– Слушай, может, это судьба? – Наташа осторожно прикрыла дверь в детскую и прошла на кухню, где Виктор Семёнович сосредоточенно резал овощи для супа.
– Что судьба? – не отрываясь от разделочной доски, спросил он.
– Ну, то, что мы встретились. Ты – один, я – одна. Светлана без отца растёт, а ты без внуков остался.
Прошло уже три месяца с той встречи на скамейке. Виктор действительно приходил почти каждый день – помогал с покупками, качал Светочку, пока Наташа занималась домашними делами, готовил обеды. Соседки давно решили, что это её дядя переехал из провинции помогать племяннице с ребёнком.
– Не знаю насчёт судьбы, – Виктор наконец поднял глаза. – Но то, что ты меня спасла от одиночества – это точно. Месяц назад я думал, что не переживу утрату. А теперь просыпаюсь и понимаю, что нужен кому-то.
Наташа села напротив и положила руки на стол.
– Дядя Витя, у меня к тебе серьёзный разговор. Я хочу оформить тебе доверенность на квартиру. Мало ли что со мной случится, а ты…
– Зачем такие мысли? – нахмурился Виктор. – Ты молодая, здоровая.
– Всякое бывает. И потом, если честно, мне страшно одной с ребёнком. А с тобой спокойнее. Ты как отец для меня стал. Вернее, как настоящий отец. Мой родной папа никогда так обо мне не заботился.
Виктор отложил нож и вытер руки о полотенце.
– Наташенька, давай без лишних бумажек. Мне ничего не нужно от тебя, кроме того, что уже есть. Можешь мне просить помогать – я рад стараться. А насчёт квартиры – это твоё жилище, доставшееся от мужа. Зачем мне в это вмешиваться?
Из детской донёсся тихий плач. Оба замерли, прислушиваясь. Плач усилился.
– Я пойду, – быстро сказал Виктор и направился к комнате малышки.
Наташа осталась на кухне, задумчиво глядя в окно. Ей было двадцать четыре года, а она уже успела выйти замуж, родить дочь и развестись. Точнее, её бросили – просто собрал вещи и ушёл, не выдержав бессонных ночей и детского плача. "Я не готов к отцовству", – сказал он на прощание. А она осталась одна в чужом городе, в квартире, которую муж оставил и переписал на нее, лишь бы не платить алименты.
Родителям она ничего не рассказала – не хотела расстраивать. Мама всегда говорила, что Денис ей не пара, что рано замуж выходит. Оказалась права. Но признавать это было стыдно и больно.
– Вот и проснулась моя красавица, – донёсся из детской ласковый голос Виктора. – Сейчас мы маму позовём, она тебя покормит, а дедушка Витя тебе песенку споёт.
Наташа улыбнулась. Дедушка Витя – так он сам себя называл, когда обращался к Светлане. И малышка действительно реагировала на него лучше, чем на саму мать. Наверное, потому что Виктор был спокоен и уверен, а она постоянно нервничала и боялась что-то сделать неправильно.
Вечером, когда Светочка уснула, они сидели на кухне и пили чай.
– Знаешь, – начал Виктор, – моя дочь позвонила сегодня. Первый раз за четыре месяца.
– И что сказала?
– Спросила, как дела. Я ответил, что всё хорошо. Она удивилась – говорит, голос у меня бодрый, не то что раньше. Я ей и рассказал про тебя с Светланой.
– Что именно? – насторожилась Наташа.
– Правду. Что помогаю молодой матери с ребёнком, что ты для меня как дочь стала. Знаешь, что она ответила?
– Что?
– Папа, только не трать на них деньги. Они тебя используют. Вот так. Даже не спросила, счастлив ли я, нужна ли мне помощь. Только про деньги.
Наташа опустила глаза.
– Может, она права? Может, я действительно тебя использую? Ты тут каждый день, готовишь, убираешься, с ребёнком сидишь…
– Прекрати, – строго сказал Виктор. – Я сам выбрал это. Мне нужно было кому-то помогать, иначе я бы сошёл с ума от одиночества. А ты мне дала возможность чувствовать себя нужным. Это не использование – это взаимная поддержка.
– Но всё равно как-то неправильно, – Наташа теребила край салфетки. – Ты столько для нас делаешь, а я даже не знаю, чем отплатить.
– Ничем не надо отплачивать. Просто будь счастлива. Это лучшая благодарность.
Прошло ещё полгода. Светлане исполнился год. Виктор с Наташей устроили небольшой праздник – купили торт, надули воздушные шарики, пригласили соседку Марию Ивановну с внучкой.
– Смотрите, какая умница, – умилялась соседка, наблюдая, как Светлана пыталась сделать первые шаги. – И похожа на дедушку Витю – такие же серые глаза и улыбка.
Виктор и Наташа переглянулись и рассмеялись.
– Гены – великая вещь, – невозмутимо ответил Виктор.
Когда гости разошлись, Наташа принялась убирать со стола.
– Дядя Витя, я тут подумала…
– Опять что-то надумала? – с улыбкой спросил он, складывая в коробку игрушки.
– Хочу продать эту квартиру и купить трёхкомнатную. Чтобы нам всем было удобнее. У тебя же трёшка есть, которую ты для дочери покупал, да? Вдруг она вернется. А тебя не хочу потерять, да и Светочка уже привязалась к тебе и дедом называет, куплю рядом с твоей.
Виктор замер с игрушечным медведем в руках.
– Наташ, это серьёзное решение. Ты уверена?
– Абсолютно. Мы ведь уже семья, по сути. Только не подумай ничего такого – я не на твою жилплощадь претендую. Просто так удобнее будет. Мне надежнее под твоим крылом, Света под присмотром и тебе не придется ездить из одного конца города во второй.
