Наступили самые долгожданные дни. Это событие мы ждали последние полгода — свадьба Николая и Светланы. Платье для Светы было пошито вовремя. Для Николая из этой же ткани сделали отделку на льняной рубашке — красиво получилось. Народу собралось уйма. Приехали и родные, и друзья, и хорошие знакомые.
Сначала хотели делать свадебное застолье по старой русской деревенской традиции на улице — поставить столы во дворе, но погода как-то к этому не особо располагала — вечером слишком прохладно. Родители предлагали сделать в кафе в городе, но молодые не захотели никуда ехать. Кто-то вспомнил про старую столовую. Тот, кто её выкупил в своё время, пытался сначала там организовать кафе, потом какой-то цех, а затем просто закрыл и уехал. Запасные ключи он оставил Саше — вдруг кто-то решит залезть туда и помародёрничать, а так вроде под присмотром участкового никто трогать не станет.
Саша позвонил хозяину и спросил, можно ли использовать его столовую. Тот поворчал для порядка, но когда узнал, что там будет свадьба батюшки, то согласился.
— Может, после этого здание кто-нибудь купит, — сказал он.
Идея использовать старую столовую оказалась удачной. Помещение было большим, светлым, с высокими потолками и огромными окнами. Правда, выглядело оно заброшенным — краска облупилась, мебель стояла пыльная, кое-где валялся мусор. Но мы с Катей, Матреной, Светланой и несколькими добровольцами за пару дней навели там порядок. Вымыли окна, полы, стены. Собрали уцелевшие столы, накрыли белыми скатертями. Украшать решили полевыми цветами и лентами.
— В целом не так уж и плохо, — Матрена окинула зал придирчивым взглядом. — Выпьют и перестанут обращать внимание на обшарпанные стены.
— Давай мороку наведём, — предложила я.
Мы переглянулись с ней и рассмеялись.
— Я вам наведу сейчас мороку, — замахала на нас руками Светлана. — Ишь чего удумали.
— Так всё же ради тебя, — улыбнулась я.
— Огромная просьба ради меня в этот день не использовать ничего такого, — попросила она.
— И даже помощников пригласить нельзя? — вздохнула я.
— Только не в церковь, — она посмотрела на нас умоляющим взглядом.
— Да не переживай ты, — я обняла Светлану. — Никакой магии, только обычные человеческие силы и эмоции. Обещаю.
— Обещаешь? — она посмотрела на меня с недоверием.
— Обещаю, — кивнула я. — И за Матрену ручаюсь.
— Не надо за меня ручаться, — подала голос бабка Матрена. — Обещаю, что специально портить тебе никто ничего не будет. За этим мы с Агнеткой присмотрим, и всех, кто придёт со злым умыслом, со свадьбы изгоним. Вот тут мы тебе гарантию даём. Так что иногда поглядывай за гостями: если кто-то быстро свалит с праздника — тот нам не друг, а злыдень обыкновенный. Поняла?
— Вполне, — кивнула Светлана. — Как я рада, что у меня есть такие замечательные подруги, такая поддержка. Агнета, если бы не вы с Сашей, то я бы никогда от Димы не ушла. Как же вы меня тогда поддержали и уберегли от его нападок.
— А Матрена защитила тебя от свекрови, — улыбнулась я. — Помнишь, как у той изо рта лягушки прыгали, когда она на тебя ругалась?
— Помню, — засмеялась Света.
Мы рассмеялись. Светлана успокоилась и пошла помогать Кате с посудой.
В день свадьбы погода наконец наладилась. С утра выглянуло солнце, ветер стих, и воздух наполнился запахом весны и свежей зелени. К десяти утра гости начали собираться в церкви. Народу было много — человек тридцать, не меньше. Приехали родители молодых, какая-то родня, друзья из прошлой и нынешней жизни и даже отец Иоан. Мы с Матреной его внимательно осмотрели, но ничего подозрительного не увидели.
— Девочки, не надо так сверлить взглядами отца Иоана, — тихо сказал Николай, подходя к нам. — Он мой наставник, и я ему благодарен за всё, что он для меня сделал. Если бы не он, никто бы не дал нам со Светой разрешение на свадьбу. Это он уговорил верховное духовенство, сказал, что священник-демоноборец должен иметь семью, дабы его не могла совратить нечисть соблазнами. Ибо дух силён, а плоть слаба. Да и вообще, у человека должна быть своя тихая гавань, где он может порадоваться жизни.
— Да уж. Николай, это твой праздник, и только тебе решать, кто здесь будет присутствовать, — кивнула я. — И если он посодействовал в том, чтобы сегодня состоялось это событие, то я ему за это очень благодарна.
— Агнета, он и так очень сильно переживает после того, что произошло. Даже людей перестал принимать.
— Он же тоже демоноборец? — спросила я.
— Да, был, — вздохнул Николай.
— А давайте не будем сегодня говорить про работу, — рядом с нами появилась Матрена. — У нас сегодня такой праздник, а вы всё о своём толкуете. Николаша, иди к своей невесте. Смотри, какая она красивая.
Светлана в своём льняном платье с кружевной вставкой и венком из полевых цветов выглядела так, будто сошла с картины русского художника. Николай — в простой льняной рубашке с тканой вставкой, подпоясанный узким ремнём — стоял рядом и смотрел на неё с таким восхищением, что у меня сердце защемило от радости за них.
— Красивые, — сказала Катя, стоя рядом со мной. — Как в сказке.
