала, как внутри всё сжимается не от страха. Просто она представила себе эту тьму, эту липкую паутину отчаяния, и поняла: она больше не может. Не имеет права.
- Простите, Кирилл Петрович, - тихо, но твёрдо сказала она. - Я больше не работаю.
В трубке повисло тяжёлое молчание.
- Ты уверена? Ты же лучший специалист...
- Я теперь хранительница другой жизни. Это важнее.
Оказав всем силовым структурам и сменив сим-карту, она окончательно сделала свой выбор. Решение уйти в декрет было для Даши не просто сменой деятельности, а настоящим перерождением. Закрыв салон, она словно перевернула страницу, и с головой окунулась в новый, незнакомый, но удивительно гармоничный мир...
Первые месяцы пролетели в сонной неге. Токсикоз её миловал, зато пришла всепоглощающая усталость. Даша, привыкшая к напряжённой работе и ночным бдениям, теперь могла уснуть прямо посреди дня, свернувшись калачиком на диване под пледом. Костя, видя её такой умиротворённой, ходил по квартире на цыпочках, боясь спугнуть это хрупкое спокойствие.
Она взяла на себя бытовые хлопоты: готовила любимому мужу обеды и ужины. Поначалу простые, но с каждым разом всё вкуснее. Вместе с Костей закупали продукты, вечерами по очереди читали вслух книги о воспитании детей. А Даша к тому же, училась слушать. Не людей, а себя и ту новую жизнь, что пульсировала внутри. Она гладила себя по животу и разговаривала с сыном. И через несколько месяцев она почувствовала, как малыш откликается на её разговоры, пение ласковых песен и чтение вечерних сказок.
Он дал это понять лёгкими толчками, словно говоря: «Я здесь, я всё слышу». Именно тогда она поняла смысл фразы «энергетическое поле матери и ребёнка» — это была не метафора. Её настроение мгновенно передавалось ему: если она грустила, он затихал, а если смеялась — начинал активно «пинаться». Ближе к седьмому месяцу энергия вернулась, но в другой форме. Это был не рабочий азарт, а созидательная сила.
Даша с упоением обустраивала детскую. Вместе с Костей они перекрасили стены в мягкий бежевый цвет, повесили шторы из натурального льна и собрали кроватку. Она выбирала не просто вещи, а атмосферу. Никакой кричащей пластмассы — только дерево, мягкие ткани и ночник в виде луны, дающий тёплый, приглушённый свет.Вечерами они часто сидели вдвоём, положив руки на живот Даши, и ждали, когда малыш решит устроить «вечерний концерт».
В эти моменты Даша чувствовала абсолютное счастье. Тьма и ужасы её прошлой работы отступили далеко-далеко. Весь её мир сосредоточился здесь, в этой комнате, под защитой любящего мужчины и уже любимым малышом под сердцем. Костя стал её опорой во всём. Он ходил с ней на все УЗИ и с замиранием сердца смотрел на экран, где их сын смешно сосал палец.
Он покупал ей странные сочетания продуктов посреди ночи и терпеливо ждал у примерочных кабинок, пока она пыталась влезть в очередное платье для беременных. К восьмому месяцу Даша превратилась в воплощение спокойствия и женственности. Она была похожа на Мадонну с картин старых мастеров: плавные движения, сияющие глаза и та самая внутренняя сила, которая приходит только к тем, кто носит в себе целую вселенную.
Был тихий июньский вечер. Даша сидела в кресле на балконе и читала. Восьмой месяц беременности превратил её в неторопливую, величавую даму, и она наслаждалась этой новой для себя ролью. Костя уехал на встречу с поставщиками и скоро должен вернуться. Вдруг у неё за спиной тишину квартиры нарушил резкий, чистый звук, похожий на выстрел. Что-то упало и разбилось на кухне.
Даша, кряхтя, поднялась. «Ну вот, — подумала она с улыбкой, — теперь я как утка, переваливаюсь с боку на бок». На полу посреди кухни лежала хрустальная ваза — тонкая, старинная, которая осталась от бабушки мужа. Она стояла на верхней полке гарнитура. А теперь ваза разлетелась на сотни мелких, сверкающих осколков. Даша замерла. Это был не просто несчастный случай. Хрусталь, особенно старый, накопивший в себе память поколений, был мощным проводником.
Она осторожно опустилась на колени, стараясь не задеть осколки. Внезапно воздух в кухне сгустился, стал холодным и вязким. По спине пробежал знакомый холодок. В центре сияющего облака осколков начала формироваться фигура. Это была женщина. Не прозрачная и эфемерная, как в кино, а плотная, сотканная из серебристого света и лёгкой дымки. На ней было старомодное платье, а волосы уложены в сложную причёску. Её лицо было печальным и очень усталым....
Призрачная женщина не смотрела на Дашу, её взгляд был прикован к разбитой вазе.
- Наконец-то... - прошелестел голос, который, казалось, звучал отовсюду и ниоткуда одновременно. - Я ждала этого момента...
- Кто вы? - тихо спросила Даша.
Призрак перевёла взгляд на неё. В её глазах стояла вековая скорбь.
- Я не знаю своего имени здесь, но знаю твоё. Ты Дарья. У тебя дар видеть... и слышать. Ты носишь под сердцем свет.
И вдруг Даша почувствовала в животе волнение и толчок, словно малыш подтверждал её слова.
- Чего вы хотите? - Даша старалась говорить спокойно.
- Меня послали предупредить, - голос призрака стал более чётким, в нём зазвучали стальные нотки. - Тьма не дремлет. То, что ты изгнала из пруда... это была лишь тень. основной источник всё ещё там. Он копит силу. И он ищет новые сосуды.
Даша похолодела.
Сосуд? Вы говорите о людях?
- О детях, - призрак подался вперёд, и Даша инстинктивно отшатнулась. - Он ищет невинные души. Чистые. Такие, как твой сын.
Страх ледяной рукой сжал горло, но Даша заставила себя выпрямиться.
- Что я должна сделать?
Призрак медленно покачал головой.
- Я не могу сказать всего. Моё время здесь истекает с последним эхом хрусталя. Но я дам тебе знак. Когда увидишь чёрную птицу у воды — не проходи мимо. Она приведёт тебя к истине. Ты сильная, справишься. - Фигура женщины начала таять, становясь всё более прозрачной.- Спасибо... что услышала...
Прошелестел голос напоследок, и она исчезла. Остался только запах озона и россыпь битого стекла на полу. В замке повернулся ключ — вернулся Костя.
- Даша? Ты чего такая бледная? - он бросил взгляд на осколки. - Ты что, упала? Я же просил тебя ничего не делать!
Он засуетился, доставая веник и совок.
- Нет-нет, всё в порядке, - Даша встала, её голос был ровным, хотя внутри всё дрожало. - Она как-то сама упала, не знаю, правда, почему...
Костя обнял её сзади, положив руку на живот рядом с её ладонью.
- Бог с ней, главное с вами всё в порядке. Давай-ка, я всё уберу, а ты иди, приляг.
Даша снова посмотрела на осколки. Теперь она знала: её покой был лишь затишьем перед бурей. Призрак был прав. Тьма искала сосуды для своей силы. И она только что получила прямое предупреждение о том, что её сын находится в центре её внимания.
=======================
Глава 76 / Продолжение Глава 78
=======================