– Я и не думал ничего подобного, – тихо сказал Виктор. – Просто... Я не хочу, чтобы ты потом жалела. Вдруг встретишь кого-то, захочешь новую семью создать? А тут я.
– А ты разве не моя семья? – искренне удивилась Наташа. – Ты для меня больше сделал, чем родной отец. Да что там, больше, чем муж. И Светлана тебя обожает. Разве этого мало?
Виктор молчал, а потом вдруг обнял её по-отцовски.
– Спасибо тебе, дочка. За то, что ты есть.
Так и решили: квартиру доставшуюся от мужа продала и сразу взяла кредит и купила в соседнем доме с Виктором. Правда, хозяева у бывшей квартиры были нерадивые. Запустили квартиру, ни разу ремонт не сделали.
— Ты знаешь, не могу я допустить, чтобы Света жила в такой квартире. Надо сразу ремонт делать, а пока будет ремонт - поживете у меня.
На том и порешили.
Они переехали в трёхкомнатную квартиру Виктора на время ремонта.
Соседи по новому адресу приняли их спокойно – подумали, что молодая мать переехала к отцу после разрыва с мужем. Никто не задавал лишних вопросов.
Однажды вечером, когда Светлана уже спала, в дверь позвонили. На пороге стояла хорошо одетая женщина лет сорока – дочь Виктора.
– Папа, – сухо сказала она, – мне нужно поговорить.
Виктор побледнел, но впустил её в дом. Наташа вышла из кухни, вытирая руки о полотенце.
– Здравствуйте, я Наташа.
– Вера, – холодно кивнула гостья. – Дочь Виктора. Настоящая дочь.
Повисла неловкая пауза.
– Проходи в комнату, – тихо сказал Виктор.
Они сидели втроём – Вера на диване, Виктор и Наташа на стульях.
– Я приехала ненадолго, по работе, – начала Вера. – И решила зайти. Хотела увидеть, что здесь происходит. Папа, ты в своём уме? Пустил чужих людей в квартиру, которую покупал для меня?
– Ты же сказала, что тебе она не нужна, – спокойно ответил Виктор. – И вообще уехала в другую страну навсегда.
– Это не значит, что ты должен был отдать моё наследство посторонним!
– Вера, остановись, – Виктор повысил голос. – Наташа и Светлана – не посторонние. Они моя семья. Та семья, которая осталась со мной, когда ты меня бросила.
– Я не бросала! Я уехала строить свою жизнь!
– Уехала и не позвонила ни разу за четыре месяца. Даже не спросила, жив ли я. А потом, когда всё-таки набрала номер, первым делом предупредила не тратить на "этих людей" деньги. Это ты называешь не бросать?
Вера молчала, сжав губы.
– Послушай, Вера, – вмешалась Наташа. – Я понимаю, тебе обидно. Но твой отец был на грани, когда мы встретились. Он еле жив был от тоски и одиночества. Мне тоже было плохо – муж бросил с грудным ребёнком. Мы друг друга спасли. Это не расчёт и не корысть. Это просто…
– Просто вы нашли одинокого старика с квартирой, – отрезала Вера. – Классическая схема.
– Вера! – Виктор встал. – Я запрещаю тебе так говорить. Если ты приехала сюда оскорблять людей, которые для меня дороже родной крови, то можешь уходить.
– Папа…
– Уходи. Серьёзно. Мне не нужна дочь, которая думает обо мне только когда речь заходит о наследстве.
Вера поднялась, взяла сумочку.
– Хорошо. Я уйду. Но знай – ты совершаешь ошибку.
Когда дверь за ней закрылась, Виктор тяжело опустился на стул. Наташа положила руку ему на плечо.
– Дядя Витя, может, зря вы так? Она всё-таки твоя дочь.
– Нет, – покачал головой Виктор. – Она перестала быть моей дочерью в тот момент, когда уехала и забыла обо мне. А ты, Наташенька, стала мне дочерью, когда разрешила помогать тебе.
Наташа обняла его.
– Мы справимся, дядя Витя. Вместе мы справимся с чем угодно.
Прошел год, закончили ремонт в квартире. Наташа уже собиралась переезжать к себе, когда познакомилась с мужчиной: добрым, ответственным. Наташа сначала боялась рассказать Виктору, думая, что он расстроится. Но он, наоборот, обрадовался.
– Наташа, я же хочу, чтобы ты была счастлива. Познакомь меня с ним. Если он хороший человек – я только за.
Андрей оказался действительно хорошим. Он принял Светлану как родную, с уважением относился к Виктору. Через полгода они поженились. И когда встал вопрос о том, где жить, Андрей сам предложил обменять свою квартиру на соседний дом с квартирой Виктора.
– Зачем разрушать семью? Виктор Семёнович для Светланы как дедушка. И для меня он уже родной человек. Давайте жить вместе. У меня однокомнатная и у тебя трешка, можно попробовать обменять либо на две на одной площадке, либо на четырехкомнатную или дом, чтобы всем хватило места.
Задуманное смогли реализовать только через год.
Так они и живут – большой дружной семьей. Виктор нянчит Светлану, помогает по хозяйству. А Наташа с Андреем заботятся о нём, как о родном отце. И никто из них не чувствует себя одиноким.
Предвижу ваш вопрос: что же с квартирой Виктора? Так и стоит пустая. По-прежнему ждет свою хозяйку — его дочь. Виктор все еще надеется, что она вернется. Хотя одиноким себя теперь он не чувствует.
Благодарю Валентину Степановну за присланную историю, которую я воплотила в рассказ.