Из рабочего процесса:
Моему сыну Диме 7 лет. Мы живем вдвоем около года. До этого я жила со своими родителями, т.к. с мужем развелась, когда сыну было 7 месяцев. Когда ребенку исполнилось 2,5 года я пошла на работу. Надо было кормить его и себя (родители не имели возможности финансово помогать). Но мама работала учителем, в 12 часов уже была дома и занималась внуком. Мама очень властная женщина. Она меня подавляла в детстве, и это ей успешно удавалось. И я позволила ей заниматься моим ребенком. В сад она мне его отдать не позволила (у меня не хватило силы воли отстоять свою позицию). В итоге, ребенок с одной стороны заляльканый, т.к. мама очень трепетно к нему относится, не дает принимать решения. Все делала сама, опекала, оберегала. Если гуляя во дворе Диму кто-то обижал, она его уводила и не позволяла как-то разобраться в ситуации. С другой стороны, с расшатанной психикой, т.к. мама очень импульсивна и может себе позволить громко кричать.
Нам идти в школу в сентябре. А я очень волнуюсь за социализацию сына. Подскажите, как ему помочь. Пример: гуляем во дворе, Диму кто-то обозвал, он бежит ко мне и плачет. Мне кажется, несколько не адекватная реакция для семилетнего ребенка.
Я понимаю свою ошибку, мне не надо было отдать ребенка в сад. Но прошлое не исправить. Корю себя за это!
Может возникнуть ощущение, что я во всех грехах виню маму, и это правда. Но я себя я тоже виню, что только к 29 годам стала становиться более менее самостоятельным человеком.
Я прочитала ваше письмо несколько раз. И знаете, что я вижу за этими строчками? Не историю про «слабовольную мать» и «испорченного бабушкой ребенка», а историю женщины, которая совершила главный поступок в своей жизни — она вышла из-под крыла властной матери и начала жить отдельно. Это невероятно сложно, особенно когда на руках семилетний сын, особенно когда вам всю жизнь внушали, что вы сами не справитесь. Вы справились. Уже одно это говорит о том, что вы гораздо сильнее, чем думаете. А чувство вины, которое вас сейчас разъедает — это просто привычный голос вашей мамы, который поселился у вас в голове. И сейчас мы будем учиться его заглушать, потому что вашему сыну нужна не идеальная мать без ошибок, а живая, настоящая, которая умеет признавать свои промахи и идти дальше.
Теперь про Диму. Семилетний мальчик, который после обзывательства во дворе бежит к маме и плачет — да, его реакция отличается от реакции сверстников, которые уже три-четыре года тренируют свои навыки общения в песочнице и в саду. Но давайте честно: сад с его жесткими рамками, воспитателями на двадцать пять голов и неизбежными конфликтами из-за машинки — это не единственный способ научиться социализации. Просто ваш сын учился этому дома. И домашняя наука, к сожалению, была странной: с одной стороны, бабушка делала за него всё, предупреждая любое желание, с другой — могла в любой момент взорваться криком. Представьте, что вы живете в доме, где напольное покрытие внезапно обжигает ноги, а на кровати лежат мягкие пуховые перины. Вы всё время в напряжении: то сладко, то больно. У Димы не было стабильной, надежной среды, где он мог бы пробовать свои силы, падать, подниматься и видеть, что мир от этого не рушится. Поэтому сейчас, когда чужой мальчик во дворе говорит ему «ты дурак», мозг Димы выдает не злость и не ответную дразнилку, а панику. Он не знает, что слова — это просто слова. Для него это как тот самый бабушкин крик, только снаружи. И он бежит к вам, потому что вы — единственный безопасный взрослый, который не кричит непредсказуемо и не душит своей гиперопекой.
И вот что важно: его реакция — это не диагноз и не приговор. Это навык. А значит, его можно освоить сейчас. У вас есть целых четыре месяца до сентября. Это много времени, если не пытаться «исправить» Диму за две недели. Ваша задача сейчас — стать для него не только спасательным кругом, но и таким бережным тренером по выживанию в детском коллективе. Как это сделать на практике?
