— Оль, нам надо поговорить. Ты сильно занята? Даша решила поступать.
Максим вошёл на кухню, быстро налил себе воды и стал жадно пить. Его жена с какой-то нежностью раскладывала салат по тарелке, потом удовлетворено вздохнула и принялась фотографировать. И даже ухом не повела в его сторону.
— Ты меня слышишь?
— Слышу. И?
— И будет лучше, если она пока поживёт у нас.
Оля приподняла идеальную бровь.
— Пока — это сколько?
— Ну, до экзаменов. А там, если поступит, будем думать. Если нет, вернется домой.
Оля постучала идеальными ногтями по столу. Звук получился мелодичный, не раздражающий. Потом печально вздохнула:
— Почему ты об этом молчал?
Максим достал из холодильника кастрюлю, поставил на плиту разогревать. Жена никогда этим занималась, спасибо, что хоть готовила. Сама она питалась отдельно, все точно выверенными порциями. Это давало свои результаты — фигурка такая, что мужики голову сворачивают, облизываясь.
— Я сам не знал, забыл, что она уже в одиннадцатом. Бывшая позвонила. Сказала, что Даша хочет поступать в Москву, мол, помоги.
— А ты и рад.
— Оль, ну что ты сразу? — Максим уже жадно ел, аж за ушами трещало. — Она моя дочь, если что…
— Если что, — перебила его Ольга. — Я тебе тут не домработница и сесть твоей дочурке на шею не позволю.
— На шею? Она же будет учиться, научишь готовиться, если не умеет.
— То есть ты уже решил, что она поступит? В Москву? — Ольга посмотрела на него с жалостью. — Она не поступит, тупа для этого. И даже если поступит, ноги ее здесь не будет.
Максим перестал есть. Отодвинул тарелку, набычился:
— Я тебе сказал, поживет временно. Будем решать проблемы по мере поступления.
— А если все-таки поступит? — Ольга скрестила руки на груди. — Что значит «что-нибудь решим»?
— Ну, снимем ей квартиру или…
— Или она останется у нас, — закончила за него жена злым тоном. — Я тебя знаю. Ты не сможешь выкинуть её, если она не пройдёт по баллам. Повиснет здесь мертвым грузом.
— А что мне делать, по-твоему? Отказать?
— Да. Вот сказать простым языком: прости, у меня есть своя семья и ты тут не нужна. Твоя бывшая не тупая, должна это понять. Зачем вообще отправлять взрослую дочь к отцу, который ее особо не знает? Что в ее голове?
Это было чистой правдой. Покорять столицу он приехал с первой женой. Он мечтал об этом с детства — вырваться из своего провинциального городка, покорить этот манящий огнями город. У него получилось, а вот Кате все было не по нраву. Ее раздражала вечная спешка, гарь, суета. Она тосковала по спокойствию, свежему воздуху, природе. Постоянно плакала, что боится даже дочку выпускать одну на улицы. Поэтому, когда спустя пару лет она вернулась домой, никто не удивился.
Максим был так себе отцом, и он это знал. Забирал раз в год дочь к себе на каникулы, платил алименты. Иногда мог приехать на значимое событие типа дня рождения или первого сентября и все. Он осознал, что не готов к детям, да и особо их не любит.
В последнее время дочь не приезжала. Даша сразу невзлюбила его любимую, хотя он планировал, что они поладят. У него был как раз конфетно-букетный период, и когда Оля поставила ультиматум: или она или дочь, то выбор был очевиден.
Вынырнув из воспоминаний, он растерянно спросил:
— Ты сейчас серьезно?
— Более чем. Я не позволю этой девочке переступить порог моего дома.
— Твоего? — Максим внезапно подался вперёд. — Квартира моя, я ее купил до брака с тобой.
Оля встала, тряхнула длинными волосами и спокойно произнесла:
— А жизнь моя. И я не хочу жить с твоей дочерью. Мне хватило одного раза, чтобы понять, какая она штучка. Забыл, что она нагрубила мне и сломала кофемолку?
— В сервисе сказали, что это заводской брак.
— Не важно. Главное, что мы не ужились. И ты со мной согласился. А теперь вдруг решил…
— Ей нужно поступать, — отрезал Максим. — Я помогу. Ты не хочешь — окей, не общайся. Но она будет жить здесь.
— Я сказала: нет.
— А я сказал: да.
— Тогда разговаривать нам не о чем.
Она вышла из комнаты. Максим встал, убрал со стола, помыл за собой посуду. Он знал, что жена не уступит. Она вообще ему не уступала, это он уступал всегда. Потому что безумно любил ее. Она яркая, страстная, сильная, с характером. Мечта, а не женщина. Но сейчас речь шла о дочери.
Он зашел в спальню. Жена листала ленту в телефоне, взгляд отсутствующий.
— Оль, давай поговорим нормально.
Молчание.
