Некоторые шедевры со временем превращаются в почтенную, но все-таки во многом академичную классику, которую смотришь с уважением, восхищаясь талантом и мастерством создателей, но без живого интереса. И есть шедевры, которые и много лет спустя сохраняют не только эстетические достоинства, но и вызывают живой эмоциональный отклик.
Пересмотрев после долгого перерыва "Пепел и алмаз" (Popiol i diament/Ashes and Diamonds) Анджея Вайды, я радостно убедился, что шедевр почти семидесятилетней давности, на мой взгляд, не потерял ни капли художественной силы, которой поразил зрителей в далеком 1958-м.
Этот "алмаз", вернее - бриллиант, по праву считается самым важным, всемирно признанным событием польского кино и, подобно любому великому фильму, открывается внимательному зрителю разными своими гранями.
На уровне сюжетной фабулы "Пепел и алмаз" - классический фильм noir с его типичными темами и мотивами. Неоднозначный, сложный герой, поставленный в роковые, кажущиеся безвыходными обстоятельства, отчаянный поединок с судьбой, попытка предотвратить неизбежное, гнетущая атмосфера безысходности и неотвратимого рока.
8 мая 1945-го. Обескровленная войной Польша. Боевик ушедшей в подполье Армии Крайовой Мацек Хелмицкий расстреливает машину, в которой должен ехать партийный активист товарищ Щука. Вернувшись в город, Мацек узнает, что Щуки в машине не было, а убил он случайных людей. Руководство приказывает довести дело до конца - благо, что Щука остановился в той же гостинице, что и Мацек, чтобы принять участие в торжественном банкете для избранного круга по поводу Победы над Германией.
Все события компактной ленты умещаются в одни сутки и разворачиваются в пределах небольшого городка. В ожидании удобного момента для покушения Мацеку предстоит долгая ночь, наполненная мучительными терзаниями и сомнениями, спорами с соратником по подполью, наблюдениями и новыми знакомствами. Мацек все менее уверен в смысле и перспективах дальнейшего братоубийственного кровопролития, интуитивно понимает, что "старую добрую" довоенную Польшу вряд ли можно вернуть и что смерть еще одного партийного босса уже ничего не изменит.
Мацек - фигура мятущаяся, выведенная из равновесия, трагическая. Молодой человек, бывший студент, он пережил нацистскую оккупацию, участвовал в Сопротивлении, чудом спасся во время кровавого Варшавского восстания, воевал в составе Армии Крайовой. Чудовищные испытания Второй Мировой опалили, засыпали пеплом Мацека, но под дымчатыми очками и напускной бравадой скрываются глаза измученного, усталого, растерянного ребенка.
Потрясающе исполненная, насыщенная внутренним надломом и трагизмом роль Мацека сделала Збигнева Цибульского супер-звездой, символом поколения, а его трагическая ранняя смерть в 1967-м превратила в легенду, "польского Джеймса Дина".
В течение одной ночи Мацек переживает внезапно вспыхнувший роман с барменшей Кристиной. Та мечтает сбежать из захолустья, от барной стойки и подвыпивших гостей, начать новую жизнь. Встреча с Кристиной оказывает одухотворяющее воздействие на опаленную душу Мацека, предлагает призрачный шанс выйти из кровавой игры, вернуться к нормальной реальности, снова учиться в университете, найти счастье в любви, но...
...но Мацека мучит мысль о том, что он предаст боевых друзей, чувство долга (как он его понимает) не позволяет ему принять окончательное решение. Да и вообще, возможна ли беззаботная жизнь с чистого листа после кровавых деяний, пусть и совершенных из благих намерений? Можно ли отыскать чистый алмаз среди пепелища? Или - по канонам noir - все попытки спасения обречены на трагический финал?
Другая грань "Пепла и алмаза" - несравненное художественное воплощение драматического сюжета, чем мы обязаны безошибочной режиссуре Анджея Вайды и удивительному таланту оператора Ежи Вуйчика. Мы с женой смотрим много классических фильмов, и красивой картинкой нас не удивить. Работа Вуйчика в этой ленте - не просто изысканные кадры, а почти осязаемое, физическое ощущение зыбкой реальности, трагической неопределенности, разлитой в воздухе тревоги, когда даже лирические сцены проникнуты не эротизмом, а предчувствием безысходного финала.
Не случайно в будущем Вуйчик станет сотрудничать с главным эстетом польского кино Ежи Кавалеровичем и снимет два его визуальных шедевра - "Мать Мария от ангелов" и "Фараон".
