1936 год
Поезд подходил к Ленинграду ранним утром. Агата сидела в вагоне, прижавшись лбом к холодному стеклу и с нетерпением ждала, когда состав остановится и она выйдет на перроне, прибыв в город, о котором мечтала.
Агата взяла в руки сумку и прижала её к себе, как самое ценное сокровище. В ней и было всё, что имелось у девятнадцатилетней девушки-сироты - три платья, лакированные туфельки, что ей подарила подруга, бывшая однокурсница в училище, и маленькая иконка, которую сунула ей на прощание старшая нянечка Дарья Степановна, единственный человек в детском доме в поселке, недалеко от Петрозаводска, кто умел жалеть по-настоящему.
- Ты, Агатка, в Ленинграде не теряйся, - произнесла пожилая женщина. - Помни, что люди везде одинаковые. И хорошее в них есть, и плохое. Только ты своё не растрать.
Агата не понимала тогда, что значит "своё не растрать". Что у нее было своего, кроме вот этой сумки? Ничего и никого у нее не было. Отец, рабочий на заводе, умер от чахотки, когда Агате было пять лет, а через полгода мать умерла при родах вместе с младенцем. Тогда Агату определили в детский дом, где она училась жить без мамы и папы.
После школы Агата поступила учиться на швею, как и многие девочки из детского дома. Но она хотела чего-то большего. Она больше всего на свете любила читать и мечтала стать библиотекарем. Тем более, библиотеки открываются одна за одной, люди грамоте обучаются, а она будет причастна к этому!
В детдомовской комнате с книгами, которую укомплектовали списанными из районных школ томами, она прочла всё от корки до корки. Ей казалось, что работать среди книг- это её призвание. Там ты впитываешь знания и узнаешь много нового.
***
Но мечте не суждено было сбыться - от волнения она завалила вступительный экзамен. Она так готовилась нему, а не смогла ответить и правильно выполнить задания. Разревевшись, девушка вышла из учебного заведения и села прямо на ступеньки. Люди шли мимо, не замечая девушку. Кто-то задел ногой её сумку, а Агата почувствовала, как внутри неё что-то обрывается. Словно она потеряла надежду. В ушах стояли слова женщины из приемной комиссии - "Приходите на следующий год". А что делать сейчас? Возвращаться назад? Пойти работать на швейную фабрику, как ее подружки по детскому дому?
Нет, она должна остаться здесь! Агата понимала, что если она вернется обратно в поселок, то потом ее затянет работа и рутина, и она уже не вернется в Ленинград, в город ее мечты.
Она встала, взяла сумку и пошла по городу, куда глаза глядят. И вдруг, подняв голову, она увидела на двери "Котельная" и ниже была приклеена бумажка:
"Требуются работники. При необходимости жилье предоставляется. Обращаться в домоуправление в семнадцатом доме."
Агата поспешила туда, веря в то, что неспроста ей попалось на глаза это объявление. Домоуправ посмотрел на девушку оценивающим взглядом и покачал головой:
- Вообще-то нам мужчины требуются, а не хрупкая девушка. Это сейчас работы мало, но наступят холода и тогда ее прибавится. Милая, ступай-ка ты отсюда, поищи другую работу.
- У вас жилье предоставляется... Вы не переживайте, я сильная, я справлюсь. Я Егорычу в детском доме помогала в котельной.
- Может, всё же еще поищешь? - вздохнул пожилой мужчина, представившийся Александром Евгеньевичем.
Тут Агата расплакалась. Сказалась усталость - она всю ночь в поезде не спала, а дремала, волнуясь. Сказалась неприятность на экзамене, который она не смогла сдать от волнения. Голод и чувство безвыходности. Всё это она рассказала домоуправу - зачем приехала в Ленинград и почему ей очень срочно, прямо сейчас нужна работа с жильем.
- Хорошо, - сжалился он над девушкой. - Давай так - я тебя прикреплю к Михаилу Санычу, ему помощь требуется, все никак на пенсию его не спровадим, - Александр Евгеньевич усмехнулся. - жилье выделим, там как раз прошлый кочегар, что уехал в Тихвин, жил, всего три дня назад уехал. Но мой тебе совет, девочка - ищи другую работу.
