В деревне моего детства, Кудрино радио жило на кухне.
День начинался и заканчивался с гимна.
Это было славное время.
-Сашка, - звала бабушка, -Сашооок, вставай, тетеря, хватит валяться...
Я всё время проводил у бабушки с дедом, даже зимой, до самой школы.
Маме нужно было выходить на работу, меня отдали в ясли, я страшно начал болеть, только вроде бы станет получше и опять.
-Это не дело, - сказал папа и почесал в затылке и не оттого, что мама меньше заработает, совсем нет, а оттого, что единственный сын лежал, как говорила бабуля— пластом.
Они отвезли меня к папиным родителям в деревню, ни на что не надеясь, а там, там уже я пошёл на поправку.
Только меня привозили в город, я начинал хворать.
Тогда не сильно было распространено такое явление и слово-то это употребляли редко—психосоматика.
А я думаю, это как раз и была, она самая.
Потому что, как только меня привозили к моим старикам, всё пропадало.
-На что ты его будишь? - удивлялся дедушка, - ну спит малец, нехай спит.
-Ишь ты…мне Лена строго наказывала, режим же, чтобы потом в саду не было чижало.
-Да ну тя.
Дедушка махал рукой и шёл ко мне, укрывая одеялом.
-Спи…Спи, Сашка…Успеешь ишшо, навстаёшься ни свет ни заря, о-хохо, - дедушка зевал и шёл заниматься делами.
Я же нежился под одеялом, в ожидании, когда бабушка напечёт оладушек и опять позовёт меня, то засыпая, то опять открывая глаза, я мечтал, что когда вырасту, куплю себе транзистор и буду везде с ним ходить.
Я мечтал, что навсегда останусь в деревне, что буду жить всю жизнь у бабушки и деда.
Ах, как же я мечтал о том транзисторе, представлял себе, как заказываю папе батарейки «Крона», ведь в моих мечтах, я также жил у бабушки и дедушки, а родители всё были молодыми и работали.
Своими мечтами я поделился с дедушкой, он усмехнулся в усы и ничего не сказал.
Я, как сейчас помню…Было лето, в открытое окно ветерок заносил самые вкусные запахи на свете— аромат спелой земляники, цветов, травы с лугов, запах воды с небольшого озерца, это был вайб моего детства.
Я лежал и притворялся что сплю, дедушки не было, он куда-то ушёл, с самого утра, я услышал скрип калитки, слышал, как бабушка, на уличной печке, печёт блинчики, меня начал затягивать сон, когда я услышал весёлый голос деда.
-А что, не вставал ещё?
-Спит, ну…
Я слышал, как дедушка поднимается по ступенькам, открывает дверь и что-то делает на кухне.
-Сашок…Сааньк, а ну иди сюды…Не спишь же, пострел, вставай, на-ка, чего деда принёс, а?
Я сползаю с кровати с высокой периной и шлёпаю босыми ногами по крашеным половицам, тёплым и прогретым летним солнышком.
На пороге кухни я замираю.
Маленькая коричневая коробочка с облупленным уголком, с круглой ручкой настройки и длинной серебристой антенной.
Транзистор.
Я замираю, поворачиваюсь к дедушке…
Я изнываю…
В дверях стоит, улыбаясь бабушка, она вытирает руки передником.
-Деда, можно?- -отчего -то охрипшим голосом спрашиваю я, - можно?
-Можно конечно, - смеётся дедушка.
С тех пор транзистор был с нами везде.
Весной его брали в огород, ставили на перевёрнутое ведро, и он пел между грядками.
Бабушка высаживала лук, морковь, свёклу, фасоль, горох для детки, то есть для меня.
Дед же чинил забор, а радио рассказывало про посевную, про космос, про новых доярок-рекордсменок и передавало концерты по заявкам радиослушателей.
Летом транзистор выносили на крыльцо…
Бабушка занималась своими делами, дед своими, а я сидел и слушал свой транзистор.
Вечерами деревня пахла пылью, молоком и нагретыми за день крашеными досками крыльца. Солнце садилось за берёзовую посадку, куры, недовольные жизнью, устраивались на насестах, а по улице неторопливо шли коровы, каждая к своему двору.
И радио пело.
Не громко, не назойливо, а так, как будто кто-то добрый сидит рядом и не даёт тебе почувствовать, что вечер слишком большой, а жизнь слишком быстрая.
А ведь я думал, что так будет всегда…
Но, пришла пора и мне уехать в город, и там пойти в школу.
Транзистор мой было решено оставить в деревне к тому же у родителей родился мой брат Мишка, толстый и горластый, он требовал себе всё, что видел, мой транзистор он бы обязательно сломал.