— Лучше, чем в сказке, — ответила я. — Потому что это наши родные.
Церемония венчания была долгой, торжественной, наполненной светом и надеждой. Я стояла в сторонке, смотрела и думала о том, как важно иногда просто верить в добро, в любовь, в то, что всё будет хорошо.
После венчания все поехали в столовую. Катя с утра заехала туда, чтобы проверить, всё ли готово. Оказалось, что добровольцы сработали на славу: столы ломились от угощений, цветы стояли в вазах, музыка играла тихо и ненавязчиво. Никто бы не сказал, что ещё неделю назад здесь гуляли сквозняки и пахло запустением.
Праздник удался на славу. Гости веселились, пели и танцевали. Кто-то из родственников Светланы принёс старый магнитофон с кассетами, и вскоре вся столовая превратилась в танцпол. Даже отец Иоан не удержался — отставил в сторону свою строгость и пустился в пляс с какой-то бойкой старушкой в цветастом платке. Матрена, глядя на это, только головой качала, но я заметила, как она украдкой посмеивается.
— Ну что, — сказала она, подходя ко мне. — Удалась свадебка?
— Удалась, — кивнула я. — Ты как? Не устала?
— Да какой там устала, — отмахнулась Матрена. — Я, может, ещё и спляшу. А ты?
— Я тоже держусь, — улыбнулась я. — Главное, чтобы молодые были счастливы.
— Будут, — уверенно сказала Матрена. — Таких, как они, сам Бог сводит.
Мы помолчали, глядя на Николая и Светлану. Они сидели за отдельным столиком, держались за руки и о чём-то тихо говорили. Лица у них были светлые и радостные.
— А помнишь, — сказала Матрена тихо, — как Светка к тебе прибежала, вся в слезах, говорила, что Дима её избил, что жить с ним не может, а уйти боится? Помнишь, как ты её уговаривала остаться, как к себе её забрала, как прятала, пока всё не утряслось? А как потом Димка нашёл, где она, и устроил скандал? И как вы его с Сашей выставили?
— Помню, — кивнула я.
Матрена усмехнулась.
— Он и не появлялся больше. А потом и вовсе в другой город уехал.
— Слава богу, — сказала я. — Света заслужила счастье, и Николай — тоже.
— Заслужили, — согласилась Матрена. — Теперь будут жить долго и счастливо. А мы с тобой, Агнетка, будем их детишек нянчить.
— Вот ещё, — рассмеялась я. — У нас своих дел полно.
— Дела делами, а детки — это святое, — философски заметила Матрена.
В этот момент к нам подошла Мара, держа в руках два бокала. Её лицо раскраснелось, в глазах горели искорки веселья.
— Агнета, бабушка Матрена, — сказала она. — Давайте выпьем за молодых. За их любовь, за их верность, за их долгую и счастливую жизнь.
— Давай, — кивнула я, беря бокал.
— Давай, — сказала Матрена.
Мы чокнулись. Пригубили.
— А ты, Мара, — спросила Матрена. — Когда замуж собираешься? Увела у Светки Светика и теперь рада-радёшенька.
— Как только, так сразу, — рассмеялась Мара. — Ты-то сама себе жениха ещё не подыскала? – она кивнула в сторону задорно приплясывающего отца Иоана.
— Типун тебе на язык, — махнула на неё Матрена. - стара я уже для этих фортелей.
Мара ушла танцевать со Светиком, а мы с Матреной остались стоять у стены, наблюдая за гостями.
— Агнета, — спросила Матрена тихо. — А ты не скучаешь по тому, что было? Ну, по той жизни, когда ты была просто женщиной, а не ведьмой?
— Нет, — честно ответила я. — Ты чего? Как можно скучать по болезни? Мне в этой жизни всё нравится, всё меня устраивает. Всё у меня тут есть – и любимая семья, и работа, и замечательные друзья. У меня счастливая жизнь.
— И это правильно, — кивнула Матрена.
Мы замолчали, думая каждая о своём. Потом я увидела, что Саша машет мне рукой, зовёт к себе.
— Извини, Матрена, — сказала я. — Меня зовёт мужчина моей мечты.
— Иди, — кивнула она. — А я пока присмотрю, чтобы никто буянить не начал.
Я подошла к Саше. Он был в приподнятом настроении, глаза блестели.
— Агнета, — сказал он, обнимая меня. — Давай потанцуем.
— Давай, — улыбнулась я.
Мы вышли в круг, обнялись. Музыка была медленной, трогательной. Я положила голову ему на плечо и закрыла глаза.
— Спасибо тебе, — прошептала я.
— За что? — спросил он.
— За всё. Что ты есть. Что ты рядом. Что ты любишь меня такой, какая я есть.
— Для меня ты просто Агнета, — ответил он. — Самая лучшая и самая любимая женщина на свете.
Я обняла его крепче. Вокруг танцевали гости, звучала музыка, и мир казался таким простым и понятным. Где-то в углу зала Матрена о чём-то спорила с отцом Иоаном, размахивая руками. Катя болтала со Славкой и Яночкой. Прошка, принявший человеческое обличье, помогал разносить угощения и ловко уворачивался от вопросов, кто он и откуда взялся. А молодые — Николай и Светлана — сидели рядом и смотрели друг на друга так, будто вокруг никого не было. Только они двое и их любовь.
Я оторвалась от Саши, посмотрела в окно. Там, за стеклом, сгущались сумерки, а в зале горели свечи, создавая уют и тепло. Хороший день, просто замечательный.
Автор Потапова Евгения