***

I

Только серое, серое, серое...
В то, что вешнее, сердце не верует.
Полотно безнадежно немо.
И по пашне, до края вычерненной,
Словно подписью, болью высеченной,
Растекается небосвод.

II

Ветви соком налиты до судорог,
И в туманах, косых и скудостных,
Затаилась немая дрожь.
То ли почки в саду распускаются,
То ли тени в грехах раскаиваются —
Никогда уже не разберешь.

III

Станет небо когда-то ласковым?
Или это под старыми масками
Смертный холод и пустота?
В деревенской тиши, за засовами,
Мы к свиданию — старые, новые —
Пригубили любовь с креста.

IV

Всё — завет. Всё — давно пророчено.
И судьба на полях оторочена
Черной пашней, как траурный кант.
И в открытом пространстве брошенный,
Смыт весною, серой, непрошеной,
Тот последний, больной вариант.

V

Слышишь? Кто-то стучит под аркою...
Или это весна неяркою
Тенью бродит в пустом саду?
Только шорох шагов по гравию,
Словно пишет свою биографию
Тот, кого я вовек не жду.

VI

В этом сером и злом безмолвии
Проступают черты надломные,
И у двери — невнятный гул.
Это время, судьбой расплавленной,
Над душой, навсегда оставленной,
Занимает свой караул.

VII

Ветви бьются в окно костлявые,
И мечты — безнадежно правые —
Рассыпаются в прах и дым.
И под лаской небес обманною
Мы идем дорогою странною
К пепелищам своим родным.