1948-й год. Далекий сибирский городок Енисейск... Странная женщина будто тень скользит по промерзшим улицам. Вид ее совершенно неожиданен для здешних холодных мест: вечернее платье, каблуки. Но Ольга Будницкая направлялась в местный театр. Единственное место, где могла хотя б на пару часов забыться, отвлечься от гнетущей реальности, вспомнить о прошлой жизни.
А ведь всего каких-то лет десять эта роскошная дама блистала на подмостках светской Москвы. Носила шикарные меха и дорогие бриллианты. Ее мужем был сам Семен Михайлович Буденный, легендарный маршал, прощавший благоверной даже измены с оперным тенором.
Вторая жена полководца
Супругой его Ольга стала неожиданно. Сама родом из славного русского Екатеринослава (Днепропетровск). Обворожительная брюнетка с поистине цыганским шармом, иссиня-черными волосами, глубокими темными глазами. С детства отлично играла да пела. И мечтала о сцене.
В двадцать лет судьба дала ей все на блюдечке с голубой каемочкой. Ольга отдыхала в Кисловодске. И повстречала там великого героя Гражданской: Буденного. Семен Михайлович показался Ольге крайне парнем перспективным. Даром, что на двадцать пять лет старше был. Зато холост: первая супруга погибла при таинственных обстоятельствах, списали на неосторожное обращение с оружием.
В Москву они вернулись уже вместе. А в 1927-м году Ольга и Семен Михалыч расписались. Наша героиня получила доступ к настоящей жизни мечты советской женщины: учеба в консерватории, сцена Большого театра под псевдонимом Михайлова. Главные партии в «Иване Сусанине» и «Снегурочке».
Несмолкаемые овации, цветы огромными охапками, бесконечные приёмы в Кремле, дорогие подарки от иностранных дипломатов. Легендарный супруг, что неустанно дарил бриллианты, роскошные заграничные платья, шикарные меха. И ласково звал своей «канареечкой».
Ольга воспринимала новую шикарную жизнь как должное - будто рождена была для роскоши. И не собиралась скучать, даже когда супруг оказывался в разъездах по далеким военным округам. Закрутила бурный роман с молодым оперном тенором Большого театра по фамилии Алексеев.
- Папа обо всем прекрасно знал: стукачей в Большом хватало, - вспоминала дочь Будённого Нина. - Однако ничего не делал. Слишком уж ее любил. Хотя и от детей она отказывалась принципиально: боялась испортить точеную фигурку.
Арест канареечки
Все кончилось в августе рокового 1937-го. На Лубянке Нине припомнили ее частые визиты в немецкое и японское посольства, где она до утра засиживалась. Арестовали неожиданно, пока муж уехал с очередной инспекцией в Киев. Обвинили в шпионаже в пользу сразу двух иностранных разведок: польской и чехословацкой.
Жена маршала пережила жестокие унижения и пытки. Её ломали морально и физически, чтобы вырвать оговоры на легендарного мужа. Использовали резиновые дубинки, заставляя кричать "враг народа" под запись на пленку. Голодом довели до галлюцинаций - выдавали лишь крошечный паёк из баланды с гнилыми костями. Отправили раздетую в камеру-одиночку без света, где она выла арии из опер, чтобы просто не сойти с ума.
Особо стойким оловянным солдатиком, в отличие от старых большевичек, жен Молотова или Калинина, изнеженная Ольга не оказалась. И после пары основательных ночных допросов с пристрастием, готова была сознаться хоть в чем. Возможно, думала, Буденный ее освободит. Но тот даже не пытался: видимо, испугался.
Ольга оговорила себя, мол, спала с польским шпионом, рассказывала все военные секреты врагу, что от мужа выведывала тайно. Призналась, что готовилась отравить супруга, что сам Семен Михалыч плетет заговор против Сталина.
- Но Сталин Буденного расстреливать не стал - нужно же было хоть кого-то из маршалов в живых оставить. И сама Ольга жива осталась: отделалась восемью годами тюрьмы.
Сначала жена Буденного содержалась в Бутырской тюрьме в Москве, где ее держали в одиночной камере. Затем мотала срок в знаменитом Владимирском централе.
Отсидела там Ольга десять лет мучительных: еще три года добавили в 1945-м, назвав социально опасным элементом. Не освободили окончательно и в 1948-м: отправили в ссылку в райцентр Енисейск на севере Красноярского края. Без права посещения столицы.
Ссылка
Именно там в Енисейске Ольгу и запомнили местные - как фифу, что щеголяла по улицам с укладкой да в вечернем платье. Енисейцы над фифой издевалась:
Ишь, что удумала, нашего маршала, героя славного отравить хотела!
Ольга пыталась найти работу учительницей в школе: не доверили как ссыльной. Пришлось стать уборщицей в той же школе, мыть там полы, жить в подвале.
Ольга прошла и этапы в вагонах "столыпинках" - по 60 человек в вагоне, без еды, с тифом и вшами. Надзирательницы остригли ее наголо, наказывали за "пение буржуазных арий". В Енисейске она мыла классы, таскала мешки с дровами по снегу, жила в сыром углу с крысами. Местные ее оскорбляли: "пыталась нашего маршала убить".
Сломалась и психика. Пришла шизофрения. Ольга разговаривала с "призраками Большого театра". Но зато смогла раздобыть вечернее платье. И ходила на представления в местный Дом культуры, в здании купеческой читальни. Здесь ставили пьесы, гастролировали артисты трупп театров Красноярска, звучали арии из опер.
Директор школы позже вспоминал:
Мы ей старались самую легкую работу доверять. Знали, что есть проблемы и с головою, и по женской части. Но все равно непросто было: приходилось Ольге таскать вязанки дров.
Возвращение домой
Семен Михалыч добился возвращения супруги в Москву лишь в оттепельном 1956-м. Когда уже сам женат был снова - причем, на двоюродной сестре Ольги, Марии Васильевне. Той самой, что все же родила маршалу в его почтенные годы троих детей: дочь Нину, сыновей Семёна и Михаила.
Ольге Буденный верную московскую прописку, выбил однокомнатную квартиру, устроил ее в больницу. Вторая жена легендарного советского полководца дожила до 1976-го года. Ушла в той самой однокомнатной квартире, выбитой бывшим мужем. В полнейших нищете и забвении, совершенно одна: ни детей, ни родни не имела.
***
Вот так жизнь дала Ольге все и сразу. И все быстро забрала навеки. Место же ее заняла другая, что согласилась на условия, что отвергла Ольга. Согласилась стать для Буденного покладистой женою.
История Ольги Будницкой - история жизненного выбора. История того, что мы сами себе легко можем построить тюрьму, из которой не так просто выбраться. Даже если все засовы однажды окажутся открыты...