****
Комнатка оказалась даже меньше, чем она себе представляла. Стены, крашенные зелёной масляной краской, от которых пахло сыростью. С левой стороны стояла железная кровать с панцирной сеткой, которая пружинила и стонала при каждом движении. Стол, стул, лампа, и небольшая тумбочка, вот и все, что было в комнате.
Агата повесила платья на верёвку, что шла посреди комнаты, перекусила баранками, которые купила аж связку, и, только она легла на кровать прямо в одежде, как тут же уснула крепким сном. Александр Евгеньевич сказал, что в котельной ее будут ждать завтра, с утра.
****
Агата быстро научилась всему, и старый кочегар Михаил Саныч был доволен своей помощницей, хоть и качал головой, глядя на нее. Мол, нечего здесь девушке делать. Жильцы тоже поначалу косились: девчонка молодая, сломает всё к чёртовой матери. Но Агата оказалась упорной. Она брала с собой в каморку старый учебник по котельным установкам и читала его ночами, обводя пальцем схемы. Через месяц она могла объяснить любому, почему нужно открывать сначала один вентиль, потом другой, и ни в коем случае не наоборот.
Жильцы постепенно к ней привыкли, а вскоре и она почти каждого в своем дворе дома, где жила, знала поименно.
***
Зима выдалась холодной и порой Агата ночевала в котельной - отсыревший уголь горел плохо, тяга падала, и каждые два часа надо было подкидывать топливо. Агата спала урывками, прямо на стуле, прислонившись спиной к стене.
И от недосыпа и невнимательности Агата получила ожог руки. Плача от усталости и боли, она дула на руку, как вдруг дверь в котельную распахнулась и вошел молодой человек.
Одет он был чисто и очень опрятно для такого места. Агата тут же вздрогнула и собралась было возмутиться и выставить незнакомца на улицу, как он тут же обратился к ней:
- Извините, девушка, я к профессору Лучкину пришел. Он обещал мне книги по медицине дать, но дверь его квартиры заперта, а соседка сказала, что он пошел навестить дочку. Я в подъезде его ждал, но замёрз, как собака. Позвольте погреться минутку.
- Да, сейчас такая пурга и метель, что даже в подъезде холодно, - кивнула Агата и прошла к железному закопченному чайнику, чтобы заварить чаю и дать гостю попить.
Молодой человек сел на стул, стал греть руки и только сейчас решил представиться:
- Меня Сергеем зовут. А вас?
- Я Агата, - ответила она.
- Необычное имя, редкое, - ответил он. - Но еще более необычное - это место для вас. Или вы помогаете кому-то?
- Нет, я работаю тут. А что касаемо имени - матушка так назвала. Вроде бы так ее бабку звали.
Тут она поморщилась от боли в руке и Сергей это заметил.
- Что такое?
- Обожгла руку.
- Дайте посмотреть, - потребовал он, а Агата растерялась, но Сергей тут же ее успокоил:
- Я врач.
Разглядывая ожог, он покачал головой, а потом накинул пальто, которое минуту назад всего снял, и вышел из котельной. Вернулся Сергей минут через пятнадцать и в руках у него была баночка с мазью.
- Аптека недалеко, вот я и приобрел вам мазь. Нанесите на руку и вам будет легче.
Агата послушалась его и поняла, что он не соврал - боль потихоньку угасала.
А потом они стали пить чай, затем Сергей распрощался и пошел к профессору за книгой.
****
Он пришел и на следующий день, будто бы спросить как у нее рука, заживает ли. А потом они разговорились, молодой человек сказал, что он в прошлом году окончил медицинский и теперь работает в больнице. Агата рассказала ему про себя, что была у нее мечта стать библиотекарем.
А в следующий раз он принес ей несколько томиков литературы. Агата жадно глотала эти книги, словно они были водой, порой не замечая времени. Так было интересно погружаться в чтиво!
А к весне оба они поняли, что их тянет друг к другу, что между ними растет большое чувство под названием "любовь".
Не было страстных сцен, не было громких слов, а была нежность и забота друг о друге. Он спрашивал ее о самочувствии, как она провела день, а она слушала рассказы Сергея о работе, о пациентах, впитывая каждое слово. Агате было интересно все, что с ним связано.