— Оля.
Тишина. Оля умела игнорировать. Он ее понимал. Она не любила детей и всегда подчеркивала, что рожать не собирается. Ни сейчас, ни потом. И налаживать общение с его ребенком точно не входило в ее планы. Он вышел из комнаты, позвонил бывшей жене:
— Алло.
— Привет. Когда Даша приедет?
— Послезавтра.
— Слушай, а если… если что-то пойдёт не так, ты сможешь её куда-нибудь пристроить?
— Что значит «не так»? — бывшая насторожилась. — Она тебе что, собака? Макс, ты что, передумал?
— Нет, нет. Просто мало ли что.
— Слушай, я тебя много лет не трогала. Ты обещал помочь, так помогай. Не можешь, скажи прямо сейчас, тогда она никуда не поедет.
Максим закрыл глаза, выдохнул.
— Всё нормально. Пусть едет.
Даша приехала через два дня. Максим встретил её на вокзале. Она вышла из вагона с огромным рюкзаком и спортивной сумкой, в растянутых джинсах и кедах. Похудела, вытянулась, волосы собраны в небрежный пучок.
— Пап, — кивнула она, даже не улыбнувшись. — Привет.
— Здравствуй, — он обнял её — кожа да кости. — Поехали.
В машине молчали. Даша смотрела в окно, Максим косился на неё. Хотел спросить про школу, про экзамены, но язык не поворачивался. Они давно не разговаривали по-настоящему, ему все было некогда. У подъезда девочка вылезла, осмотрела высотку, покачала головой:
— Ничего так. Богато живёте.
— Не жалуемся, — Максим взял ее вещи. В лифте внимательно посмотрел на дочь.
— Даш, я тебя прошу: не конфликтуй с Ольгой. У неё характер сложный. Но если ты не будешь лезть, всё будет нормально.
Даша ничего не ответила. Зашла в квартиру, огляделась. Оля вышла из кухни и застыла каменной статуей.
— Здравствуйте.
Его жена не ответила. Развернулась и ушла в спальню. Максим вздохнул, прошептал:
— Не обращай внимания. Она отойдёт. Пойдем, покажу твою комнату.
— Я поняла, — тихо сказала Даша. — Очень гостеприимно.
Он повёл её в дальнюю комнату — здесь стоял старый диван, стол, шкаф. В углу валялись коробки с ненужными вещами.
— Мы освободим, — сказал Максим. — Всё приберём.
— Не надо, — Даша бросила сумку на пол. — Я сама.
Она вытащила из рюкзака ноутбук, блокнот. Разложила на столе. Максим стоял, смотрел, не знал, что сказать.
— Ты голодна?
— Не очень.
— Пойдём, поедим.
На кухне они поели, практически не разговаривая. Утром Максим проснулся на диване, жена не пустила его в спальню. Умылся, приготовил завтрак. Оля пришла, открыла холодильник, достала йогурт, села за стол, даже не взглянув на Дашу.
Даша подняла глаза. Ольга смотрела мимо нее.
— Оль, — сказал Максим. — Может, поздороваешься?
— Я здороваюсь с теми, с кем хочу.
— Ты могла бы быть повежливее.
— А ты мог бы спросить меня, прежде чем заселять сюда чужого человека.
— Это не чужой человек. Это моя дочь.
— Биологическая, — Ольга выделила слово. — А жена — я. И я тебе говорила: ноги этой здесь не будет.
Даша встала и молча вышла, покраснев.
— Но она здесь, — Максим повысил голос. — И ты будешь с ней считаться. Точка.
Ольга доела йогурт, выбросила баночку, вымыла ложку.
— Я с ней считаюсь. Я не трогаю её. Но и общаться не хочу. Твоя дочка — твои проблемы.
Максим знал, что они не поладят. Но он надеялся на хрупкое перемирие. Ошибся. Через пару дней, вернувшись с работы, Максим увидел заплаканную Дашу.
— Я нечаянно разбила чашку.
— Бывает.
Из кухни выглянула Ольга.
— Это была моя любимая кружка, — сказала она ледяным голосом. — Из Праги. Я её пять лет берегла.
— Оль, — вмешался Максим. — Это просто кружка. Купим новую.
— Новую — из Праги? — Ольга усмехнулась. — Съездишь, привезёшь?
Она ушла. Даша стояла в стороне, сжав кулаки.
— Она специально поставила её на край. Я сонная зашла и сразу же на нее наткнулась.
— Не придумывай.
— Я не придумываю, пап. Она меня ненавидит.
— Просто будь осторожнее, — сказал он и сам почувствовал, как это глупо звучит.
Даша ничего не ответила, ушла в комнату. Через два дня пропали деньги. Максим оставил на тумбочке в спальне пять тысяч, ему нужно было отдать знакомому именно наличку. Он спросил Ольгу, та ответила, что не брала. Спросил, конечно же и Дашу.
