Наталья вздрогнула, когда очередная капля с крана упала в раковину. Звук рикошетом отразился от кафельных стен маленькой кухни. В третий раз за неделю она просила Анатолия починить этот кран. Он каждый раз кивал с улыбкой, но так и не брался за дело — вечно занят своими подсчетами, планируя покупку машины.
Она бросила взгляд на часы — почти восемь вечера. Сейчас муж вернется с работы, и снова начнутся эти разговоры о том, как важно иметь собственный транспорт. А ей уже тошно от этих разговоров, от постоянной экономии на всем, кроме его мечты.
Входная дверь хлопнула раньше обычного. Анатолий влетел на кухню взъерошенный, будто его ветром внесло.
— Наташ, тут такое дело... — начал он, на ходу стягивая шарф. — Мама звонила.
У Натальи екнуло сердце. Звонки свекрови никогда не предвещали ничего хорошего.
— И что на этот раз? — она старалась, чтобы голос звучал ровно.
— Беда у нее. — Анатолий присел на краешек стула, подался вперед. — Отопление совсем барахлит. Говорит, батареи еле теплые, в комнатах холодрыга страшная.
Наталья молча помешивала суп. Она уже догадывалась, к чему идет разговор.
— Может, пусть у нас поживет? — выпалил муж. — Ну, пока не наладят. Месяца два-три, не больше.
Половник замер в воздухе. Наталья медленно обернулась:
— Три месяца? Толя, ты серьезно? У нас же... — она обвела рукой тесную кухоньку, — места совсем нет.
— Ну и что? — Анатолий вскочил, заходил по кухне. — Зато тепло! А там мама совсем замерзнет. Ты же знаешь, у нее давление, суставы...
Наталья прикрыла глаза. Перед мысленным взором промелькнули их редкие встречи со свекровью — натянутые улыбки, колкие замечания, бесконечные рассказы о том, какой замечательной хозяйкой была первая жена Анатолия.
— А может, сантехников вызвать? — осторожно предложила она. — Ну, или кто батареями занимается? Я могу даже...