Перестаньте оценивать его реакцию как «неадекватную». Он не истерит специально. Он действительно напуган. Вместо того чтобы говорить «Что ты плачешь, это же просто обзывательство», обнимите его, посадите на колени, подышите вместе. Скажите: «Я вижу, тебе больно. Ты расстроился. Мальчик сказал обидное слово, и тебе захотелось ко мне, потому что я люблю тебя и защищаю». Когда он успокоится, не спешите его учить «давать сдачу». Сначала просто проговорите: «А знаешь, есть такой секрет. Обидные слова — они как мухи. Если на них махать руками, они садятся еще больше. А можно просто сказать "подумаешь" или вообще промолчать и уйти. И муха улетит сама». Играйте дома в такие ситуации с игрушками: мишка обозвал зайку, что зайка сделает? Пусть Дима сам предложит варианты. Он может сказать «сам такой», может пожать плечами, может сказать «мне всё равно». Даже если он просто повторит за вами — это уже шаг.
Второе: начните постепенно расширять его контакты не во дворе (где часто собираются уже сложившиеся компании и правила игры непонятны), а в более структурированных местах. Например, запишите его на короткий курс подготовки к школе в другой группе — не где работает ваша мама, а нейтральной. Или в кружок лепки или робототехники, где задания даются по очереди, и есть взрослый, который регулирует конфликты. Там он будет видеть, что мир не только бабушка и мама, но и другие дети, и с ними можно договариваться.
И самое важное — работайте над собой. Потому что сейчас ваша тревожность читается Димой на раз. Вы говорите: «Как ему помочь?», а он чувствует: «Мир опасен, и мама боится за меня». Когда вы сами будете спокойнее реагировать на его слезы (не паниковать, а сочувствовать и мягко направлять), он начнет успокаиваться быстрее. Позвольте ему иногда злиться на вас. Позвольте ему говорить «нет» в мелочах: какую кашу есть, какую футболку надеть, какой мультик смотреть. Гиперопека бабушки лишила его воли, а вы можете постепенно давать ее обратно — маленькими дозами, но каждый день.
Насчет школы — не ждите, что учительница всё решит. Обязательно предупредите классного руководителя: «Мой сын не ходил в сад, он может заплакать от обидного слова, ему нужно время, чтобы привыкнуть к коллективу. Пожалуйста, не давите на него, но и не оставляйте без внимания». Хороший учитель поймет и поможет. А вы в первые месяцы после уроков не заваливайте его вопросами «Как дела? Кто обидел?», а сначала дайте ему просто побыть в тишине, перекусить, обняться. Его нервная система будет перегружена, это нормально.
И последнее, и самое трудное для вас. Перестаньте мысленно возвращаться в тот момент, когда вы не отстояли садик. Вы сделали выбор в ситуации, где у вас было два плохих варианта: оставить ребенка с импульсивной бабушкой и работать (чтобы его кормить) или уйти с работы и сидеть без денег. Вы выбрали меньшее зло. Вы кормили своего ребенка. Бабушка, при всей своей властности и крикливости, не бросила внука голодным, он под присмотром. Да, цена оказалась высокой, но вы тогда не знали того, что знаете сейчас. Вы не были плохой матерью. Вы были молодой женщиной без поддержки мужа, с маленьким ребенком и без финансовой подушки. И вы выжили. А теперь вы еще и выросли настолько, чтобы признать свои ошибки и попросить помощи. Это делает вас не слабой, а зрелой.
Ваш Дима не сломан. Он просто маленький человек, который долгое время жил по чужим правилам. А теперь у него появилась мама, которая готова эти правила менять. Не ждите быстрых результатов. Наблюдайте, как он делает маленькие шаги: сегодня он не заплакал сразу, а поморщился, завтра — пробормотал что-то под нос, а потом и ответил обидчику... Хвалите его за каждый микроуспех. Не за идеальную реакцию, а за попытку. И помните: ваше спокойствие и ваша уверенность — лучшее лекарство для его расшатанной психики. Вы справитесь. Вы уже справились с самым трудным — вышли из-под маминого крыла. А социализация — это всего лишь технология, и она поддается тренировке, особенно когда рядом есть любящий взрослый, который верит в своего ребенка. Дышите ровно. Всё будет хорошо.
Анна Бердникова
Если Вы при чтении испытали лучшую эмоцию на свете - интерес, Вы можете поблагодарить автора.