Мы так привыкли к мрачной фантастике, что фильмы, в которых человечество не пожирает само себя, уже кажутся почти невозможными. Это как раз такой фильм. Он действительно светлый, умный, вдохновляющий. Мне сильно понравилось — на 8–9 баллов из 10. Это восторг, но всё-таки не восторг-восторг. Местами фильм всё же перегибает с пафосом (впрочем, это касается и части зрителей, которые о нём пишут, говорят).
А теперь — подробнее, по существу, со спойлерами.
Меня удивило, что Гослинг здесь разительно не похож на самого себя из фильма «Бегущий по лезвию 2049». Там его персонаж (андроид Кей) холодный, колючий. А здесь, наоборот, — тёплый, дружелюбный, очень милый. Согласно сюжету, его зовут Райланд Грейс. Он раньше был учёным-биологом, а теперь просто школьный учитель. Застенчивый, одинокий, небогатый. От такого человека не ждёшь, что он станет спасителем мира.
Поразительно, что и Кея, и Грейса играет один и тот же актёр. И то, что «Проект „Конец света“» получился таким замечательным, — во многом заслуга именно Гослинга. Значительную часть ленты мы видим его одного или в компании неантропоморфного «каменного» инопланетянина — Рокки. Между ними, к слову, возникла удивительная химия — даже и не знаю, как этого удалось добиться.
Порадовала и визуальная сторона фильма: «танец» двух космических кораблей в пространстве выглядит на все сто. И этой красоте отлично соответствует саундтрек, который не давит, не тянет одеяло на себя, но мягко подчёркивает происходящее.
Фильм хорош также тем, что здесь получилось гармонично соединить камерность и ламповость отдельных эпизодов с эпическим размахом научно-фантастических вызовов и угроз. Одно из главных понятий, лежащих в основе сюжета, — так называемая Линия Петровой. Это тонкая сияющая дуга инфракрасного излучения между Венерой и Солнцем, по которой мигрируют триллионы микроскопических организмов — астрофагов. Они питаются энергией звёзд. И до нашего Солнца тоже, увы, добрались. Теперь они поглощают его излучение — количество энергии, доходящей до планет, уменьшается. Из-за этого климат Земли оказывается под угрозой глобального коллапса. Если астрофагов не остановить, Солнце продолжит гаснуть — и человечество окажется на пути медленного вымирания: будут постепенно исчезать растения и животные, начнутся неурожаи, голод... Задача Грейса и других героев: понять природу этих странных существ и найти способ избавиться от них.
Астрофаги противоречат современной физике: их «способ хранения» энергии невозможен, да и выживание в условиях солнечной плазмы выходит за пределы известных биологических моделей. Плюс надо понимать, что энергетические масштабы любой нормальной звезды слишком уж велики — быстро их не исчерпать. Но при этом астрофаги опираются на реальные аналогии: на экстремофилов, способных жить в агрессивной среде, на фотосинтез как форму «питания светом», на идею панспермии и на то, что микробная жизнь — наиболее вероятная форма жизни во Вселенной. Микроорганизмы простые, выносливые, быстро эволюционируют и благодаря этому могут доминировать даже над разумными существами.
В любом случае астрофаги выступают здесь хорошим драматургическим двигателем, вокруг которого выстраивается весьма правдоподобная цепочка событий.
Следует также подчеркнуть: в фильме все научные идеи подаются ясно и убедительно. Орбитальные манёвры, межзвёздные расчёты, биологические и химические эксперименты в невесомости — всё это выглядит не как фантазия ради фантазии, а как попытка честно экстраполировать наши нынешние достижения и возможности. А само занятие наукой и труд учёных показаны как нечто суперкрутое, интересное, важное. Наука — это буквально способ выживания. Очень здорово здесь продемонстрировано, как учёные (или всего один учёный) выдвигают гипотезы, проверяют их на практике и принимают решения — иногда в условиях отчаянного дефицита времени и информации.
В данном аспекте «Проект „Конец света“», кстати, сильно похож на «Марсианина». Это неспроста: в основе обеих кинокартин романы одного и того же писателя — Энди Вейера. Есть и переклички с традицией советской научной фантастики, но здесь уже нужен свой обстоятельный разбор.
Следующий ключевой посыл фильма — это посыл о полезности кооперации. Индийцы, американцы, европейцы, россияне, китайцы (и предполагается, что много кто ещё) смогли наконец-то объединиться перед лицом большой беды. По сути, всё человечество начинает действовать как единое целое. И, конечно, нам нужна такая кооперация не только в моменты надвигающейся катастрофы. Она нам нужна каждый день, во множестве дел и проектов, она нужна нам для того, чтобы построить действительно прекрасную, счастливую жизнь на Земле (которая есть наш общий дом). На Земле, а затем и во всей Вселенной.