Еще одна грань - поразительно переданный трагизм исторического контекста. Несмотря на то, что фильм снимался в социалистическое время, авторам удалось избежать шаблонов и идеологических ярлыков. Жуткий парадокс ситуации в том, что друг друга яростно убивают не "хорошие" и "плохие", а два лагеря польских патриотов. Армия Крайова и Армия Людова боролись против нацистов, несли тяжелые потери, а теперь, когда Германия повержена, оказались по разные стороны баррикад.
Вайде и его команде удалось создать подлинно человеческую трагедию, а не политическую схему. Сторонники советского строя, воплощенного в образе Щуки, мечтают о новой, социально справедливой Польше. Адепты возрождения Польши буржуазной хотят вернуть старые, добрые времена. Все хотят процветания родины - и, увы, ради этого готовы стрелять друг в друга.
По настрою шедевр Вайды напомнил мне замечательный "Сорок первый" Григория Чухрая по Борису Лавреневу. В нем тоже не было разделения на "плохих" и "хороших". И красноармейка-снайпер Марютка, и белый офицер Говоруха-Отрок - прежде всего русские люди, которых разделяют взгляды на будущее России и которых - пусть на время - объединяет простая земная любовь. Думаю, не случайно советский и польский фильм вышли почти одновременно. Оба показывают обычных людей, чьи судьбы неумолимо перемололи жернова большой истории.
Еще одна грань "Пепла и алмаза", как ни странно - едко-сатирическая. Пока пассионарии уничтожают друг друга в трагическом противостоянии, обыватели легко, без рефлексий находят "теплое место" в новых условиях. История Мацека перемежается саркастическими сценами подготовки и проведения банкета. В городе, где видны следы боев, чиновники устраивают роскошный пир, поднимают политически-грамотные тосты, заискивают перед почетными гостями - советским и польским офицерами. Мысль Вайды проста и очевидна: пока герои готовы сложить головы за правое (в их понимании) дело, конформисты приспособятся к любой власти.
Важная грань картины - духовно-религиозная. Удивительно, но при официальном курсе на атеизм в социалистической Польше, "Пепел и алмаз" проникнут христианской символикой огромной художественной силы. Польша - страна очень религиозная, и обращение к христианским аллюзиям в трагическом повествовании более чем органично, несмотря на официально критическое отношение к вере.
В самом начале Мацек расстреливает человека на пороге часовни, перед ликом Богоматери, и уже этим задается неоднозначный, надломленный характер героя, который осознает, что занимается не богоугодным делом, даже преследуя свои идеалы.
В одной из сцен Мацек поджигает стопки с крепким спиртным на барной стойке, и они однозначно напоминают поминальные свечи на алтаре - тем более что разговор между героями заходит о многочисленных погибших товарищах.
Важная сцена объяснения Мацека и Кристины происходит в разрушенном бомбами соборе, перед развязкой сюжета Мацек гладит непонятно откуда взявшуюся белую лошадь, символ чистоты, а из темного вестибюля гостиницы выходит в сторону льющегося из открытой двери света, словно снисходящего свыше на раскаявшегося грешника.
И, конечно, невозможно не упомянуть самый знаменитый, легендарный, хрестоматийный кадр не только "Пепла и алмаза", но, возможно, всего польского кино. Распятие, снесенное со стены и изувеченное взрывом - потрясающей силы образ. Висящий вниз головой Спаситель - гениальный символ обезумевшего мира, в котором все перевернулось с ног на голову.
Этот долгий кадр знаком едва ли не каждому любителю и знатоку кино, его можно найти во многих серьезных книгах о польском, европейском и мировом кинематографе, его изучают в кино-школах всего мира. Спустя многие десятилетия он производит сильнейшее, завораживающее впечатление - один раз увидев, его никогда не забудешь.
У многогранного творения Анджея Вайды счастливая судьба. Фильм, в котором коммунисты - не ангелы, а антикоммунисты - не демоны, не подвергся цензуре и не был положен на "полку" в социалистической Польше, вышел в широкий прокат, получил мировое признание. "Пепел и алмаз" по праву считается одним из шедевров польского кино, многие полагают, что это главный и самый важный среди них. Лента Вайды входит в различные авторитетные списки лучших фильмов в истории.
Какой бы гранью ни повернулся к нам "Пепел и алмаз", он сверкает как бриллиант самой чистой воды, его репутация крепка, как алмаз. Мое скромное мнение подтвердят Мартин Скорсезе, Хаяо Миядзаки, Френсис Форд Коппола и другие авторитеты - а они знают толк в киношных алмазах.