К тридцати пяти годам Катя поняла простую вещь: если мужчина слишком красив, значит, природа посчитала, что вложилась в него достаточно. Чего тебе ещё надо, привереда? Ответственность, порядочность, доброта? Много хочешь, дорогая, я сущность экономная и не отсыпаю всего и сразу.
Она вышла замуж за Олега по большой любви. Не могла устоять перед двухметровым красавцем с обаятельной улыбкой киношного злодея.
Женщины смотрели на него как голодные кошки на сливки. На рынке Олегу бесплатно подкладывали укроп. В поликлинике молоденькая терапевтша однажды измеряла давление двадцать минут, тяжело дыша.
Она покорила красавчика тем, что не пала под его чарами. Мать её так воспитывала. Женская гордость - превыше всего. Ни один мужчина не стоит того, чтобы ты бежала за ним как собачка за хозяином. А пятый размер бюста и тоненькая талия - тут не причём.
Роли поменялись. Теперь уже не девушка бегала за красавцем, а приходилось напрягаться уже ему. Рестораны, цветы, подарки...Мужчине неожиданно понравилось ощутить себя охотником.
Сыграли свадьбу.
Лучшая подруга Кати томно смотрела на жениха, женщины постарше и поопытней шептались, что брак долго не продержится.
Они ошиблись.
Брак оказался удачным.
Как она думала до этого дня.
Муж просто хорошо скрывал похождения. Но сколь верёвочки не виться, а конец придёт.
Она смотрела на фото Олега на чужой кровати.
И понимала, что подспудно всегда этого ждала.
После рождения сына она набрала вес. Немного, но Олег всегда любил тростинок. Бюст давно стал стремиться к полу, в глазах поселилась усталость...Девичье очарование ушло, ничего не дав взамен.
И оказалось, что она одинока в собственной семье.
Сын Миха - мрачный тринадцатилетний подросток с вечным выражением лица "вы все мне должны". Разговаривал в основном хмыканьем и смотрел на родителей так, будто заранее ждал от жизни только плохого и уже не хотел разочаровываться.
И муж б...дун.
-Дорогая, я дома, - супруг, не подозревая, что стал бывшим, зашёл в квартиру, благоухая дорогим парфюмом.
С возрастом он стал интересней. Никакого пивного живота и унылого лица разочаровавшегося в жизни мужика. Будто навсегда застрял в двадцатилетнем возрасте.
Он понял всё с первого взгляда.
Ещё до того, как она показала ему телефон.
-Это нейросеть, - быстро сказал изменщик. - Катя, кому ты веришь, неизвестной с...ке или мне, своему любимому мужу?
-Я подала на развод, выметайся, - она старалась не расплакаться.
Час назад она выплакала наверно ведро слёз, и только поэтому держалась.
-Вообще-то я платил за ипотеку, - укорил Олег. - Катя, давай ты успокоишься и мы поговорим как взрослые люди. Хорошо, признаю, не удержался. Всего один раз и было. Обещаю - больше не повторится.
-Давай ты просто уйдёшь, - попросила жена, - В квартире прописан сын, так что успокойся, её не разменяешь.
Она не сомневалась, что сын ему не нужен.
Так и оказалось.
Некрасивую фразу "Ты мне будешь мешать встречаться с бабами" он заменил на "Я бы с радостью, сынок, но как благородный человек я оставляю квартиру твоей матери, буду жить на съёме".
Миха впервые в жизни выглядел растерянным.
-Я развожусь с твоей матерью, а не с тобой. Видеться будем, -уверенно пообещал супруг.
-Может, ты скажешь, почему мы разводимся? - ядовито осведомилась Катя.
-Дорогая, не смей топтаться сапогами по хрупкой душевной организации подростка, - укорил Олег.
-Я в курсе, - коротко ответил Миха. - Мама сказала.
Олег ахнул.
-Не ожидал, что ты окажешься настолько непорядочной, - укорил уже бывший супруг.
Взял вещи и ушёл, помахав сыну.
-Вот надо было тебе разводиться, - припечатал Миха, - Всё же нормально было.
Она молча отправилась на кухню.
Муж ушёл.
Миха замкнулся. Он и раньше не отличался разговорчивостью, а теперь и вовсе слова приходилось вытаскивать клещами.
Она знала, что бывший не бедствует. Есть кому утешить, ибо у красивых мужчин имеется сверхъестественная способность выживать за счёт женского сострадания.
Миха виделся с отцом редко.
Иногда Олег писал:
"Сын, как дела?"
Миха отвечал:
"Норм"..
На этом мужская эмоциональная близость заканчивалась.
Катя после развода сначала ходила как человек после пожара. Всё стояло на своих местах, но внутри пахло гарью.
Она вдруг поняла, что много лет жила рядом с праздником, который устраивали не для неё.
Чтобы успокоиться, она начала курить. Плохую привычку бросила давным давно, когда узнала о беременности.
Она стояла с сигаретой и бездумно смотрела на стену.
В их организации все проповедовали здоровый образ жизни, потому и дымила она в одиночестве.
Ну почти.
-Как настроение? - раздался хрипловатый мужской голос.
Пётр. Водитель на предприятии.
Низковатый, плечистый, с красным лицом человека, который либо чинит трактор, либо сейчас начнёт ругаться на цены. Нос картошкой. Волосы редкие. Их тех мужчин, кто способен собрать шкаф, выкопать яму и придушить сантехника за халтуру.
-Всё ещё переживаешь из-за своего ур..да? - осведомился мужчина, - Зря. Он изменщик, Катя, я не знаю, что может быть хуже.
Да, она ему рассказала.
