В заголовок я вынес вопрос, который возник сразу у нескольких читателей в разное время. Его происхождение вызвано тем, что в феврале 1944 года на Карельском фронте были сформированы два корпуса, первоначально названные 1-м и 2-м лёгкими, но уже в марте их переименовали в 126-й и 127-й горнострелковые. В каждом корпусе было по три бригады.
Правда, 126-й корпус изначально состоял из 72-й морской стрелковой и 31-й лыжной бригад. Но в конце 1944 года состав менялся, и к началу 1945 года в корпусе 31-я и 32-я лыжные, 72-я морская стрелковая бригады.
127-й корпус изначально состоял из 30-й, 32-й и 33-й лыжных бригад, в октябре в составе корпуса 3-я бригада морской пехоты, 69-я и 70-я морские стрелковые бригады.
В феврале 1945 года все бригады были переименованы в горнострелковые.
Ну то есть ход мыслей понятен. Эмоциональный же фон читателей-комментаторов был различен. В одном случае было недоумение, зачем моряков отправлять в горы, если их стоит использовать по специальности, в другом наоборот, моряки такой умелый народ, что лучше всех будут воевать не только на равнине, но и в горах. Словом, всё построено на старом мифе советских времён о том, что во время войны сошли с боевых кораблей моряки и пошли гнать фашистов, убегавших от одного их появления.
Хотя в этом мифе вообще всё неверно и даже нет нужды изучать какие-то документы, достаточно просто немножко подумать.
К сожалению, подробных документов по формированию этих бригад я не нашёл — сейчас и с интернетом у всех проблемы, и с ЦАМО работать проблемно, там сплошные глюки на сайте. Но кое-что мы можем сказать.
Сначала давайте про три морские стрелковые — 69-ю, 70-ю и 72-ю. Поиск информации о формировании этих бригад ограничивается тем, что все сформированы в Сибирском округе в конце осени 1941 года. 69-я Формировалась из курсантов военно-морских училищ, моряков Тихоокеанского флота, Каспийской военной флотилии, сибиряков, призванных по партийному набору. 70-я из курсантов военно-морских училищ и моряков Тихоокеанского флота. 72-я из моряков Тихоокеанского флота, призывников и выписанных из госпиталей. В бригаду также были направлены 25 выпускников Каспийского высшего военно-морского командного училища.
Это, конечно, полуправда, поскольку в этих бригадах традиционно говорят лишь о тех, кого поставляла флот. Напомню, что согласно постановлению ГКО от 18 октября 1941 года, за № 810сс, га укомплектование формируемых 25 стрелковых бригад (номера с 61-го по 85-й) следовало обратить 35 000 моряков, а также 60 000 выздоравливающих после ранений бойцов и младших командиров, 10 000 коммунистов, прошедших военную школу и 25 000 рядового и младшего начсостава, прошедшего нормальную двух-трёх летнюю службу в армии из числа разбронированных из народного хозяйства.
То есть получается, что на каждую бригаду флот давал 1 400 человек, выздоравливающих бойцов получалось 2 400, политбойцов (а это призванные через райкомы) по 400 и ещё 1 000 разбронированных призывников. Как я уже писал, основной ценностью бригад были не моряки, а выздоравливающие бойцы с боевым опытом. Тем более, что бригады морскими назвали уже потом, чтобы отличить их от тех, что назвали курсантскими.
При этом флот давал для формирования бригад старший командный состав и курсантов морских училищ (в качестве младшего и среднего комсостава), плюс технических специалистов — артиллеристов, связистов, врачей. Остальные от флота — обычные мобилизованные или из личного состава береговых частей. И, как показали дальнейшие события, именно личный состав флота был наиболее слабой частью этих бригад. Поскольку морские офицеры и курсанты к войне на суше не готовились совсем. Да и качественный состав артиллеристов и прочих был не высок.
Но так длилось недолго, бригады несли потери, как все соединения Красной Армии, и постепенно первоначальный состав заменялся прибывшим маршевым пополнением. Но при этом и внутри самой бригады шла (во всяком случае должна была идти) боевая учёба, бойцы и командиры набирались опыта.
Мы увлеклись и чуть не забыли про 3-ю бригаду морской пехоты. Сформирована она была в июле 1941 года, вместе с 4-й бригадой. Разница в формировании была в том, что 3-ю бригаду формировали из воинских частей, базирующихся на Кронштадт, Петергоф и Ораниенбаум, а 4-ю — базирующихся на Ленинград. Под воинскими частями подразумевались береговые и учебные, тогда изрядно прошлись по всей береговой обороне, охранные, караульные, тыловые подразделения, рабочие части отправили в пехоту. То есть все носили морскую форму, но моряков с кораблей среди них не было.
То есть, тех самых героических моряков с кораблей, которых почему-то так боялись немцы, во всех перечисленных бригадах не было. Оно и понятно, экипажи кораблей делали свою работу и лишних людей среди них не было. Да и легко сообразить, что численности всего плавсостава просто бы не хватило на формирование всех бригад — хоть морской пехоты, хоть морских стрелковых.
Словом, это была обычная пехота. В ходе войны личный состав набирался опыта и к 1944 году те, кто воевал давно и смог выжить, уже были опытными бойцами и командирами, причём опыт этот они имели в крайне сложной местности, ибо Карелия — это сплошные скалы, непроходимые леса и топкие болота.
Бригады же, хоть курсантские, хоть морские изначально имели ядром вылечившихся после госпиталей бойцов — то есть в некотором роде элита, а затем приобрели и ещё бо́льший опыт. По сути, от того, что бригады переименовали в горнострелковые, ничего не изменилось. Транспорт у них вьючный уже использовался, вот только горную артиллерию они получили, правда я так и не нашёл, когда именно. Ну и не надо думать, что воевали они исключительно в высоких горах, задачи остались практически те же.
Так получается, что любое изучение событий войны всегда приводит к разоблачению разных мифов. И это многих раздражает, поскольку они привыкли верить не думая, в самые невероятные истории, если те красиво изложены. Но всё это недовольство стоит обратить на тех, кто выдумал, а не тех, кто сказал правду. Вроде бы и правильно, но почему-то часто бывает обратное.
Рекомендую вам статью ещё прочитать:
Зачем же в Красной Армии формировали морские стрелковые бригады