Говоря иначе, в фильме звучит редкая сегодня идея гуманистического универсализма. Её суть проста: ценность людей не измеряется цветом паспорта, географией корней или убеждениями. Она проистекает из нашей общей человечности — способности каждого мыслить, чувствовать, страдать и созидать. В конечном счёте именно это нас объединяет и делает равными.
Но если на макроуровне картина говорит о совместных усилиях разных стран, то на микроуровне принцип кооперации находит своё пронзительное воплощение в дуэте Грейса и Рокки. Ни один из них не смог бы спасти свою планету без помощи другого. Им приходится буквально с нуля выстраивать контакт — учиться понимать друг друга, находить общий язык, преодолевать радикальную непохожесть.
И важно, что их дружба — это не просто «чудо эмпатии». Первоначальный взаимный интерес превращается в устойчивый диалог благодаря кропотливой интеллектуальной работе: выстраиванию логических схем (где математика служит базой и универсальным языком), терпеливой расшифровке сигналов и налаживанию технических мостов для общения.
Стоит обратить внимание и ещё на одну важную интонацию фильма. Вопреки всему царящему цинизму, он напоминает: мы, люди, всё-таки довольно крутые. Красивые, умные, талантливые. Мы достойны уважения, любви, спасения… Одним из эмоциональных пиков лично для меня стала сцена в баре на авианосце, где Ева Стратт (начальница проекта) поёт в караоке. В этой сцене столько неприкрытой человечности, что она пробивает сильнее любого эпического кадра.
В эту же канву ложится и тонкая, искренняя сцена, где Грейс обращается к своим погибшим товарищам — командиру Яо Ли Джи из Китая и бортинженеру Олесе Илюхиной из России (среди прочего, он говорит, что должен ей три пакета водки). Тут пафос уместен и оправдан. Однако в паре других мест создатели картины чуть-чуть теряют чувство меры. Они слишком настойчиво пытаются выжать из зрителя сильную эмоцию, слезу там, где стоило бы показать всё проще и честнее.
Впрочем, главный диссонанс для меня кроется в другом. Грейса фактически насильно запихивают на корабль — принуждают стать героем. Этот акт принуждения контрастирует с общим этическим посылом фильма, с его общей светлостью и добротой. Я так до конца и не понял, зачем был выбран именно такой ход.
Но эти мелкие шероховатости не так уж принципиальны, их можно отложить в сторону.
Помимо всего прочего, мне понравилось то, как фильм говорит об одиночестве. Даже когда человек оказывается абсолютно один, он не перестаёт быть человеком. Он всё ещё способен чувствовать связь с другими, даже если их нет рядом, способен действовать ради них, жертвовать собой (и в этом нет ничего наивного). Грейс — именно такой герой. Он одиночка, у него нет семьи, нет любимой, но это не делает его менее связанным с человечеством.
При таком раскладе финальный твист срабатывает отлично. Грейс оказывается далеко от Земли, но чувствует себя неплохо, потому что нашёл новых друзей и новый смысл. Он даже снова может работать учителем.
Что же самое главное осталось у меня внутри после просмотра? Надежда. Надежда на лучшее. Да, мир огромен, опасен и равнодушен, но в нём всё равно есть место разуму, дружбе, благодарности и общему делу. Человек неспроста стремится в космос — он ищет в нём способ не потерять самого себя и не забыть о других.
И, пожалуй, одна из самых радующих меня вещей в этом фильме — его почти наивный, но очень искренний технооптимизм. Здесь наука и технологии не противопоставлены человеку, а, наоборот, становятся продолжением его лучших качеств: любопытства, терпения, способности понимать и договариваться. Характерный пример: на корабле есть искусственный интеллект — Мэри. И он не внушает тревоги, не выходит из-под контроля, не превращается в угрозу, а всё время остаётся верным ассистентом. Он помогает Грейсу проводить биологические эксперименты, осваивать управление кораблём. Это не похоже на «Космическую Одиссею 2001» Стэнли Кубрика с её пугающим, сошедшим с ума ИИ HAL 9000.
Конечно, новые технологии сами по себе не гарантируют ни добра, ни зла. И я восхищаюсь ими не как чем-то самоценным. Я просто вижу, что прогресс может нести в себе огромную силу и при этом наполняться по-настоящему хорошим содержанием — служить любви, жизни и взаимопониманию. И фильм напоминает нам об этом. Это точно не очередная проходная история о спасении Земли. Это нечто большее.