Как-то раз он сказал:
- Ты не похожа ни на одну девушку, которую я знал. Они все чего-то хотят - билеты в театр, ткани, чтобы пошить платья, думают о том, где приобрести очередные серьги. Они любят обсудить близких и знакомых, а ты говоришь о книгах. О том, что чувствуешь, какое у тебя настроение. Ты умеешь подмечать маленькие детали и делать на них акцент. Ты живая, настоящая, никогда не пытающаяся выглядеть в глазах других лучше, чем ты есть на самом деле.
Агата улыбнулась, но когда Сергей сказал, что хочет познакомить ее с родителями, девушка испугалась. Она знала, что его отец партийный, занимает важную должность. Мать его заведует ателье, что квартира у них на набережной. А кто она? Кочегарка, сирота без жилья и образования.
Агата представила себя на месте родителей Сергея и поняла, что вряд ли она им придется по душе.
Но рано или поздно знакомство должно было состояться. И когда ночи в ее каморке принесли плоды, когда Агата почувствовала в себе изменения и узнала, что ждет ребенка, Сергей обрадованно воскликнул:
- Ну теперь точно ты пойдешь знакомиться с моими родителями. И с работы этой ты уйдешь. Я не позволю, чтобы моя жена работала в кочегарке и жила в каморке в подвале!
Агата чувствовала себя Золушкой из сказки, которую им когда-то в детском доме читала няня. Но как же ей было страшно! Любовь к Сергею была искренней, но как отнесутся к ней его родители?
***
Дом, где жил Сергей, сбил Агату с толку еще на лестничной площадке - чистый подъезд, цветы на окнах, широкие пролеты...
Агата была в своем лучшем платье. Но все же чувствовала себя неуютно - слишком простое оно было. Лакированные туфли, которые она привезла с собой, немножко жали ноги, но она терпела, понимая, что в повседневной обуви не могла сюда прийти. В квартире Агата тяжко вздохнула и подумала о том, как бы ничего тут не запачкать и не разбить. Ковры на полу, дубовая вешалка в прихожей, запах незнакомых духов...
Сергей представил Агату родителям и девушка еще больше почувствовала себя не в своей тарелке. Вера Леонидовна, стройная, элегантная женщина была в платье из шелка, которое было пошито как-то диковинно - такого наряда Агата еще не видела. И даже в квартире Вера Леонидовна носила тапочки на каблучке. А может быть просто к приходу гостьи обулась? Отец Сергея Игнат Сергеевич был в рубашке и брюках, он стоял у окна, оценивающе глядя на девушку.
За обедом она не могла съесть ни крошки, а родители Сергея задавали ей кучу вопросов - о родителях, об образовании, о работе. И видно было, как им не нравятся её ответы.
Почувствовав себя неважно, Агата пошла умыться и немного задержалась у раковины, как вдруг услышала недовольный голос Веры Леонидовны. Закрыв кран, она тихонько подошла к закрытой двери комнаты со столом, стоявшим посередине, и до нее донеслись фразы:
- Ты с ума сошел, сын? Ты кого к нам привел?
- Я привел мою невесту, чтобы познакомить с вами.
- Ты где ее подобрал? В какой котельной, говоришь? Ты чего, не понимаешь, что она с тобой не по любви, а из-за корысти? Кочегарка нашла доверчивого парня с образованием, с хорошей квартирой...
- Мама, не говори так!
- А ты матери рот не затыкай! - послышался голос Игната Сергеевича. - Сегодня мы ее приняли, но чтобы больше ноги ее здесь не было! Иначе я устрою такие ей неприятности, что она пожалеет, что с тобой связалась.
- Не устроишь. А если посмеешь, то и я могу пострадать, так как собираюсь на ней жениться. Она будет со мной, потому что Агата мать моего будущего ребенка! - услышала девушка голос Сергея. - А еще я ее люблю, это вы можете понять?
Послышался вскрик матери, что ахнула от неожиданности, и Агата поняла, что не стоит больше стоять и подслушивать, она распахнула дверь и тихо произнесла:
- Сережа, проводи меня, пожалуйста. Мне кажется, мы уже достаточно пообщались.