Потому что знала, что не станет болтать. На работе никто не знал подробностей, вот пусть и дальше так будет.
-Год назад я приехал из рейса раньше, - начал Пётр, - И застал жену с мужиком.
Чуть не прибил обоих. Развёлся сразу, жаль только, что дочь со мной не оставили.
Они помолчали.
-Катя, я не умею красиво говорить...
-Ничего страшного, я пятнадцать лет прожила с тем, кто умел облекать слова в цветистые фразы.
-Может, после работы сходим куда-нибудь? - предложил Пётр.
Катя улыбнулась.
Впервые за долгое время.
Пётр действительно не умел красиво говорить. Зато умел менять проводку, чинить кран, собирать мебель без истерики и молча носить тяжёлые сумки.
Это выяснилось впоследствии, когда они познакомились ближе.
После первой ночёвки у Кати он с утра починил дверцу шкафа, которая болталась три года.
Катя чуть не расплакалась.
После Олега это выглядело как акт великой любви.
Они быстро поняли друг друга.
Пётр не строил из себя павлина.
Она не ждала от него слишком многого.
Оба были людьми после аварии.
Через пол года они тихо расписались, и Пётр переехал к ней. Оставшуюся после развода однокомнатную квартиру стали сдавать.
Пётр невзлюбил Миху почти инстинктивно.
Подросток ежедневно напоминал: здесь уже был другой мужчина. Более красивый. Более успешный.
Миха смотрел на него с презрением молодого барина, случайно застрявшего среди пролетариев.
Миха вообще всё больше становился похож на Олега. Мини версия мужа.
Та же красивая наглая физиономия.
Та же ленивая уверенность, что мир ему должен.
Та же способность разбрасывать вещи так, будто за ним ходит невидимая прислуга.
Носки валялись под диваном.
Тарелки зарастали плесенью.
На стуле висела одежда в состоянии археологического памятника.
Катя пыталась мягко воспитывать:
- Миш, убери в своей комнате
-Завтра уберу.
-Сейчас.
-СКАЗАЛ ЖЕ!!! ЗАВТРА!
- Не разговаривай так.
- Отстань! Папа никогда так со мной не говорил!
Пётр терпеть не стал.
Мужчина резко поднялся из-за стола.
Табуретка скрипнула.
- Ты как с матерью разговариваешь?!
Миха медленно поднял глаза.
И ухмыльнулся.
- А ты мне кто вообще? Ты мне не отец. Никто. Вот и не вмешивайся.
Вмешалась Катя и скандал удалось прекратить.
Пётр считал Миху избалованным щенком.
Миха считал Петра жалким скупердяем.
Потому что раньше жизнь была другой.
С Олегом дома всегда была дорогая еда. Стейки. Суши. Пицца по ночам. Новый телефон "потому что старый устарел морально".
Теперь же Пётр выключал свет в пустой комнате.
Покупал продукты по акции.
Просил Катю готовить картошку три раза в день - любимое блюдо.
-Я не стану эту гадость есть, - отказывался избалованный парень.
-Не хочешь есть картошку, не хочешь есть. Вон из-за стола, - равнодушно говорил Пётр. - Хочешь ананасов - заработай.
Для Михи это звучало как унижение.
Особенно потому, что Олег продолжал играть роль роскошного отца выходного дня.
Виделись они редко, зато эффектно.
Олег приезжал на чистой машине, пах дорогим парфюмом и свободой. Покупал сыну брендовую одежду, водил в рестораны, разрешал всё.
Ему не приходилось воспитывать.
Он был праздничным персонажем.
Как Дед Мороз, только разведённый и с алиментами.
И Миха тянулся к нему всё сильнее.
Катя возмущалась.
Пётр мрачнел.
Особенно когда Олег без спроса увёз сына за границу. Катя узнала об этом постфактум. Они собирались отправиться в Геленджик.
Вчетвером - Миха, Оля - дочь Петра, и они.
-Мне четырнадцать, оставите одного дома, - просил Миха, испуганный перспективой жить в гостевом доме, есть на летней кухне в компании с мухами, и купаться в грязном море.
-Поедешь, - рявкнул Пётр, - Не нравится, заработай на Турцию.
Как оказалось, сын пожаловался отцу.
И тот среагировал как любой мужчина. Померился с соперником отпусками.
Да, соперником, потому что посмел спать в одной кровати с его женщиной.
За день до поездки сын ушёл с утра "К другу" и позвонил ей уже из самолёта.
-Сама виновата, надо было поставить запрет на выезд, - недовольно проворчал Пётр.
Они отдыхали в Геленджике.
С погодой не повезло. Потом не повезло с морем - началось нашествие медуз. Миха каждый день отправлял фото на пляже. В компании с девчонками аниматоршами. В ресторане с тарелкой креветок.
-Катя, ты бы отправила его в кадетку, - ворчал Пётр, - или отдай мужу. Оля сказала, что больше не может жить с матерью, та орёт на девчонку целыми днями.
Оленька была полной противоположностью Михи. Тихая, добрая девочка с мягким взглядом. Она помогала накрывать на стол, благодарила за еду и даже искренне радовалась морю цвета медуз.
Пётр её обожал почти болезненно.
Ему было обидно, что паршивец отправлял фото его дочери. Какое он имеет право так поступать? Откуда у него вообще её телефон?
Пётр молча читал сообщения и наливался тяжёлой тёмной злостью.
Потому что подросток бил точно в больное место.
В мужскую несостоятельность.
В страх быть хуже другого самца.
А настоящий король - это красивый отец с дорогими часами и загаром у бассейна.
ОКОНЧАНИЕ УЖЕ ВЫШЛО.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.