Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Круг чтения. Уильям Робертсон Смит «Религия семитов»

Шотландский пастор и семитолог Уильям Робертсон Смит читал лекции в Абердине в конце 1880-х. За несколько лет до этого его едва не выгнали из Церкви Свободной Шотландии - за слишком вольное обращение с Библией. Он сохранил место и написал книгу, которая перевернула религиоведение.
«Религия семитов» вышла в 1889 году. Смит умер от туберкулёза через пять лет, в 48. Вторую и третью серии лекций так и не успел опубликовать - рукописи нашли в Кембриджской библиотеке уже в наше время. До Смита все думали, что религия начинается с верований. С теологии. Сначала человек во что-то верит, потом строит ритуал под эту веру. Смит сказал: наоборот. Древняя религия - это в первую очередь практика, а не символ веры. Ритуал был раньше мифа. Люди сначала делали - потом объясняли, зачем. Это кажется очевидным только сейчас, потому что он так доказал.
Большой вопрос, который Смит разбирает подробно: зачем вообще приносили жертвы? Привычный ответ - чтобы задобрить бога. Что-то вроде взятки. Дал ему быка, о

Шотландский пастор и семитолог Уильям Робертсон Смит читал лекции в Абердине в конце 1880-х. За несколько лет до этого его едва не выгнали из Церкви Свободной Шотландии - за слишком вольное обращение с Библией. Он сохранил место и написал книгу, которая перевернула религиоведение.
«Религия семитов» вышла в 1889 году. Смит умер от туберкулёза через пять лет, в 48. Вторую и третью серии лекций так и не успел опубликовать - рукописи нашли в Кембриджской библиотеке уже в наше время.

До Смита все думали, что религия начинается с верований. С теологии. Сначала человек во что-то верит, потом строит ритуал под эту веру. Смит сказал: наоборот. Древняя религия - это в первую очередь практика, а не символ веры. Ритуал был раньше мифа. Люди сначала делали - потом объясняли, зачем. Это кажется очевидным только сейчас, потому что он так доказал.
Большой вопрос, который Смит разбирает подробно: зачем вообще приносили жертвы? Привычный ответ - чтобы задобрить бога. Что-то вроде взятки. Дал ему быка, он тебя не наказал. Смит говорит: это поздняя интерпретация, которую придумали сами же богословы. В древних формах жертвоприношения смысл - в причастии, в соединении с богом, а не в искуплении грехов.
Жертва - это совместная трапеза. Бог, племя и убитое животное за одним столом. Точнее, вокруг одного костра. По теории Смита, в особых ритуальных случаях тотемное животное закалывали и съедали сообща - и это буквально было причастием. Совместная еда - форма единства с божеством. Отсюда он протягивает нитку к христианскому причастию. Хлеб и вино - не изобретение апостолов. Структура древняя как мир.
Смит изучал арабские племена, финикийцев, древних евреев. И увидел везде одну схему: племя связано с богом так же, как связано внутри себя. Через родство. Исходная форма семитской религии держалась на идее кровного родства между человеческим сообществом, тотемным животным и богом.
Бог - не посторонний хозяин, которому платишь подати. Бог - старший родственник. Отсюда особые запреты на убийство тотемного животного в обычное время - нельзя убивать родню. Но в праздник можно. Точнее, нужно - чтобы вся семья, включая бога, снова соединилась за едой. Это объясняет кучу вещей, которые раньше казались бессмысленными дикостями.
Смит первым сформулировал то, что потом назвали ритуальной теорией мифа. Он выдвинул идею о приоритете ритуала перед мифом - эту концепцию потом развивал его друг Джеймс Фрэзер, а за ними и Фрейд. Pirao
Фрейд, кстати, читал Смита прямо в процессе работы над «Тотемом и табу». Взял оттуда почти всё - убийство тотема, коллективную трапезу, происхождение социальных запретов. Смит этого уже не увидел.
Пока все рассматривали религию с точки зрения отдельного человека, Смит смотрел на неё со стороны группы. Религия семитов - это не набор личных убеждений. Это социальный клей. Ритуал объединяет племя. Жертва скрепляет. Совместная еда - это буквально акт принадлежности.
Религию он отличал от магии и табу: настоящая религия социальна и ориентирована на действие. Магия и табу - индивидуалистичны. Грубо говоря: магией занимается одиночка для себя, религией - племя для себя.
Смиту нужно было найти исходную, незагрязнённую форму семитской религии. Он нашёл её у кочевников-бедуинов. Смит использовал эволюционную перспективу: самое существенное в религии обнаруживается в её наиболее примитивных формах. Отсюда - огромный массив этнографических источников, арабских текстов, античных авторов. Он ездил в Египет, Палестину, Сирию, на Аравийский полуостров.
Конкретные выводы Смита о тотемизме семитов сейчас оспариваются. Эволюционная схема - от примитивного к сложному - устарела. Про бедуинов как «нулевую точку» тоже написали много возражений.
Но три вещи остались в фундаменте религиоведения навсегда. Ритуал первичен. Жертвоприношение - это причастие, а не взятка богу. Религия - коллективный феномен, а не сумма частных верований.
Смит прочитал свои лекции и умер. Фрэзер написал «Золотую ветвь». Фрейд написал «Тотем и табу». Дюркгейм построил социологию религии. Всё это стоит на Смите - шотландском пасторе, которого чуть не лишили кафедры за ересь. Занятная карма у научных идей.

ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "РОМАН".
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!

Ваш М.