Игнат Сергеевич медленно поднялся, подошёл к окну и закурил. Вера Леонидовна стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на Агату так, словно та была тараканом.
Агата опустила глаза. В этой столовой, под высоким потолком, при свете дорогой лампы с абажуром, она ощутила себя такой ненужной, такой чужой, такой лишней, какой не чувствовала себя даже в детдоме. Они считают ее корыстной, но, если честно, ей куда было бы уютнее в своей каморке в подвале, чем здесь, в этой дорогой квартире.
Сергей взял ее за руку и повел к двери.
- Ничего, ничего. Они смирятся и поймут, что ты не такая, какой они себе это представляют. Они поймут, что ты другая, что ты не корысти ради со мной, а по любви.
***
После того вечера родители изводили Сергея упреками и разговорами. От этого он становился раздраженным и часто с ними ссорился.
А Агата втайне боялась. Боялась, что Сергей устанет от этой борьбы. Боялась, что однажды он откажется от неё ради покоя в родительском доме. Боялась, что любовь не переживёт этого давления.
Но вдруг через несколько дней, когда он пришел к ней в каморку, Сергей протянул руку и сказал:
- Пойдем, я договорился и нас распишут сегодня же. Ты ждешь от меня ребенка, а значит, все должно быть по правильному.
- А дальше что?
- А дальше мы будем жить как одна семья. А родителям придется смириться. Потом я что-нибудь придумаю.
После росписи Сергей с Агатой пошли в домоуправление, где она уволилась, а потом забрала свои вещи из комнатки, освободив ее для другого кочегара.
Родители будто бы даже смирились с тем, что "корыстная невестка" будет жить в их квартире.
Но прожили они там недолго - всего две недели. Только эти дни стали самыми тяжелыми в жизни Агаты.
Вера Леонидовна не скандалила открыто, а просто смотрела с упреком либо комментировала ее внешность.
- Ты бы, милая, причесалась иначе, а то сразу видно, что ты кочегарка из деревни, аж перед соседями не удобно. И платье бы пошить тебе не помешало. За небольшую плату я могу договориться в нашем ателье.
Агата молчала, не отвечая свекрови. Ну поменяет она прическу, пошьет другое платье, только Вера Леонидовна все равно найдет к чему придраться. То Агата плохо готовит, то неправильно складывает полотенце, то не стоит брать вон ту посуду, так как это дорогая вещь.
Сергей не выдержал жизни в такой обстановке. Однажды за ужином, вернувшись с дежурства, он произнес тихо, глядя на мать с отцом.
- Я ушел из больницы.
- Зачем? - отец отложил вилку и удивленно посмотрел на сына.
- Затем, что мы с Агатой уезжаем.
Агата удивилась, но почувствовала, как его рука сжала ее ладонь под столом и спокойно посмотрела на мужа.
- Куда вы собрались, сынок? - Вера Леонидовна насмешливо глянула на Сергея.
- В Муром, к бабушке.
- К Лидии Даниловне? - мать встрепенулась, вспомнив свою свекровь, а Сергей широко улыбнулся:
- К ней. Бабушка - чудесная женщина и я уверен, что она примет Агату, как родную внучку.
- Примет, чтобы мне насолить, - проворчала Вера Леонидовна.
- А пусть даже и так. Но там, в Муроме, нам будет спокойнее. Я хочу, чтобы наш ребенок родился в хорошей обстановке, а не среди людей, которые ненавидят его мать. Родная моя, - обратился он к Агате. - Ты соберешь наши вещи? Завтра выезжаем.
- Так скоро? - возмутилась мать и кинула на невестку взгляд, полный ненависти.
- Да, так скоро. Я уже все решил, и не передумаю.
***
Они ехали в поезде, Агата сидела у окна, смотрела на чёрные поля, на редкие огоньки полустанков, и думала о том, что она никогда не хотела этой войны между Сергеем и его родителями. О том, что она никогда у судьбы не просила денег, квартиры или положения. И была бы счастлива, живя с Сергеем где угодно, только не в квартире его родителей.
И чем дальше уходил поезд от Ленинграда, тем легче становилось дышать. Город, который она так любила, стал для неё клеткой. Муром, которого она никогда не видела, казался надеждой.
ГЛАВА 2/2