И, как бы мне не жаль было расставаться с транзистором на целую осень, зиму и весну…мне пришлось так сделать.
Заболеть у меня не получалось надолго, так только, на день - два, а потом снова я был здоров и крепок.
Родители удивлялись, что это тот самый болезненный их сын, которого они не знали каким врачам показать, стал таким крепким и сильным.
Я любил родителей и брата Мишку, но дедушка с бабушкой, это была моя такая любовь, что я дышать не мог без них.
Я писал им письма, каждые три дня, а папа однажды сказал, что скоро разорится на конвертах.
Они мне писали в ответ, все деревнеские новости...
Дома, на кухне, у нас тоже было радио, обычная, белая коробочка, но я любил его слушать, даже Мишка замирал.
Нравилась нам с братом передача, где зачитывали письма от трудящихся и передавали приветы кому-то, ставили песню.
Однажды у меня созрела мысль, и я поделился ей с Мишкой, а он, хоть ничего не понял, но радостно замычал, наяривая соску.
Хоть я и не трудящийся, но я гражданин своей большой страны, думал я, поэтому…поэтому я…
И я написал письмо.
Каждый раз я бежал к радио, чтобы услышать, а вдруг моё письмо зачитают, но нет, никто не читал.
И вот однажды…
- Внук Саша, - говорит дяденька – диктор своим бархатным голосом, - передаёт привет своим любимым бабушке Анне Никифоровне и дедушке Семёну Егорычу из деревни Кудрино. А также маме, папе и братику Мишке.
И просит поставить песню…
Мама, готовящая ужин, от неожиданности чуть не выронила поварёшку, папа замер вместе с газетой, а Мишка встал, держась за стул и начал танцевать.
-Сафа-Сафа-Сафа, - затараторил брат, это было его первое слово, ни мама, ни папа, а Саша, по его—Сафа.
Через два дня у нас были гости, бабушка и дедушка, с гостинцами из деревни.
Каждое лето мы ездили с Мишкой в деревню к бабушке и деду, запасаясь в городе батарейками, мы таскали старенький транзистор везде с собой.
Потом я вырос, родители купили мне «Романтик», такой магнитофон, я ходил самый счастливый, но приезжая в деревню, я вставлял батарейки в старый транзистор и слушал его…
Незаметно мы с братом выросли, ушли один за другим наши старики.
Я женился, у меня родились дети, следом собрался жениться и брат.
Мама с отцом переехали в дом стариков.
Однажды, родители попросили приехать нас, помочь вытащить весь хлам, накопившийся у стариков, посмотреть, может нам что-то нужно.
Мы поехали, я с женой и детьми, Миша с невестой, почти женой.
Девчата наши ловко принялись помогать маме в доме, а мы с братом и отцом пошли в гараж.
Вечером я увидел кучу, приготовленную на выкидывание, и…мои глаза наткнулись на радио, сиротливо лежащее в сторонке, а так же мой транзистор.
Брат тоже увидел их быстро подбежал, будто не было в нём почти ста килограмм живого веса, выхватил из кучи радио, прижал к себе, я уже держал транзистор.
-Что за хлам, - поморщилась будущая жена брата, - ты же не собираешься...
-Это не хлам, - спокойно сказал Мишка, - это самое счастливое время, когда ты делаешь вид, что спишь, по радио играет гимн, ты смотришь, сквозь полуприкрытые ресницы, как встаёт медленно бабушка, сначала спускает ноги, шевелит пальцами, зевает тихонечко, расплетает косу, чтобы прочесать её мелким гребнем.
Потом просыпается дед, садится на кровати, скребёт себе грудь под рубашкой и зевает, а ты лежишь и понимаешь…можно спать.
Это радиопостановки, это…и да, я собираюсь забрать его с собой.
Мишка замолчал и махнул рукой, это было удивительно, ведь мой брат, в отличии от меня, он немногословен.
-Это память о детстве и стариках, -сказал я, глядя вслед брату.
Невеста замешкалась, ей стало неудобно, и она чуть не расплакалась, моя жена, глянув укоризненно на меня, увела девушку, а я пошёл догонять брата.
Мы ушли с ним на любимый луг, там легли в траву, я включил транзистор, ни на что не надеясь, он вдруг загорелся жёлтым огоньком, захрипел, закашлял и выдал какую-то современную песню…
Брат лежал, прижимая к себе радиоприёмник, маленькую, белую коробочку, он закрыл глаза, уплывая на волнах памяти.
Вот мы мальчишки, я и брат, лежим на этом лугу, слушаем наш старенький транзистор и просто молчим…
Доброе утро, мои хорошие.
Обнимаю вас.
Шлю лучики своего добра и позитива.
Всегда ваша
Мавридика д.