— Ты что, думаешь, я их украла?
— Я не думаю, я спрашиваю.
— Нет, я не брала деньги.
— Следствие ведут колобки, — Ольга стояла в дверях, сложив руки на груди. — Деньги пропали, в квартире трое человек. Я не брала. Значит…
— Даша сказала, что не брала, — перебил жену Максим.
— А ты веришь?
Ольга улыбнулась, как кошка, объевшаяся сметаны:
— Я бы на твоём месте проверила карманы. У девочек сейчас очень много соблазнов. Косметика, одежда…
— Это вы про меня? — Даша сделала шаг вперёд. — Вы обвиняете меня в воровстве?
— Я никого не обвиняю, просто слишком много совпадений.
Максим стоял между женой и дочерью, как между двух огней. Деньги не нашлись. Обстановка накалялась. Ольга игнорировала Дашу так демонстративно, что это уже было похоже на травлю. Она намеренно не оставляла еды в холодильнике для падчерицы. Она кидала косметику Даши их в мусорный пакет и постоянно пыталась выбросить. Она говорила при ней по телефону подругам: «У нас тут временные сложности, …… приехала, надеюсь, скоро съедет».
Даша терпела, Максим молчал. Решил, что если дочь поступит, то тогда будет решать проблему. Они подали документы. Когда пришла новость о зачислении, девочка впервые за все время завизжала от радости.
На следующий день они пошли прогуляться по городу. Максиму хотелось поговорить с дочкой, обсудить предстоящую учебу. Когда вернулись, Даша пошла к себе и внезапно замерла на пороге. Комната была пуста. На полу, у двери, стоял большой пакет для мусора. Там комком лежали вещи: джинсы, свитера, ноутбук, учебники.
— Папа, что происходит?
В квартиру вошла Ольга с пакетом продуктов. Увидела их, поставила пакет на пол.
— А, вы вернулись.
— Ольга, что творится в комнате у Даши?
— Я тебя предупреждала, — она сняла пальто, повесила на плечики, поправила. — Я сказала: ноги этой здесь не будет.
Максим подошёл к Ольге, схватил за локоть — не сильно, но жёстко.
— Ты с ума сошла?
— Не трогай меня, — вырвалась девушка. — Квартира твоя, но я твоя жена. Я не позволю, чтобы об меня вытирали ноги. Ты привёл её без спроса, я достаточно терпела. Хватит, Максим! Она ломает вещи, ворует деньги, хамит…
— Ничего я не брала, — тихо сказала Даша. Она стояла на пороге, бледная, с трясущимися губами. — Я вообще из комнаты почти не выходила, чтобы с ней не сталкиваться.
Ольга повернулась к ней:
— Мне плевать, ты здесь чужая. И я не хочу, чтобы ты жила в моём доме.
— В твоём? — переспросил Максим. — Оль, это моя квартира. Я её купил до нашей свадьбы.
— Так выбирай! Или я или она!
Даша стояла, смотрела на обоих. Потом медленно начала собирать свои вещи.
— Даш, не надо, — Максим шагнул к ней. — Сейчас я…
— Что ты сделаешь? — спросила Даша, не оборачиваясь. — Поругаешься с ней? Она постоянно меня травит. И ты видел, но молчал.
— Я не молчал, я…
— Ты молчал, — угрюмо повторила она.
Максим перевёл взгляд на Ольгу. Та стояла, сложив руки, лицо каменное, но в глазах светилось торжество. Она победила. Она не говорила этого, но он это видел.
Максим закрыл глаза. Ему было тридцать восемь, он устал, хотелось просто лечь и не вставать. Он строил карьеру, покупал квартиру, жил как надо, а теперь стоял посреди коридора и не знал, кого выбрать.
— Пап, — Даша уже собрала вещи, стояла с рюкзаком и сумкой. — Не надо выбирать. Я сама уйду.
— Куда?
— Какая разница? Всё равно я здесь не нужна.
— Ты нужна, — сказал он, и в голосе проскользнуло отчаяние. — Я же тебя позвал.
— Позвал, — кивнула Даша. — А потом променял на неё.
Она посмотрела на Ольгу — долгим, тяжёлым взглядом. Та не отвела глаз, но чуть побледнела.
— Счастливо оставаться, — сказала девочка. — Пап, прощай.
Она вышла в лифт. Максим хотел рвануть за ней, но Ольга схватила его за рукав.
— Не ходи. Я тебя предупреждаю.
Через час пришло сообщение от дочери:
«У меня больше нет отца».
Иногда Максим думает о том, как когда-нибудь объяснит Даше, что он не променял её. Что он просто испугался. Испугался остаться один. Испугался, что от него уйдет любимая женщина. Она должна его понять и простить.
Не забывайте про подписку и лайк))
Прошу помочь оплатить автору сервис проверки "Орфограммка"